в возрасте — шестнадцать лет.
Я сажусь в салон и пристёгиваюсь ремнём. Наблюдаю, как Дёмин запускает мотор, как смотрит по зеркалам…
Не могу долго смотреть на него — он такой секси в этот момент. Или же всё дело в том, что у кого-то, то есть меня, давно не было секса?
«Да там уже скоро всё мхом порастёт», — иронизирую мысленно. Ну а что? Я девочка с запросами, на абы что не ведусь. Вот и приходится обходиться без мужской ласки, хотя это вредно для женского здоровья — по крайней мере, так трубят со всех утюгов.
— Дёмин, можно я кое-что спрошу?
— Валяй
— Почему ты стал тренером? — начинаю я, глядя на него боковым зрением, пока он сосредоточенно рулит. — Ты ведь мог бы быть… ну, кем угодно.
Он бросает на меня короткий взгляд, уголки его губ чуть приподнимаются в улыбке.
— Кем угодно? Например, космонавтом?
— Ну, это тоже вариант, — хмыкаю я. — Но я серьёзно. Ты же умный, харизматичный, целеустремлённый. Почему спорт?
Дёмин ненадолго задумывается, а потом отвечает:
— Потому что я люблю видеть результат. Люблю, когда люди меняются к лучшему. Это вдохновляет. А ещё… — он на мгновение замолкает и смотрит на меня с хитринкой в глазах. — Мне нравится работать с такими вредными девчонками, как ты.
Я фыркаю и закатываю глаза, но внутри всё теплеет от его слов. Он снова сосредотачивается на дороге, а я украдкой рассматриваю его профиль. Чёткая линия подбородка, лёгкая щетина…
Чёрт, он слишком хорош. И похоже, у кого-то приближается овуляция.
— А ты? — неожиданно спрашивает он. — Почему выбрала спорт?
— Хм… — я делаю вид, что задумалась. — Наверное, чтобы встретить такого вредного тренера, как ты.
Он смеётся, и этот звук наполняет салон машины теплом.
Мы подъезжаем к моему дому.
Дёмин паркуется и разворачивается ко мне всем корпусом, опираясь рукой на руль. Я чувствую, как его взгляд скользит по моему лицу, и сердце начинает биться быстрее.
— Ты молодец сегодня, — говорит он мягко. — Я знаю, что гоняю тебя как следует, но ты справляешься.
— Спасибо, — отвечаю я чуть тише обычного. Его близость заставляет меня нервничать в хорошем смысле этого слова.
Вдруг мой взгляд цепляется за фигуру возле соседней машины. Это Иван — мой сводный брат. Он стоит, прислонившись к своему авто, и внимательно разглядывает чёрный Гелик. Его лицо выражает смесь любопытства и недовольства.
Дёмин замечает мой взгляд и тоже смотрит в ту сторону.
— Это кто? Братец-Ромео? — шутит он с усмешкой.
Я закатываю глаза и смеюсь:
— Да нет, это Иван. И он не Ромео, просто… любит контролировать всё вокруг.
— Да? Значит, в прошлый раз мне показалось, — приблизившись, Дёмин говорит мне прямо на ухо, а у меня от тембра его голоса мурашки ползут по коже: — Он весь вечер глаз не сводил… с тебя. Этот взгляд ни с чем не спутаешь. Уж поверь мне, девочка.
Замираю, боясь пошевелиться.
А в мыслях набатом стучит одно: «Почему ты так на меня не смотришь?».
Дёмин резко отодвигается, возвращаясь в своё кресло.
— Ну что ж, тогда до завтра. Не балуйся слишком, а то вредный тренер заставит всё отрабатывать.
Я смеюсь ещё громче и выхожу из машины, чувствуя на себе взгляд Дёмина. И всё-таки он мне нравится всё больше и больше…
Подхожу не к дому, а к машине Ивана. Очевидно же, что он приехал ко мне, иначе бы не караулил под воротами.
— Привет, меня ждёшь? — беззаботным тоном спрашиваю.
— Тебя, — отвечает, а сам смотрит на машину за моей спиной. Дёмину пришлось разворачиваться, поэтому он всё ещё кружится на месте. — И часто тебя так тренер подвозит домой?
— Мне послышалось или это была претензия?
— И всё-таки, Аля… Ты не ответила на мой вопрос, — хмурится Ваня, чем нереально меня бесит.
— Ваня, ты серьёзно? — я закатываю глаза и скрещиваю руки на груди. — Какая тебе разница, кто меня подвозит? Ты что, мой отец?
Он хмурится ещё сильнее. Его взгляд, полный недовольства, буквально сверлит меня.
— Я просто спрашиваю, — отвечает он, но тон его голоса выдаёт всё: никакое это не «просто». — Ты слишком часто с ним проводишь время.
— А ты слишком часто суёшь нос не в свои дела, — парирую я мгновенно. — Напомнить тебе, что ты женат? Может, лучше пойдёшь и проконтролируешь свою жену, а не меня?
На мгновение он замирает, будто мои слова ударили его сильнее, чем я рассчитывала. Но затем он выдыхает и смотрит на меня так, будто сейчас скажет что-то важное.
— Мы расстались с Валей, — произносит он ровным голосом, но я замечаю напряжение в его челюсти.
— Что? — я моргаю несколько раз, не веря своим ушам. — С каких это пор?
— Недавно, — отвечает он коротко, словно не хочет вдаваться в подробности.
— И что теперь? Это даёт тебе право контролировать мою жизнь? — я делаю шаг назад, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Ваня, мы с тобой никто друг другу. Ты мой сводный брат, и всё. У тебя нет ни малейшего права ревновать меня или лезть в мои дела.
— Никто? — его голос становится тише, но от этого ещё более напряжённым. — Ты серьёзно так думаешь?
— А как я должна думать? — я поднимаю брови, стараясь выглядеть максимально уверенной, хотя внутри всё смешивается в хаос. — Ты сам выбрал свою жизнь. Женился. Построил семью. А теперь… теперь ты приходишь сюда и начинаешь устраивать сцены ревности? Это даже не смешно.
Он делает шаг ко мне, и я чувствую его близость. Его взгляд становится мягче, но в нём всё ещё читается упрямство.
— Аля, я… — он запинается, словно ищет правильные слова. — Я не могу смотреть на это спокойно. На тебя… с ним.
— Слушай, Ваня, это твои проблемы, — перебиваю я его, пока он не начал говорить что-то ещё более странное. — Я взрослая девочка и сама разберусь, с кем мне общаться и кто меня подвозит домой. А ты лучше разберись со своей жизнью и оставь мою в покое.
— Аля, подожди… — он не даёт мне уйти, схватив за запястье и заставив остановиться.
— Ну что ещё?
— Ты не поняла. Мы с Валей разводимся. Я теперь свободный… и полностью твой. Принадлежу тебе.
Лёгкий смешок вырывается из моей груди. Я смотрю на Ваню округлившимися от удивления глазами.
— Вань, это ты ничего не понял. Мне плевать на тебя и твою личную жизнь. Я тебя не люблю и никогда не любила.
— Как это? А что тогда все эти годы было между нами? — недоумевает «братец».
— Это было для женского здоровья.
Я поворачиваюсь на каблуках
