существует? Что лупанет он вас как-нибудь в лоб до такой степени, что вы попадаете?
— Ань, прости.
— Знаешь, мне не нужны твои извинения. Мне ничего не нужно. Если бы ты пришла ко мне и сказала, что у вас с Лёликом проблемы, я бы постаралась тебе помочь. Конечно, я бы не смогла выплатить долги, у меня нету таких денег. Но я бы нашла какой-то выход. А так, знаешь, что я тебе скажу? Выгребай из этого сама. Больше я никогда тебе помогать не буду. Просто забудь мой номер, забудь, где я живу, и забудь вообще о том, что мы дружили. Мне до такой степени противно сейчас на тебя смотреть.
— Ань…
— Все, пока.
Я встаю со своего места и быстро иду к выходу.
Слезы текут по щекам.
Отвратительно, неприятно.
Я чувствую себя мерзкой, грязной, будто на меня вылили ушат дерьма.
Она целовалась с моим мужем!
Может, для кого-то это покажется неважным, полной глупостью. Ну, пьяный поцелуй, что тут такого? Но мне мерзко. В первую очередь из-за того, что это была моя подруга.
Моя подруга и мой муж.
Я же не виновата в ее проблемах в семье, но она решила найти утешение в его объятиях. Не важно, что она была пьяна. Я не верю в то, что нельзя себя контролировать.
Сажусь в машину, мне нужно несколько минут, чтобы успокоиться. Я вытираю слезы, пью воду.
Когда чувствую себя достаточно спокойной, тогда завожу машину и выезжаю на дорогу.
Нужно возвращаться домой.
И все-таки поговорить с Русланом.
Я хочу, чтобы он мне выложил все карты. Я хочу знать, что происходило за двадцать лет нашего брака. Ну, допустим, какая-то девушка затащила его в кабинет, и у них что-то было, даже если не было.
Плюс он целовался с моей подругой.
Может быть, для кого-то это мелочь, но для меня это предательство.
Я не могу назвать иначе.
Я хочу знать. Если все эти двадцать лет он так себя вел, не просто флиртовал с женщинами, а прикасался к ним, целовал, я хочу об этом знать. И когда я буду знать точно, тогда и решу, что мне делать дальше.
Чем ближе я подъезжаю к дому, тем сильнее ощущаю, как нарастает тревога. Такая странная, необоснованная. Сердце колотится, как бешеное. Я не могу сделать вдох, будто бетонную плиту положили на грудь.
Паркуюсь возле забора, у меня даже не хватает сил дождаться, пока откроются ворота. Я чувствую, что что-то не так.
Я забегаю в дом, открываю дверь и застываю.
Вижу, как на лестнице, ведущей на второй этаж, стоит Лиля.
Она обмотана одним полотенцем, по обнаженным ногам скатываются капельки воды.
Девушка поправляет влажные волосы и улыбается. А затем наигранно говорит:
— Ой, а ты так рано вернулась? А я думала, ты будешь позже. Рус наверху отдыхает.
Глава 15
— Где Руслан?
Говорю сдавленным голосом, чувствую, как земля уходит из-под ног. Лиля продолжает стоять на лестнице, опершись одной рукой на перила.
— Давно надо было тебе сказать, я хотела, чтобы это сделал Руслан, но сама понимаешь, его тяжело уговорить.
— Лиля…
— Только давай без слёз. Сама знаешь, что твой брак давно окончен, а вся эта показуха, которая была на празднике… Никто не верит тебе.
— Показуха? — говорю я, чувствуя, как по моим щекам стекают горячие слезы. — Ну, может, для тебя, Лиля, это была показуха, а я была уверена, что у меня обычная нормальная семья.
— Да какая нормальная семья? Руслан всегда от тебя гулял.
Я продолжаю стоять на своем месте. Очень хочется схватить эту тварь за волосы и выволочь из дома. Но мое тело будто меня не слушается. Не могу пошевелиться.
— Гулял, — говорю уставшим голосом.
— А что, и сейчас не веришь? Я вот стою в твоем доме в одном полотенце и могу сказать, что под ним точно ничего нет.
— Где Руслан?
— Я же уже сказала — наверху. Хочешь с ним поговорить?
Я вижу, что Лиля начинает заметно нервничать.
— Конечно, хочу поговорить.
— То есть, ты даже этому не веришь?
— В голове не укладывается. Лиль, как ты могла? Мы же были подругами.
— Какими подругами? Так, знакомыми.
Лиля рассматривает свои ногти и спускается на несколько ступенек вниз. Я тоже подаюсь в ее сторону. Она тут же замирает.
— Ты просто такая тварь… Я думала, Галя и Марина потеряли совесть. Но ты их переплюнула.
— Давай не будем про Марину, она просто слабачка. Но это уже не важно. Ну что, все? Ты все увидела. Узнала то, что хотела? Теперь, может, оставишь нас одних?
— Ты серьезно думаешь, что я сейчас развернусь, уйду и оставлю тебя в таком виде в своем доме? Руслан!
Пытаюсь кричать, но не получается. Горло сдавило от боли. Меня всю трясет. Будто белые пятна пляшут перед глазами.
В стрессовых ситуациях у некоторых людей вырабатывается адреналин. Они могут совершать какие-то активные действия.
Бей или беги.
Наверное, у меня только последнее, потому что я и правда хочу убежать. Но из последних сил беру себя в руки и продолжаю стоять на месте. Снова кричу.
— Руслан!
Он должен услышать, если правда наверху. Я до последнего отказываюсь верить в то, что это правда.
— Прекрати позориться, — говорит Лиля, — ты уже все увидела, все узнала. Что ты еще хочешь? Сейчас лучше развернуться и уйти. Оставить его мне. Я с ним буду счастлива. Ты не смогла сделать его счастливым за двадцать лет.
— А ты смогла сделать своего мужа счастливым? Я вижу, как он счастлив. Какая же ты предательница. Ты разрушила собственную семью, влезла в другую. И ты правда думаешь, что после этого у тебя получатся нормальные отношения? Ты сама в это веришь? На чужом несчастье счастья не построишь. Убирайся из моего дома! Руслан!
— Я буду счастлива с твоим мужем. Это мы еще посмотрим.
Лиля резко разворачивается, поднимается по лестнице. Когда она только скрывается из вида, я оседаю на пол.
Пытаюсь отдышаться.
Меня охватывает паника.
Прижимаю колени к лицу. Никогда себя так ужасно не чувствовала.
Я сломлена, разбита, полностью подавлена.
Меня уничтожили.
Он привел ее в наш дом.
В наш дом, где мы растим наших дочерей.
Где мы жили все эти годы. В мой дом. Мой, который я сама выбирала, который я старалась сделать уютным.
Туда, где мы проводили семейные ужины, делились радостями и горестями. Как же он мог…
Опираюсь рукой о стену, пытаюсь медленно подняться. Звонит домофон. Так пронзительно и
