город. Дети радуются свободе, смеются громко и искренне, словно забыли обо всём плохом. Маша повеселела, играет с Игнатом и близнецами в прятки. Дай бог, им будет легче пережить этот кошмар, чем мне самой, ведь моё сердце болит невыносимо.
Прошло всего несколько часов с тех пор, как я собрала вещи и увезла ребят подальше от городских сплетен и новостей. Слухи ползут с молниеносной скоростью, словно стая тараканов. И везде одно и то же: мой муж крутит роман с известной актрисой Дианой Скороходовой. Почему? Да потому что за последние два дня их видели вместе целых два раза. Глаза наполняются слезами, руки дрожат, горло сдавливает комок отчаяния.
Вера подходит сзади, кладет руку на плечо, молча смотрит на братьев и сестёр, играющих вдали. Её лицо такое серьёзное, повзрослевшее раньше срока. Знает всё, конечно, видит мою боль, чувствует…
Младшие близнецы ещё маленькие, не понимают масштаб трагедии, воспринимают переезд как приключение. Маша и Игнат хорошо осознают ситуацию, каждый по-своему справляется с переживаниями. Одна надежда, что эта поездка поможет нам забыть хотя бы ненадолго о семейной драме.
— Мам, ты как? — спрашивает дочь глухим голосом. Знаю, что и ей тяжело. Но она у меня боец, держится достойно.
— В порядке, — скомкано отвечаю я, натужно улыбаясь. Но Вера, кажется, видит меня насквозь.
— Папа звонил мне уже раз сто, — выдает она как бы между прочим. Знаю. Мой телефон тоже разрывается от его звонков. Добавить бы его номер в черный список, да что толку. У нас общие дети. Пятеро. Долго скрываться я не смогу. Если бы можно было просто взять уехать на другой конец света и забыть обо всем этом…
Но дети. Дети… Им нужен отец, каким бы подлым он не был.
— Вер, прошу. Пока не говори ему ничего, ладно? — смотрю на дочь в надежде, что она выполнит мою просьбу.
Вера сдержанно кивает.
— Хорошо, мам. Но мы ведь не сможем прятаться вечно… — выдает разумный аргумент дочь, и я киваю в ответ.
— Знаю, милая, знаю. Мне нужно буквально два дня. Вера обнимает меня, и я едва сдерживаю слёзы.
— Все будет хорошо. Эта стерва не стоит твоих слез, мам, — дочь очень старается меня поддержать. Я безумно благодарна ей за это.
Но никто не способен облегчить мою душу прямо сейчас. Никто, кроме времени. Нужно выдержать этот удар судьбы, пережить потерю любви и доверия к мужу. Может, он действительно влюблён в Диану? Может, старые чувства вновь восстали из пепла? Как там говорят, старая любовь не ржавеет?
Если это так, тогда пусть идёт туда, куда тянет его сердце. Пусть не мучает нас. Мы итак хлебнули сполна…
Нам нужны стабильность, покой, уверенность в завтрашнем дне. Вместо этого постоянный хаос, тревога и страх. Наверное, самое страшное испытание для ребёнка — наблюдать, как родители расстаются, теряя уважение друг к другу и доверие.
Я бы никогда не смогла подумать, что однажды нам придется через такое пройти. Но будущее невозможно предугадать, и даже самые крепкие и доверительные отношения дают течь. Рушатся, словно хлипкая конструкция. Раз — и ничего нет.
Оборачиваюсь к окну, смотрю на густые кроны деревьев, которые виднеются вдали. Дом уютный, тёплый, кажется родным. Здесь легко дышится, приятно смотреть на природу вокруг. Однако мысли возвращаются обратно домой, где мы с Иваном прожили вместе восемнадцать лет. Дом, куда, возможно, мы уже больше никогда не вернемся. От этой мысли в груди начинает щемить тоска.
Телефон снова оживает, отрывая меня от печальных размышлений. Сообщение на экране приносит неожиданную радость: поступает срочный заказ на фотосъёмку. Прямо сейчас. Семейная фотосессия в студии на окраине города. Еще и ехать всего полчаса! Да это судьба.
Последние месяцы практически забросила своё любимое занятие, была занята заботами о семье, болезнями детей, их учебой. Сейчас же появилась возможность вернуться к фотографии профессионально, почувствовать вкус настоящего творчества. Сразу соглашаюсь, понимая, что фотография позволит отвлечься от переживаний и мрачных мыслей. Лишь сейчас понимаю, как я соскучилась по своей работе!
Обращаясь к Вере, к своей единственной помощнице, и прошу приглядеть за братьями и сёстрами пока буду заниматься работой.
Можно было бы вызвать маму, но я скорее освобожусь, чем она доедет до поселка. Тем более, я отлучусь буквально на пару часов, не более.
— Мам, я справлюсь. Не переживай, — уверенно заявляет Вера, и я с благодарностью целую дочь в макушку. — Уложу близнецов спать, а с Машей и Игнатом во что-нибудь поиграем.
Улыбаюсь ей. Моя уже такая взрослая помощница. Иду собираться.
Фотосъемка — мой шанс хоть немного отвлечься от всего этого кошмара. И, возможно, сделать шаг навстречу новой жизни.
И… Хотя бы временно забыть о боли расставания и предательства. Сажусь в машину, завожу двигатель и срываюсь с места. Уже в дороге у меня в голове начинают зарождаться смутные сомнения. Почему такая срочность?
Обычно о таких вещах договариваются заранее. Хм, может быть, семью подвел фотограф, и они суматошно ищут любого другого, который свободен и согласится сделать фотографии?
Да, вполне разумное объяснение. В жизни ведь всякое бывает. Все мы люди, у каждого из нас случаются форс-мажоры.
Доезжаю до студии, очень удачно паркую авто прямо у входа. Пишу Вере сообщение, спрашиваю, как у них дела. Дочь отвечает, что все хорошо. И снова просит меня не переживать.
Я с облегчением выдыхаю и захожу внутрь студии. Интересная обстановка. Дизайн студии выполнен в старинном стиле. Старая, слегка потрепанная мебель, большой белый рояль, обшарпанные кирпичные стены. Я бывала во многих студиях в городе, но здесь я нахожусь впервые. Осматриваюсь вокруг. За стойкой администрации никого нет. Может, сотрудник отлучился по делам? Наверное, сейчас подойдёт.
А где же тогда семья? Может, опаздывают?
В душе начинает зарождаться смутная тревога. Чтобы отвлечься, решаю пройтись по студии и осмотреться.
Действительно необычное место. И очень странно, что семейная пара выбрала именно такую локацию. Как по мне, здесь было бы куда более уместно проводить какую-нибудь рекламную фотосессию для журнала, или…
— Здравствуйте, Дарья, — замираю, услышав позади себя женский голос. Оборачиваюсь. Передо мной стоит Диана Скороходова.
Глава 19
Дарья
Фотоаппарат чуть не выскальзывает из потных ладоней. Ловлю его в последний момент, сердце бешено колотится в груди. Передо мной стоит Диана Скороходова. Здесь. В этой студии. Что ей нужно? Зачем она пришла?
— Что вы от меня хотите? — задаю вопрос, стараясь, чтобы мой голос звучал без тени волнения.
— Хочу провести фотосессию, — отвечает она с лукавой улыбкой, пожимая плечами. — Наслышана
