забота. Настоящая. И это полностью перечеркивает образ той холодной, поверхностной светской львицы, какой себе ее представлял.
— Ты часто тут бываешь? — спрашиваю, пока мы продолжаем идти к пиццерии.
— Ага. У меня полно свободного времени, и я решила использовать его с пользой. — Она улыбается. — Сью как-то зашла в кофейню и попросила повесить объявления о наборе добровольцев. Я подумала почему бы и нет? — На ее губах играет теплая, искренняя улыбка, когда она продолжает: — Мне правда нравится помогать. Люди, которые туда приходят, не имеют ничего, но они так благодарны за каждую мелочь. Я стараюсь жертвовать столько времени и денег, сколько могу, потому что им это очень-очень нужно.
Я останавливаюсь и просто смотрю на нее.
Женщина, которую считал плоской, эгоцентричной, настоящей «принцессой» во всех смыслах этого слова, медленно превращается в нечто совсем иное.
Когда она замечает, что не иду рядом, то оборачивается. Темные волосы соскальзывают с плеча, развиваются на ветру и у меня перехватывает дыхание.
Черт. Она прекрасна. Красивая так, как будто вообще не пытается ею быть.
— Ты идешь? — спрашивает она, одаряя меня той самой улыбкой, от которой замирает сердце.
Я просто киваю, не доверяя голосу, боюсь, что он выдаст все, что творится внутри.
Молча иду за ней, сбитый с толку как никогда.
Только начинаю думать, что все о ней понял, и тут она выбивает почву из-под ног.
Я считал, что использовать Викторию в своей мести будет просто. Что она всего лишь пешка в моей игре.
Но теперь понимаю, что никогда еще в жизни так не ошибался.
Глава 11
В Dino's пахнет божественно — сыр, чеснок и капля жирного греха, смешавшись, заставляют мой желудок предательски заурчать.
Деймон выбирает столик в глубине маленькой пиццерии и заказывает пепперони на тонком тесте с дополнительным сыром. Затем берет из холодильника шесть бутылок пива и ставит их на стол между нами.
Открыв две, он протягивает одну мне. Мы чокаемся, и я делаю первый глоток.
Наш официант приносит пиццу, и у меня буквально текут слюнки от одного взгляда. Она идеально запеченная, с поджаренными бортиками, именно такая как я люблю.
Деймон первым подносит кусок ко рту, и когда откусывает, на его лице появляется выражение чистого блаженства.
— На вкус, как в те самые времена, — говорит он, прожевывая.
Его слова застают меня врасплох. С учетом того, что он знаком с владельцем, я думала, он ест тут часто.
Мягкая итальянская музыка играет на фоне, пока мы с ним поглощаем пиццу и дешевое пиво.
Вот это — мое идеальное первое свидание.
Французский ресторан? Неплохо для тех, кто ценит подобные места. Но вот это именно тот вечер, который я всегда себе представляла, когда думала о свидании с парнем, который мне действительно нравится. С парнем, который понимает меня.
Мне хочется верить, что Деймон именно тот самый. Но, по правде говоря, я почти ничего о нем не знаю о нем. Даже не знаю, чем он зарабатывает на жизнь.
— И так, Деймон, чем ты занимаешься? Ну, когда не посещаешь благотворительные балы и не покупаешь свидания? — спрашиваю с широкой улыбкой.
— Я аналитик данных, работаю с крупными компаниями. В основном, целыми днями утыкаюсь в цифры и пытаюсь найти, где что не сходится.
— Звучит… скучно, — вырывается у меня.
Он смеется и кивает.
— Очень.
Отпивает пиво, ставит бутылку обратно на стол.
— А ты чем занимаешься, Виктория? — спрашивает, встречаясь со мной взглядом.
— Эм, ну я закончила бизнес-факультет в прошлом году, но пока еще не нашла, как применить диплом.
Я начинаю ковырять этикетку на бутылке, из-за конденсата она легко сходит.
— В таком городе найти работу, думаю, не так уж сложно, — говорит он, и в его голосе слышится что-то похожее на упрек.
— Да, ты прав, — признаю я. — Просто… еще не нашла то, что действительно мне подходит.
Чего я не могу ему сказать, так это то, что фамилия Чикконе действует на работодателей, как сирена тревоги. Стоит им узнать, чья я дочь, и двери мгновенно захлопываются.
Все из-за моего отца. Его репутация куда громче моей личности. Я виновата лишь в том, чья дочь. И, честно? Я не виню этих людей за то, что они не хотят связываться с человеком, который на бумаге бизнесмен, а по факту мафиози.
Понимая, что разговор зашел на слишком скользкую территорию, я решаю сменить тему: — Ты вырос в Нью-Йорке?
— Да. Недалеко отсюда, — отвечает он коротко, не вдаваясь в подробности.
— Я тоже. Мой отец до сих пор живет в том же доме в Бруклине, где я выросла. — Мне нужно немного храбрости, поэтому делаю хороший глоток пива. — Моя мама погибла, когда я была совсем маленькой, в автокатастрофе.
Не хочу сразу перегружать разговор личными трагедиями, но надеюсь, что он тоже откроется хотя бы немного.
Я жду. Молча.
Но он ничего не говорит.
— А твои родители? — осторожно спрашиваю. — Они все еще живут в Нью-Йорке или…?
На лице Деймона пробегает холодная тень.
— Они оба мертвы, — говорит он, и в голосе столько льда, что по коже пробегает мороз.
— Мне жаль, — быстро говорю, сожалея, что затронула эту тему. Но слова уже сказаны, обратного пути нет.
Деймон резко поднимается.
— Я пойду заплачу.
— Хорошо, — бормочу, но он уже уходит, даже не слыша мой ответ, направляясь к кассе.
Оставаясь за столиком, я мрачно допиваю пиво, размышляя о том, как мы с ним вдвоем умудрились прикончить целую пиццу и шесть бутылок. Обычно я столько не ем и не пью, но сегодня было по-настоящему хорошо. Жаль только, что я, возможно, все испортила, заговорив о его семье.
Мое внимание отвлекает громкий голос, доносящийся из кухни. Сквозь распахивающиеся двери выходит невысокий, коренастый пожилой мужчина с седеющими волосами, зачесанными набок. На нем красная футболка с логотипом Dino's, изрядно заляпанная жиром и натянутая на внушительный живот.
Он направляется прямо к Деймону, и они обнимаются, как старые друзья. Деймон что-то говорит, не слышу, что именно, но мужчина резко оборачивается ко мне, и у него расширяются глаза.
— Ты привел девушку! — восклицает так громко, что слышно на весь зал. Он машет мне рукой, приглашая подойти, и я, слегка смущенная, подхожу ближе.
— Собрался зайти и даже не поздороваться? — укоряет он Деймона.
— Не хотел мешать, Дино. Знаю, как ты занят на кухне.
Ага. Значит, это и есть тот самый Дино, владелец пиццерии.
На лице Деймона появляется выражение, которого раньше никогда
