благодарность.
— Не пойдет, — отказался Лютый. — Кто отправил — пробью. Но благодарность должна быть нормальная, а не “на отвали”.
Пусть так. Сейчас это меня не волновало.
Все мысли вертелись вокруг другого. Кто и зачем отправил мне деньги? Большая сумма — большая опасность.
Я не верила в подарки судьбы. Больше нет.
25
Жизнь шла своим чередом. Все как-то успокоилось. Я готовилась к предстоящей учебе. Большую часть времени проводила с малышами. Наведывалась в гости к Ульяне.
Девушку уже перевели из клиники домой.
Огромный особняк Лютого производил на меня тяжелое впечатление, потому что я сразу вспоминала дом Арсанова, где провела столько счастливых мгновений…
Хотя мое счастье оказалось фальшивым. Или лучше сказать — у моего счастья вышел срок годности?
Мы с Ульяной очень сильно сблизились. Я сама удивлялась, как это возможно. Обычно с людьми я так быстро не сходилась. Ровные отношения поддерживала, но до дружбы доходило редко.
А тут — мы находились на одной волне. Часто заканчивали друг за друга фразы. Выяснилось, что нам нравится одинаковая музыка, одинаковые фильмы. Да что там! Даже в еде у нас оказались одни вкусы.
— Я бы могла решить, мы близняшки, — смеялась Уля.
— Которых в детстве разлучили? — предполагала я.
— Как в наших “любимых” индийских фильмах.
— А что? Правда, похоже.
— Точно-точно.
Лютый не пытался предложить мне деньги. Это радовало. Но вот затею с благодарностью он не оставил до конца. Нашел способ.
— Подождите, как я могла поступить на бюджет? — удивилась я, когда меня вызвали в университет. — Заочное обучение. И к тому же, я сразу отдала документы на контракт. Невозможно…
— Да? — секретарь деловито поправила очки. — Значит, считайте, что вам очень крупно повезло. Вас по ошибке зачислили на бюджет.
— По ошибке?
— Вы же сами видите, — ткнула пальцем в список.
— Я не смогу посещать занятия.
— Это и не требуется. Слушайте, впервые вижу, чтобы кто-то так возмущался, когда поступил на бюджет. Все, девушка, у меня нет времени.
Она буквально выставила меня из кабинета.
— Это ты постарался? — прямо поинтересовалась у Лютого, когда мы встретились. — Я могу оплатить обучение. Деньги отложила, поэтому…
— Оставь эти деньги для своих детей, — безапелляционно заявил Тарас и пристально посмотрел в мои глаза. — Кстати, почему ты ничего не сказала про Монаха? Думала, я сам не узнаю?
Монах.
От этого прозвища холодок прошел по спине.
Именно Монаха опасался тот бандит, который оставил мне безумную сумму денег. Но Молотов утверждал, что криминальный авторитет, который носил эту кличку, давно отправился на тот свет.
— Сказала бы, — ответила тихо. — Если бы сама знала.
— Выходит, Монах просто так перевел тебе деньги на счет? — прищурился Лютый.
— Подожди… те деньги… ты выяснил? — опешила. — Их отправил этот Монах?
— Да, странно, что ты не в курсе.
— Я понятия не имею кто это такой, — развела руками. — И мне говорили, он мертв. Но разве покойники могут отправлять деньги?
Лютый долго молчал. Вглядывался в мои глаза, будто сканировал на ложь.
— Ты действительно ничего не знаешь? — наконец, спросил он.
— Нет, но буду рада, если ты хоть что-то объяснишь и расскажешь, как вернуть деньги этому бандиту. Мне чужого не нужно. Я знаю о нем только то, что он криминальный авторитет.
“Как и ты” — чуть не вырвалось у меня, но я вовремя спохватилась.
— Криминальных авторитетов много, а Монах такой один, — произнес Лютый.
26
— Что в этом Монахе такого особенного? — не выдержала я.
Лютый оставил вопрос без ответа.
Складывалось впечатление, будто он не верит в мою неосведомленность по данному вопросу. За такое отношение ко мне даже нельзя было осудить.
Это же действительно странно. Какой-то известный бандит неожиданно отправляет на мой счет сумасшедшую сумму денег, а я же якобы ничего не знаю.
— Кроме тебя мне больше не к кому обратиться, — продолжила я. — Оставлять у себя деньги криминального авторитета не хочу. Как я смогу их вернуть?
— Ты всерьез решила что-то вернуть? — усмехнулся. — Монаху?
— Ну да, — развела руками. — Какие еще у меня остаются варианты?
— Забудь об этом, — сказал Лютый. — Монах ничего не примет обратно. Если он считает, что эти деньги должны быть у тебя, то пусть все остается как есть.
Безумная ситуация. Мне насильно вручают деньги.
— Как ты себе представляешь? — вздохнула. — Они же чужие…
— Ну если для тебя это настолько важно, то просто не трать их. Открой другую карту. А эту держи на случай проблем.
— Мне говорили, Монах давно погиб.
Лютый на эти слова даже бровью не повел.
— Ты что-нибудь об этом слышал?
— Я видел Монаха, — неспешно протянул Лютый, продолжая изучать мою реакцию. — Не так давно. Он живее всех живых.
— Если вы с ним настолько знакомы, то при следующей встречи ты бы мог выяснить этот вопрос. Узнать, как вернуть ему…
— Вот именно потому что мы знакомы, таких вопросов задавать ему не стану.
— Почему?
— Монах своих решений не меняет, — отчеканил Лютый. — Как захотел сделать, так и будет. Не гневи судьбу.
На этом разговор и закончился. Пришлось смириться с таким положением вещей. Первым делом я открыла карту в другом банке.
Но вскоре меня ждала очередная странность.
Вечером прозвенел звонок от старого знакомого.
— Ирочка, привет, — послышался в динамике мобильного телефона голос Леонида, давнего бизнес-партнера моего мужа. — Как дела? Что нового?
Вежливо и коротко ответила ему. Собиралась как можно скорее свернуть беседу, но Леон находил все новые и новые поводы продолжить.
— У тебя все нормально? — поинтересовался он. — Может быть, помощь нужна? Сейчас такое тяжелое время. Ты же совсем одна. Еще и с тремя детьми. Прости, что так сильно навязываюсь. Просто чувствую свою ответственность.
В прошлом мы с Леоном почти не общались. Но стоило мне развестись с Арсановым, как мужчина моментально нарисовался на горизонте.
Странно все это…
— Не волнуйся, у меня есть хорошие друзья, — ответила ему. — Справляюсь.
— Уверена? Ты не стесняйся позвонить мне в любое время. Хоть среди ночи. Всегда тебя выручу, Ирочка.
— Благодарю.
Повисла пауза.
Я надеялась, Леон прервет разговор, а если нет, то я сама закончу нашу затянувшуюся беседу, но тут он поинтересовался:
— Кстати, в последнее время ничего странного не происходило?
Было что-то неприятное в его тоне. Что-то меня царапнуло.
— Вот на днях, — прибавил Леон. — Никто к тебе не приходил? Ничего не передавал? Подарок какой-нибудь?
— Понятия не имею о чем ты, — ровно произнесла я.
Рассказывать ему о случайно свалившихся на меня деньгах не собиралась.
— Может быть, пришел какой-нибудь сюрприз?
Было в этом Леоне нечто
