аэропорту. Жду посадку.
— Я поняла. Где именно ждешь? Я приехала и не вижу тебя.
Ее слова поставили меня в тупик.
— Не понял? — нахмурился я. — Зачем приехала?
— Друзья мы или нет? Я должна тебя увидеть. Я скучаю, Дан.
— Каролина, ты…
Договорить я не успел.
— Нашла! — воскликнула она радостно. И уже секунд через двадцать обнимала меня.
Я отстранился от нее, не понимая, что Каролина здесь делает. А она вместо ответа с улыбкой достала посадочный талон и паспорт.
— Ты с ума сошла? — прямо спросил я.
— Нет. Полечу с тобой.
— Сдавай билет.
Каролина махнула головой — так, что светлые волосы рассыпались по плечам.
— Дан, ты мой друг. Единственный настоящий друг. Тот, кому я доверяю, как себе. Во-первых, я хотела увидеть тебя и подарить подарок. Во-вторых, у тебя что-то случилось, раз ты так экстренно покидаешь конференцию. И я хочу знать что. Я хочу поддержать тебя, друг. Хочу быть рядом, когда тебе плохо.
Каролина жалобно заглянула мне в глаза.
— Не отталкивай меня. Когда мне было плохо, ты был рядом. Я хочу ответить тем же. Пожалуйста.
Сколько я ни убеждал Каролину, она не собиралась уходить — аргументы на нее не действовали. Я даже голос на нее повысил — не помогло. Она твердила, что мы друзья и должны помогать друг другу.
По «рукаву» к самолету мы шли вместе.
— Я же говорила, что все будет хорошо, — услышал я и обернулся. Рядом шагала та самая пожилая женщина, которая подходила ко мне. Оказывается, она летела тем же рейсом.
— Очень красивая пара. Действительно, выбрал лучшую.
Она не говорила ничего плохого, но я разозлился. Мне не хотелось, чтобы кто-то думал, будто мы с Каролиной пара. И я промолчал. Зато Каролина с улыбкой поблагодарила пожилую женщину.
Билеты у нас с Каролиной были на разные места. У меня — в середине самолета. У нее — в начале, но не в бизнес-классе, как я думал. Каролина договорилась с кем-то из пассажиров и поменялась местами, оказавшись рядом со мной.
— Все еще злишься? — коснулась она моей руки.
Наверное, раньше я бы злился. Но сейчас все остальные эмоции перебивал страх за Дашку.
— Как поняла, что я полечу этим рейсом? — только и спросил я
— Ты назвал время вылета. Найти рейс было делом техники, — пожала плечами Каролина. — Я боялась, что не успею. Очень хотела тебя увидеть, Дан.
Это был самый странный полет в моей жизни.
Десять тысяч метров над землей. Девятьсот километров в час. И один человек в голове.
Чем ближе самолет был к родному городу, тем хуже я себя чувствовал. Тревога не отпускала, страх бил наотмашь. Но я даже отключиться не мог — стоило закрыть глаза, как перед глазами появлялся образ Дашки — красивой, смеющейся, беззащитной. А потом слышался голос Димки — потерянный и тихий.
Если бы кто-то еще вчера сказал, что я буду надеяться на Савицкого, я бы рассмеялся. Но сегодня все поменялось.
— Дан, выпей воды, ты слишком бледный, — тихо сказала Каролина. Она попыталась узнать, что происходит, но, честно говоря, мне было не до разговоров, и она, поняв это, замолчала. Лишь сжала мое плечо.
— Не хочу. — Я бездумно смотрел в иллюминатор и думал о встрече с Савицким.
— Посадка будет через полчаса. Не переживай, пожалуйста. И что бы ни случилось, помни — я рядом. Зачем еще нужны друзья, если не для поддержки? — улыбнулась Каролина.
— Ты когда-нибудь боялась, что с твоим любимым человеком что-нибудь случится? — спросил вдруг я.
Каролина едва заметно вздохнула. И мне показалось, что в ее глазах вспыхнуло что-то странное, незнакомое. Так бывает, когда смотришь в ночное знакомое небо и понимаешь — этих звезд никогда раньше то ли не видел, то ли не замечал.
— Да. Всегда боюсь, — тихо сказала она. — Моего любимого нет со мной рядом. Но я часто думаю о нем. Все ли с ним в порядке? Хорошо ли он сегодня ел, как спал, улыбался ли? Что делал и… думал ли обо мне? И я боюсь, что он пострадает. Иногда мне снится, что он идет ко мне по веревочному мосту, украшенному голубыми и розовыми лентами. А я жду его, стоя у обрыва. Жду, когда он дойдет до меня. Хочу взять за руку, обнять, не отпускать больше. Но он… он останавливается посредине, смотрит на меня и улыбается.
— Почему ты не идешь к нему?
2.35
Мне было жаль, что в личной жизни Каролины все так запутанно. Будь она парнем, я бы потащил ее в бар и вправил мозги. Но она была девушкой, а у них всегда все казалось запутаннее и сложнее.
— Я иду. Но стоит мне сделать к нему несколько шагов, как налетает ветер, и мост разрушается. Мы вместе падаем в бездну, Дан. Каждый раз я просыпаюсь в холодном поту. И каждый раз я думаю — а вдруг с ним что-то случилось? Хочу написать ему, позвонить, спросить, но понимаю — не могу. Мы ведь… расстались.
— Ты все еще хочешь к нему вернуться? — спросил я.
— Не знаю, — дернула она плечом. — Правда, не знаю.
— Ты достойна кого-то лучшего, чем он. Заезженная фраза. Но я правда так думаю.
Она улыбнулась мне. Совсем невесело.
— Что же делать, если для меня кого-то более лучшего
