но с такой же тачкой и в модном прикиде, то многие вокруг все равно бы ему строили глазки.
— Дашка, тебя чего на философию потянуло? — это Вика, она не живет в общаге, ей родители купили отличную квартиру-студию неподалеку от универа. Но Вика подозревает, что предки еще и камеры установили, проверяют не устраивает ли она в свободное время пьянки. Так что она частенько сидит в нашей комнате. А еще у Вики уже давно есть парень, и другие ее не интересуют. Но посплетничать — это святое.
— День такой. — пожимаю плечами. — Конец марта, все начинает таять, размораживаются собачьи какашки и философские мысли.
— Даша, ты капец странная иногда. Кстати, вот тебе вообще ничего особенно улучшать не надо, только глаза выглядят странно. Не страшно, а просто странно. Ты линзы никогда не носила?
Ага, триста раз! Я свои зеленый и карий глаза обожаю именно за эксклюзивность. Хотя если вспомнить, что именно из-за них пришлось одной ночью сбегать подальше…
— Я носила линзы. — правда носила, но недолго. — К сожалению, глаза у меня слишком чувствительные. Так что смотрите и завидуйте.
— Кстати! — а это Рита, которая спит и видит как ей вернуть бывшего. — Велицкий же тебя вроде на свиданку как-то звал.
— Зовет. — поправляю ее. — Раз в месяц. У него на телефоне, наверное, напоминалка стоит. Мол, седьмого числа в три часа дня подкараулить Арсеьньеву возле аудитории и позвать на свиданку. Получить отлуп, отойти обдумывать дальнейшую стратегию. Иногда я думаю, что он нпс.
— Кто? — да ну ладно, как это можно не знать?
— Не игровой персонаж. Тот, кто действует по шаблону, повторяет одни и те же действия, не задумываясь о последствиях.
— Вот ты, Даша, какая-то вообще странная. — тянет Вика, а я ей подмигиваю через зеркало. — Тебя на свиданку зовет такой парень, а ты его раз за разом динамишь.
— Если человек не способен понять с первого раза то нам точно не по пути.
Я слегка встряхиваю волосами. Обычно кудрявые, но сегодня мне захотелось их выпрямить. Выгляжу… необычно. И как-то даже слегка гламурно. Наверное, все дело в прямых идеально ровных волосах и вечернем макияже.
— Ну вот ты же красотка, Даша. — так, подружкам-болтушкам сплетни надоели, решили выбрать свежую жертву?
— Я слышу в твоей фразе “но”.
Так, что там сказала Ева, когда звонила насчет приглашения на девичник? Одеться так, чтобы выглядеть прямо девочка-девочка. Ее даже не смутил факт отсутствия у меня подобных нарядов. Мой гардероб состоит полностью из оверсайза. Чем больше — тем лучше.
— Ты одеваешься ужасно! Одни балахоны, под которыми фигуру не видно!
— Прикиньте какой дикий вкус у Велицкого, который не теряет надежды!
Давайте уже отстаньте от меня, обсудите еще кого-нибудь.
— Так он тебя в бассейне небось видел. У нас же с ними в одно время плавание было.
Не помню, если честно. Я тогда плавала, а не по сторонам смотрела. И купальник постаралась найти самый жуткий и скромный.
Зато от наряда на девичник отвертеться не вышло. Ева прислала мне его с грозной запиской. И теперь бледно-зеленое платье из плотного шелка и с открытой спиной красовалась в шкафу, выделяясь среди остальной одежды.
И ведь не откажешь беременной то! А их сегодня на девичнике будет аж двое!
Конечно, подружки-болтушки следят пока я переодеваюсь за ширмой. Ладно, платье реально классное. Облегает, но без вульгарности. Длина чуть выше колена, вырез не слишком глубокий, но достаточно волнующий.
А еще к нему положены серебристые туфли на шпильке.
Ну вот почему у нас с ней одной размер?!
— Ну вот смотри какая красоточка! Дашка-а-а-а, откуда платье?! Это же новая коллекция!
— Откуда взяла, там больше нет.
Хоть и первый месяц весны уже заканчивается, но по вечерам на улице все подмерзает. Так что некоторые тротуары блестят тонкой корочкой льда. Я лишь надеюсь, что общажное крыльцо успело за день подсохнуть. Иначе можно и ноги переломать.
Хорошо еще водитель попался не болтливый. Мы с ним прямо на одной волне оказались. Я кивнула, он кивнул и все — поговорили.
Ева и Алексия сняли небольшой клуб, который принадлежит Егору Аристарховичу. Сегодня он только наш. Так что на входе приходится продемонстрировать пригласительный.
А дальше я попадаю в пафосное заведение, разбитое на уровни. Танцпол и барная стойка, лаунж, крытая терраса, в летнее время еще и на крыше устраивают автопати.
— Страшная девочка-призрак, идем сюда! — Ева машет мне рукой с огромного полукруглого дивана из кожи винного цвета. У нее живота еще не видно, но она, как и Алексия, предпочла тунику свободного кроя. И каблуки убрала. Хотя у нее же муж-врач, бдит, небось.
— Да кто бы говорил, японский ты наш призрак. — сажусь рядом.
Мне тут же вручают узкий бокал с чем-то золотистым. Кошусь с недоверием. Прежде я не пробовала алкоголь. Не могу позволить себе утратить ясность мыслей. Хочу все держать в руках.
Я сама себя делаю. Я сама решаю кем хочу быть. Я сама могу выбирать.
Три фразы, которые мне тогда посоветовала психолог, для меня отлично работают.
Сидящая тут же Алексия потягивает какой-то сок. Остальных я не знаю. Всего нас набралось одиннадцать человек.
Ладно, от одного бокала не опьянею. К тому же Ева говорила, что попросила Тима купить какое-то особенное шампанское. Которое вряд ли я когда-нибудь попробую еще.
И вообще, если уж пробовать алкоголь первый раз в жизни, то лучше, чтобы он был реально хороший.
* * *
За три часа до девичника…
— То есть ты хочешь сказать, Петровский, что девушка с тобой рассталась потому, что ты помог подруге детства с переездом? При этом кроме тебя там еще было пять парней, и все вы знаете друг друга с детского сада?
— Да! Илья Романович, да Алена уже три года в отношениях. Он тоже из нашей компании, мы всегда друг другу помогаем. Я предлагал Вере поехать со мной, но она устроила скандал! В меня никогда не швыряли чашками, Илья Романович!
Так, Илюха, не ржать, не ржать. Для парня это реально драма. Вспомни себя в девятнадцать лет.
Кто бы нас со стороны видел! Мне душу изливать начали пятнадцать минут назад, в студенческом туалете. Без комментариев, пожалуйста. Поэтому я сижу тут, на пластиковом стуле, который непонятно кто сюда притащил. А Петровский страдает в туалетной кабинке, потому что, якобы, ему так проще говорить. Мне же остается только радоваться тому, что в семь вечера в университете уже почти никого нет, да и этот туалет в самом конце коридора и посещается не
