Моя совесть кричит, и я стону. Это правда. Так и есть. Мне чертовски жаль, что с ней было так хорошо, так правильно… хотя всё в ней было совершенно неправильным.
Снова смотрю на текст.
Вздохнув, сую телефон в карман.
Рабочий день протекал без происшествий, что было хорошо. Перерыв пошел мне на пользу, — оказывается, он был необходим. После мастерской еду домой, но вместо того, чтобы повернуть направо, сворачиваю налево. Нужно кое с чем — точнее, кое с кем — разобраться, прежде чем вернуться к Харли.
Выехав на окраину города, останавливаюсь на разваливающейся подъездной дорожке перед знакомым ветхим домом. Джефф вырос в том же районе, что и я. Выхожу из машины и, постучав в дверь, делаю глубокий вдох. Открыв дверь, он непонимающе смотрит на меня. Синяки покрывают кожу вокруг глаз и переносицу.
— Что случилось с твоим лицом? — спрашиваю, хотя знаю, что случилось с его дебильным лицом.
— Маленький таинственный защитник твоей сестры заботится о ней лучше, чем ты, — насмехаясь отвечает он.
— Оставь Харли в покое, Джефф. Слышал, что случилось на вечеринке. Тебе повезло, что меня там не было, потому что если бы это был я, то убил бы тебя на месте.
— Тогда убей, Мейсон. Не бросай слов на ветер. Или ты всё такой-же трус? — наклонясь ближе, шепчет он у моего лица. Вонь спиртного в дыхании неприятно ударяет в нос.
— Однажды я уже попал в тюрьму из-за тебя, и если твоя ублюдская задница снова нападет на мою сестру, любой присяжный будет на моей стороне. Ни один здравомыслящий человек не захочет, чтобы такой урод, как ты, был на свободе, — толкаю его, и он падает спиной в дверной проем. — Держись от нее подальше.
Развернувшись, иду к машине, уверенный в том, что он не оставит ее в покое. Скорее, захочет добраться до нее еще сильнее. Но мне нужно было встретиться с ним лицом к лицу. Он должен был понять, что я сделаю всё для того, чтобы защитить Харли. Даже после всего, что она наговорила.
В кармане снова завибрировал телефон.
После этого мой телефон замолчал.
Всю дорогу до дома Харли я был погружен в свои мысли. Признавшись во всём произошедшем той ночью, выложил то, что накипело. Ей, блядь, должно быть стыдно, что она считает всё, что я делал с ней, когда мы были детьми, сексуальным. Никогда не думал о ней так. До той ночи на первой вечеринке. Да, конечно, время от времени замечал ее декольте, и у меня вставал, но эти сиськи могли быть у кого угодно, и я бы, скорее всего, всё равно завелся. Но никогда не задумывался о груди Харли, пока мне не представилась возможность прикоснуться к ней.
Паркуюсь на стоянке дальше по дороге и вхожу внутрь. Харли сидит на диване, и, несмотря на все ее попытки скрыть это, вижу, что она плакала. Красные, покрытые пятнами щеки не врут.
Подойдя к ней, опускаюсь на колени и инстинктивно беру ее за руку.
— Харли, пожалуйста, не расстраивайся. Я бы ничего не сказал, если бы знал, что это так тебя расстроит.
— Я расстроена не из-за тебя, — огрызается она и убирает руки.
Встаю.
— А из-за чего тогда?
— Неважно, — говорит она, откинувшись на спинку кресла и опустив взгляд.
— Поговори со мной, — шепчу, пытаясь заставить ее открыться мне, хотя понимаю, что этого не произойдет. Зато знаю, кому она точно доверится. Когда она не встречает мой взгляд, понимаю, что ей нужен Гай.
Похлопав ее по плечу, иду к кухонному столу и сажусь в кресло. Ставлю телефон на беззвучный режим и кладу перед собой.
Она не отвечает, но я знаю что видит сообщение, слышу жужжание и замечаю, как она проверяет свой телефон. Однако сообщение остается непрочитанным. Когда собираюсь встать и пойти в свою комнату, на экране появляется уведомление.
Потому что она ненавидит меня? Потому что она — моя сводная сестра?
Мои щеки краснеют от ее слов. По крайне мере, Харли перестала плакать.
Она понятия не имеет, с кем пытается построить отношения. Никогда не примет того, кто скрывается под маской. Так почему же мне так хочется уступить ей? Почему чувствую необходимость дать ей всё, что она хочет, и даже больше? Особенно после того, как узнал, что именно она обо мне думает. Каким ничтожеством считает.
Что со мной?
Почему продолжаю думать, что она заслуживает большего, в то время как я, по ее мнению, заслуживаю меньшего?
Не могу привести ее на последнюю вечеринку октября. Джефф может затаиться и поджидать нас.
Харли не заслуживает лучшую версию Гая, если она так плохо думает обо мне.
План таков: привести ее в темноту и показать, что это не то место, где она хочет быть. Она порвет с Гаем, и мы закончим со всем этим фарсом.
То, что происходит сейчас, не может продолжаться, как бы сильно это ни нравилось кому-то из нас. Рано или поздно она узнает, что мы с Гаем — один человек.
И после этого наши жизни будут разрушены.
Глава 14
Холодный осенний воздух касается кожи, пока я стою под пешеходным мостом. Готическая архитектура возвышается над моей головой, — каменный свод, по которому проходят люди прямо надо мной. Переминаюсь с ноги на ногу, чтобы успокоить нервы и согреться, прижимаю куртку ближе к телу. Вдалеке раздается смех, напоминающий о Хэллоуине.
Звуки шагов позади вызывают удушающий прилив предвкушения. Поворачиваюсь, дыхание перехватывает, когда замечаю его.
Гай.
Маска на его лице приподнята ровно настолько, чтобы можно было закурить сигарету. Увидев меня, он бросает ее на землю и раздавливает ботинком.
— Привет, милашка, — хрипит он.
Слова в сочетании с оценивающим, жарким взглядом, в одно мгновение согревают меня до глубины
