Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
Мутные ручейки так и хлынули во все стороны, перетекая за края доски. Стараясь не пыхтеть, Мэгги локтем утерла лоб и подобрала растекшуюся смесь фартуком. От чертовой вилки проку оказалось мало, а потому Мэгги набрала побольше воздуха — и погрузила руки во влажное месиво.
Фу, гадость!
Мука тотчас забилась под ногти. Мэгги ожесточенно заработала пальцами, мысленно молясь о чуде, которое превратило бы эту дрянь в нечто, хоть отдаленно напоминающее тесто. Вокруг нее поднялось мучное облако. Чем сильней она паниковала, тем лихорадочней работали ее руки. Может быть, добавить еще муки? Или яиц? Дальше все стало как в тумане… пока сильные морщинистые руки не прервали ее неистовый труд. Мэгги зажмурилась, признавая свое поражение… затем медленно открыла глаза.
Матушка Конте в упор разглядывала неаппетитное месиво, которому теоретически полагалось превратиться в пасту. Крошки яичной скорлупы белели в сгустках клейкой бурды, которая расползалась по столу и шлепалась на пол. Над этими сгустками взлетали и парили крохотные облачка мучной пыли. Фартук Мэгги был облеплен склизкими комьями, и так называемое тесто покрывало ее руки до самых локтей.
Мэгги поняла, что все кончено. Майкл никогда не женился бы на женщине, которая не умеет готовить домашнюю пасту. Матушка Конте в жизни не одобрила бы такой брак, не говоря уж о том, чтобы поверить в его возможность. Собрав жалкие остатки гордости, Мэгги вздернула подбородок и прямо встретила взгляд пожилой итальянки.
— Я солгала. — Матушка Конте вопросительно вскинула бровь, и Мэгги продолжила, словно бросаясь в омут: — Я совершенно не умею готовить. Я покупаю сухую пасту и бросаю ее в кипящую воду. И разогреваю соус в микроволновке. И почти каждый вечер ужинаю в кафе или ресторане.
Ну вот. Обратный путь отрезан. Мэгги приготовилась услышать насмешки и обвинения. Вместо этого мать Майкла расплылась в улыбке:
— Я знаю.
— Что?! — отшатнулась Мэгги.
— Мне хотелось взглянуть, как далеко ты зайдешь. Я впечатлена, Маргерита. Ты ничем не выдаешь своего страха. Взявшись за дело, ты доводишь его до конца, даже если считаешь, что потерпишь поражение. Именно такая жена и нужна моему сыну.
Несколькими проворными движениями матушка Конте убрала с доски раскисшее месиво, присыпала ее свежим слоем муки и повернулась к Мэгги:
— Начнем сначала. Смотри и делай, как я.
Теперь она действовала медленнее, наглядно и четко демонстрируя каждый шаг. Страх перед разоблачением отступил, и Мэгги с удовольствием погрузилась в обучение. Запустив руки в груду теста, она месила его с таким усердием, что очень скоро выбилась из сил. Упражнения с гантелями в тренажерном зале не шли ни в какое сравнение с готовкой, и жилистые руки матушки Конте, казалось, не знали усталости, добиваясь идеальной однородности теста. Мэгги подхватила живой мотивчик, который напевала под нос мать Майкла, и на нее снизошло умиротворение. Ей никогда прежде не доводилось заниматься стряпней в компании другой женщины, никогда прежде ее не допускали в такой теплый, по-домашнему уютный кухонный мирок. Скалка неустанно трудилась над тестом, раскатывая его все тоньше, и матушка Конте вручила кусок теста Мэгги.
— Секрет хорошей пасты в том, чтобы тесто было плотным и упругим. Мы должны сделать его тонким, как лист бумаги, и не допустить ни единого разрыва. Обработай край.
Мэгги прикусила губу:
— Матушка Конте, может быть, это сделаете вы?
— Нет, Маргерита. Сегодня ты приготовишь ужин для своего мужа сама, собственными руками. И не потому, что ты ниже его или он считает тебя ниже. Просто потому, что он твой муж, а ты его жена. Capisce?
Безыскусная красота этой фразы ослепила Мэгги своей истинностью. Она утерла ладонью пот со лба, оставив на коже липкий след теста… и улыбнулась:
— Хорошо.
Они трудились, не обмениваясь больше ни единым словом, напевали итальянские песенки, прислушиваясь к умиротворяющему шороху движений скалки и далекому чириканью птиц. Полоски теста рвались одна за другой, но Мэгги не сдавалась до тех пор, пока не подняла на ладони длинную широкую полоску. Неровную, но прозрачно-тонкую, без единого разрыва.
Матушка Конте приняла у нее эту полоску, разложила на сушилке и придирчиво оглядела. В кухне прозвучал ее довольный смешок.
— Perfecto. [19]
Мэгги широко улыбнулась, дивясь тому, что чувствует себя так, словно только вернулась с зимней вылазки на Эверест.
* * *
Спустя пару часов она сидела за большим столом, уставленным мисками с дымящейся пастой и свежим томатным соусом. Воздух был напоен ароматом базилика и аппетитным запахом чеснока. В углах стола высились три бутылки вина, а тарелки робко теснились между блюдами с едой, словно второстепенные персонажи книги. Мэгги нервно поглядывала на Майкла. Что, если он разразится хохотом? Или станет потешаться над ее кулинарной бездарностью и жалкими потугами блеснуть за столом подлинного мастера стряпни?
Волны смеха, восклицаний и шумных споров накатывали на Мэгги со всех сторон, приводя ее в смятение. Она слишком привыкла ужинать за кухонным столом, попутно глядя телевизор, или в упорядоченной тишине ресторанов, где было принято разговаривать лишь вполголоса. Повзрослев, Мэгги, как правило, ела одна, иногда в компании брата, но при этом оба молчали. Майкл вел себя за столом совсем иначе.
Он поддразнивал сестер, явно получая удовольствие от общества родных, и Мэгги вдруг осознала, что Майкл всегда держится непринужденно, поскольку точно знает, кто он есть. Она ценила в мужчинах эту черту и считала ее редкой. Майкл наслаждался жизнью, любил веселье, и она втайне попыталась представить, каково это было бы — ужинать с ним каждый вечер. Попивать вино, обсуждая прошедший день, вместе готовить и вместе садиться за трапезу. Как настоящие муж и жена.
Майкл взял вилку, намотал на нее макароны и сунул в рот.
Мэгги затаила дыхание.
— Ммм, как вкусно, мама! — застонал он от удовольствия.
Матушка Конте, усаживаясь на свое место, самодовольно улыбнулась:
— Благодари свою жену, Майкл. Все, что лежит у тебя на тарелке, она приготовила собственными руками.
Майкл, пораженный, откинулся на спинку стула. Чуть заметно нахмурив лоб, он посмотрел на свою тарелку, затем поднял глаза и встретился взглядом с Мэгги. Удивительное смешение чувств отразилось в его глазах. Отсвет чувственной пылкости… огонек гордости… и благодарный блеск.
Потом Майкл склонил голову, и лицо его осветилось улыбкой. Невообразимая легкость охватила Мэгги, и она улыбнулась в ответ. Деловитый шум, царивший за столом, отступил и опал под этим внимательным взглядом.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
