позвонил охранник и спросил: стоит ли впускать во двор иномарку Эмина.
— Скажите, что я сама сейчас выйду, — ответив охране, я зажала в кулаке связку ключей и выглянула в окно. Машина Эмина действительно стояла напротив ворот со стороны улицы.
— Яр, а ты куда? — удивлённо вскинув брови, мама проследила за моим взглядом. — А кто это?
— Мам, потом объясню. Присмотри за Давидом, пожалуйста.
Вылетев из дома пулей, я быстрым шагом двинулась к воротам. Сердце бахало с каждым шагом всё сильнее и сильнее.
“Ох и влетит мне за это от Олега”, — крутилось в голове, но я старалась гнать прочь эти мысли. На подсознательном уровне мне хотелось увидеть Эмина, услышать его голос и просто узнать, что у него всё хорошо. Что он не сломлен после вчерашней встречи, ведь Олег повёл себя как настоящая скотина, заставив меня признаться ему в любви и поцеловать фактически на глазах у Эмина. Это такая его дурацкая месть за измену.
Кивнув охраннику, чтоб открыл ворота, я приготовилась к встрече. А уже через несколько секунд стояла напротив Эмина с вытянутой рукой, передавая ему связку ключей.
Один миг и наши руки соприкоснулись. В том месте, куда дотронулся Эмин, меня будто обожгло. Кожа начала гореть изнутри.
Я задрала голову и заглянула в карие глаза. Лучше бы не смотрела, правда. Потому что почти утонула в этой бездне, где боль и любовь стали симбиозом.
— Ты как? — осмелилась спросить у Эмина.
— Нормально, — с натянутой улыбкой ответил Эмин и вдруг повернул голову в сторону, будто ему смотреть на меня больно.
— Прости.
— Не надо. Я всё понимаю, — ухмыльнулся Эмин, а мне так захотелось взять его за руку, чтоб наши пальцы крепко переплелись, и попросить забрать нас с сыном из этого дома, увезти так далеко, чтоб Олег никогда не нашёл. Но я трусливо отошла немного назад.
— Пока.
Не став дожидаться от Эмина ответа, я резко развернулась и поспешила во двор. Пока направлялась к дому, чувствовала на себе взгляд. Он спину прожигал насквозь. Но я не обернулась, мысленно себе пообещав отпустить Эмина — хотя бы из своего сердца. Он обязательно будет счастлив и однажды встретит женщину, которая его полюбит так сильно, как его никогда не любила я.
Вернувшись домой, я прижалась спиной к стене в коридоре. Грудная клетка вздымалась от тяжёлого дыхания, а в ушах всё ещё стоял голос Эмина: “Не надо. Я всё понимаю”. Да что ты понимаешь, Эмин? Ты ничего не понимаешь! Ты думаешь, что я безвольная, бесхарактерная, кукла в руках мужа? Нет. Я просто чертовски боюсь за твою жизнь. Папа преподнёс мне такой урок, что я его до конца своих дней буду помнить.
“Если он тебя обидит, я же с него три шкуры сдеру”, — угрожал мне папа три года назад. Сейчас угрожает Олег, только ты про это никогда не узнаешь. Ради твоей безопасности я запрещу себе даже думать о тебе!
— Яр, а ты чего тут стоишь? — внезапно появившаяся в коридоре мама заставила меня прийти в себя. Я смахнула со щеки слезу, надела на лицо привычную маску дружелюбия.
— Да что-то в глаза попало.
— Идём на свет, посмотрю, — мама потянула меня за руку, но я закачала головой, мол, не надо, уже всё прошло. — Яр, а кто это приезжал? Мне показалось или я только что видела Керимова Эмина?
— Это был он, да, — я не стала оправдываться и сочинять правдоподобную историю. Нет в этом смысла. Олег всё равно узнает об этой встрече — охранник скажет.
— Вы разве общаетесь? — искренне удивилась мама.
— Мам, это долгая история. Мы не общаемся, но…
Договорить не получилось. Мама нагло перебила:
— Но видитесь. Удивительно! И это после всего.
— После чего? — я опешила. О том, что Давид — сын Эмина знают только три человека: я, Олег и бабушка. Олег маме ни за что бы не сказал, а бабушка с мамой так и не помирилась, в отличие от меня, она с ней даже не разговаривает.
— Как, а ты не знаешь?
— Чего я не знаю, мама?
Взяв меня за руку, мама подошла впритык и шёпотом на ухо:
— Я никогда тебе этого не говорила, но так как твой отец уже мёртв, то могу сказать. Знаешь, кто подстроил аварию, в которой погибли родители Эмина? — потянув паузу, мама с удовольствием наблюдала за моим волнением. — Это сделал твой папаша. Он убил родителей Эмина, для того чтобы прибрать их бизнес к рукам. Эмин выжил каким-то чудом, а ведь должен был умереть вместе со своими родителями в той аварии.
* * *
Мне понадобилось несколько секунд, чтоб переосмыслить фразу. Да нет же… Бред какой-то. Эмин и папа были почти как родственники. Мой отец, хоть и проявлял жестокость по отношению к своим близким, но чтоб убить своего друга и его жену, а затем воспитывать их сына? Такого просто не может быть!
— Зачем ты врёшь, мама?
Дёрнув бровью, мама мазнула по мне удивлённым взглядом.
— Мне нет смысла врать. Это правда, Ярина. Понимаю, она очерняет светлый образ твоего отца…
— Молчи, — шикнула я, услышав приближающиеся шаги.
— У вас всё хорошо? — спросила сестра, застав нас с мамой в коридоре.
— Да, солнышко. А ты чего прибежала?
— Там… мальчик крупу какую-то рассыпал, — ответила сестра, указав рукой в сторону кухни.
Я мигом рванула в кухню и от увиденного замерла на месте. Плакать? Или смеяться? Сынок влез в мои ящики, достал оттуда все пачки, высыпал на пол и теперь играл среди всей этой кучи из круп и макарон прямо на полу.
— Мамин зайка, — опустившись рядом с сыном на пол, я всё-таки искренне улыбнулась. Пусть этот бардак будет самой большой в нашей жизни бедой.
* * *
Я так и не поняла: зачем приехала мама. Разговаривать нам особо было не о чём. Интереса к внуку она тоже не проявляла. Помочь мне? Нет, даже тарелку за собой после обеда не убрала. Такая себе встреча дочери и матери, больше похоже на приезд дальних родственников, которые остановились в твоём доме на несколько дней просто потому, что ты живёшь на море, а они решили сэкономить на гостинице.
В первый же вечер мама сбежала из дома вместе с сестрой. Захотели погулять по городу и прошвырнуться по магазинам. Какая ирония — меня с собой даже не позвали, хоть я и так бы не пошла. Просто этот момент ударил по мне в очередной раз больно. А любила ли когда-нибудь меня мама на самом деле?
