что придётся тебя оставить, — отвечает Марина, прижимая к себе Маришу, которая тихо сидит рядом и смотрит мультики в телефоне.
— Я буду в порядке, отдохну и заодно подумаю над своим будущим, — отвечаю спокойно, мысленно обещая себе не подвергать ребёнка и себя опасности.
Врач напугал меня. Не специально, конечно, он говорил всё по делу, это я насторожилась. Я переступила через наши с Давидом отношения, предала отца своего ребёнка и сбежала в другой город от двух угрожающих мне людей ради крошки под сердцем. Слишком многое прошла, чтобы сейчас подвергать риску и его, и себя.
— Хорошо, — соглашается Марина. — Мы пробудем у родителей три дня вместе с дорогой, а ты останешься у Кати, помнишь ведь её?
— Конечно помню, вы вместе со мной нянчились, — улыбаюсь, так как в памяти тут же всплывают воспоминания о наших совместных буднях.
— Ну вот и хорошо, она несколько дней назад родила, заодно проведёт тебе курс молодой мамочки, — проговаривает Марина. — Сейчас мы заедем в торговый центр, купим тебе витамины и кое-какие вещи…
— Не стоит…
— Это не обсуждается, ты приехала налегке…
— Тёть Марин, мне уже неудобно, — смущённо проговариваю, получая нахмуренный взгляд в ответ.
— Во-первых, какая я тебе тётя? Я всего лишь на одиннадцать лет тебя старше. А во-вторых, не перечь мне, — ставит точку, и я захлопываю рот, решая не спорить с ней, всё равно дело бесполезное.
В торговом центре мы проводим пару часов, они покупают подарки родственникам, а мне кучу одежды, витамины и всё необходимое. Маленькая Марина выбрала себе розовую тетрадку с единорожком и разноцветные ручки. А потом мы едем в какой-то очень крутой посёлок, такие выводы я делаю, отметив пост охраны на входе и роскошные дома.
Особняк Кати словно из какого-то журнала про сильных мира сего. Всё современно, со вкусом и везде чувствуется ценность вещей. Она встречает меня широкими объятиями и любовью. В отличие от Марины, которая за словом в карман полезет и, если надо, может и ударить, Катя всегда была более нежной, скромной и милой. Ничего слушать не стала, сказав, что сначала садимся за стол и только потом всё обсудим. Денис, муж Кати, мечта домохозяек, собственно, Макар такой же. Они оба высокие, атлетически сложенные, с уверенными взглядами, и почему-то, смотришь на них, и иногда холод пробирает.
К слову, Дениса я знаю, он родился и жил в нашем захолустье. Они с Катей ещё тогда встречались, но потом он уехал вместе с родителями, а Катьку оставил беременной, и её родители, не дай бог кому таких, заставили её выйти замуж за урода, который поднимал на неё руку. В общем, у всех свои проблемы, только разные. Главное, что всё у всех хорошо, и пройденный путь в конце привёл к обретению счастья. Надеюсь, у меня тоже всё будет хорошо.
— Можно мы пойдём в мою комнату? — спрашивает сын Кати и Дениса.
— Если всё доели, — отвечает ему Денис и смотрит на пустые тарелки детей.
— Доели, — кивает Егорка, выйдя из-за стола. — Пошли, — берёт Маришку на руки и, спустив со стула, хватает её за руку и ведёт наверх.
— Кажется, мы породнимся, — усмехается Денис.
— Попридержи коней, — цедит сквозь зубы Макар.
— Они милые, — вставляю я с улыбкой.
— Да, это так, — улыбается Катя, качая люльку, в которой спит крошечная девочка. — Так что у вас случилось? — спрашивает серьёзным тоном.
— Эм… я беременна, — отвечает Марина, заставляя всех выпучить глаза на неё, в том числе меня.
— О господи!
— Правда?
Бросаем мы с Катей одновременно.
— Узнали три часа назад, — кивает Марина, и Катя тут же кидается на неё с объятиями, а я лишь скромно её поздравляю.
Прикусываю щеку изнутри, сдерживая слёзы из-за того, что я толком не смогла порадоваться своей беременности. У меня не было возможности сидеть с любимым за столом и преподнести ему эту новость как-то красиво. Мы не успели пожениться, не поговорили, не объяснились.
— Ещё одна девочка? — усмехается Денис. — Ювелир, — смотрит на Макара.
— Завидуй молча, — фыркает тот в ответ.
— Чему? — хмыкает. — Ладно, это всё хорошо, поздравляю вас, но, вроде, был другой вопрос, — меняет тему и переводит взгляд на меня.
— Да, — кивает Марина и тоже поворачивается, а мне так неловко, что дёрнула четырёх людей, что щёки начинают гореть.
Пока Марина коротко рассказывает, зачем я тревожу всех, мне так стыдно, что глаз от тарелки не поднимаю. Что-то не подумала, что у них могут быть проблемы из-за меня. С такими, как Воронцов и Грозный-старший, не шутят, хотя, младший Грозный при желании тоже может многое натворить.
— Ты говорила, что не хочешь, чтобы кто-то знал о твоей беременности? — возвращает из мыслей Макар.
— Да, я боюсь, что ребёнка отберут, — киваю, и в слух эта фраза звучит ещё страшнее.
Тимур Айдарович, если узнает, точно так сделает, он ведь пытается наладить отношения с сыном, а забота о внуке и избавление от предательницы будет очень большим плюсом к его карме.
— Ты что-нибудь знаешь про этого Грозного? — смотрит Макар на Дениса.
— Знаю, — сухо отвечает, и посмотрев на него, вижу по выражению лица: то, что знает, далеко не хорошее.
— Есть у меня идея, но не знаю, хорошая ли, — привлекает к себе внимание всех присутствующих Макар.
— Излагай, — лениво бросает Денис.
— Раз уж так получилось, что сроки беременностей у вас с Мариной совпадают, — проговаривает, но я пока не могу понять, к чему он. — Я могу устроить так, что твою беременность будет вести хороший врач, естественно, неофициально, а когда родишь, запишем ребёнка на Марину.
— Типа двойняшки? — задаёт вопрос Марина.
— Именно, — кивает её муж.
— Я не знаю, как это, родить и отдать, — влезает Катя осуждающим тоном и бросает взгляд на спящую дочь.
— Не надо никого и никуда отдавать, — мотает головой Макар. — Алёна будет рядом с малышом, но официально это будет наш с Мариной ребёнок, — поясняет. — Как по мне, это хороший вариант скрыть его от отца. Ну или другие варианты…
— Смена документов, — вставляет Денис. — Но это значит, что ты исчезаешь. Родителей не навещаешь, в университет не возвращаешься и вообще уезжаешь к чёрту на кулички, — проговаривает и смотрит на меня так серьёзно, что я даже поежилась. — Я думаю, мой вариант лучше, если ты боишься Грозного и не хочешь больше с ним пересекаться. Только скрываться придётся всю жизнь.
— А можно поменять документы, но остаться в Москве? — спрашиваю, с досадой осознавая, что сама не знаю, что делать. — Мне скрываться нужно в любом случае, я правильно понимаю?
— Ну, да, — пожимает плечами Денис.
— Но, выходит, если
