Он разговаривает по телефону, но увидев меня, спешно прощается, обещая перезвонить.
— Зачем вы сами… пришли, вы бы позвонили, и я бы пришел… к вам, — начинает невнятно бормотать директор.
— Ничего, с меня корона не упадет. Тем более, движение — это… способ достижения финансовой независимости… Вот о деньгах и поговорим, — уж не знаю почему, но в глазах Игнашкина появляется страх. Знает, собака, где кость зарыл… или нет? — Как так получается, что состыковать ваши отчеты нереально?
— Гм… — поперхнувшись комом в горле, пытается прочисть его, чтобы ответить что-либо членораздельное. — А какие именно отчеты?
Судя из вопроса, он либо не вникает в аналитику работы своего развлекательного комплекса, либо все отчеты в той или иной степени претерпели изменений. У-ху-ху… Печально. И на хрена мне эти качели?
— Понимаете, в чем тут проблема, — пытаюсь доступно ему объяснить тонкости бухгалтерского учета, — существуют ряд отчетов, в которых показатели должны быть идентичными. Например, в квартальных отчетах, только для разных контролирующих органов, у вас данные разняться, соответственно проследить реальную цифру до конечного годового отчета можно, только при условии перелопачивания первички. А я не представитель аудиторской компания, которая обязуется привести вашу отчетность в соответствующий вид. Я лицо, которое должно оценить целесообразность вложения средств, при последующей 99,9 % гарантии получения прибыли. Иначе, в моих услугах никто не будет заинтересован. Я — гарант того, что вложения окупятся.
— Я понимаю, какую роль вы выполняете в своей компании и… мне очень неприятно, что мои сотрудники так… непрофессионально отнеслись к… — Игнашкин пытается подобрать слова, чтобы описать то, что они оказались не подготовленными к моему приезду, короче, «проебали».
— Давайте так, — прерываю поток бессмысленных объяснений с его стороны, — даю вам время до конца недели, вы приводите в порядок документы, сверяете, какие отчеты реально сданы в контролирующие органы, потому что в папках по нескольку вариантов… Даете мне только те, которые реально зарегистрированы в налоговой и так далее. Мне не нужны черновики, заметки, исправления… только то, что прошло по базе налоговой и других структур. Все. С тем и буду работать.
— Да-да, мы запросим в налоговой копии…
— Ваши действия меня мало интересуют. Суть вы поняли. Все, до понедельника.
Махнув на прощанье, оставляю покрытого пятнами Ингашкина в кабинете и иду на выход. У меня сегодня есть более интересные занятия, чем болтовня об их косяках.
Подъезжаю к универу. Студенты уже вывалили из корпуса и толпятся у входа. Аси не видно среди них. Кручу головой в разные стороны, пытаясь рассмотреть, не прячется ли моя скромница где-то в уголке. А вот и она, стоит под печальной ивой, а рядом с ней тот самый тип…
Похоже, что Ася решила не прислушиваться к моему мнению. Уж очень явно на ее лице читается интерес к этому парню. Мне хорошо их видно в боковое зеркало, и я без зазрения совести сую нос в чужую жизнь.
О чем они там разговаривают? Что-то он явно приятное говорит Ася, раз она так смущается и тут же активно кивает в ответ.
Сигналю, прерывая воркование этих голубков. Пока я в городе, Ася моя… ну, в смысле мой экскурсовод. И в поле ее интересов, только мои, должны быть в приоритете.
Она оборачивается, и видит мою машину, а я завожу ее и медленно еду к месту встречи. Да, все туда же, к супермаркету.
Не прошло и пяти минут, как прискакала любительница поговорить по душам.
— Вы опять за мной следите? — не успев приземлиться на сидение рядом, Ася уже недовольно ворчит.
— И тебе, привет, — решаю не развивать далее тему, а сразу перехожу к козырям, — готова к незабываемому вечеру?
— Звучит как-то двусмысленно… но да, готова, — внутри ее распирает от радости.
— Тогда погнали, у нас два часа с хвостиком, чтобы успеть добраться и занять лучшие места.
— Так они ж вроде на стадионе будут, вы думаете нам удастся пробраться к сцене?
— Я тебя удивлю, но и на стадионе есть ВИП места, — глаза округляются и сверкают ярче бриллиантов от предвкушения.
Дорога до города Д. пролетает быстро. Разговоры разные, от предпочтений в музыке, еде… обо всем житейском. Вроде ничего личного, но я узнаю об Асе много разных мелочей, которые подтверждают мои догадки о том, что Ася легкий, незакомплексованный, активный, а главное, позитивный человек. И это радует. Открытость нынче не в моде… И хотя ранее она проявляла ко мне аккуратность, недоверие и настороженность, не прошло и нескольких дней, как она стала реагировать на меня относительно ровно, учитывая, что на ее вопросы я так и продолжал отвечать обтекаемо, без конкретики и мелочей.
— Ты есть хочешь? — видно, что хочет, но мнется. — Ага, я тоже, — решаю не дожидаться ее ответа, решая за нах двоих. — Тут за углом МакДрайв, сейчас свернем, и что-то купим. Любишь чикен МакНаггетс?
Поворачиваю за угол и натыкаюсь на длинную очередь из машин. Ни одни мы хотим есть, как оказалось… Проезжаю мимо очереди в надежде, что есть место на стоянке. Так уж и быть, зайдем внутрь и сделаем заказ там… но где там. За стеклянными окнами видно, что и там, как и на стоянке, яблоку негде упасть. Вот зараза.
— Я не была в МакДональдсе, — отвечает Ася.
— Не была, и много не потеряла. Ничего экстраординарного, — заверяю ее, — я тут еще одно местечко знаю, там точно поедим.
— Да ладно, — немного смущенно пытается меня переубедить, — я не так уж и голодна, — и тут урчит ее предатель-желудок, от чего ее лицо покрывается красными пятнами.
— Предатель, да? — указываю на ее живот глазами. — Бастует? Сейчас все будет.
Проезжаем квартал и останавливаемся возле большого ларька, на котором написано «Слойки». И о радость, тут практически никого.
— Сиди, я сейчас, — выскакиваю из машины и, не успев дойти до окошка, принимаюсь накидывать продавщице, что буду брать. Дама сообразительная, поэтому действует на опережение, предлагает все самое свежее и вкусное. Не забываю о напитках и вот, пара минут и я счастливы обладатель двух пакетов разного и вкусного.
— Держи, — сую один из пакетов Асе в окно, — и это твое, — даю ей бутылку пепси.
— Откуда вы знаете, что я люблю пепси, а не колу?
— Интуиция. Я ее тоже больше люблю.
Съедаем все мигом, особо не разговаривая. Какие уж тут разговоры, когда слойки такие вкусные, что язык проглотить можно.
— Нравятся? — поворачиваюсь к Асе, откусывающей приличный кусок.
— Очень вкусно, ела бы и ела, — нахваливает она.
— Давай еще куплю, если не наелась.
— Не-не, мне хватит, а то лопну.
— Как знаешь, тогда поехали, у нас
