сожалению, это не совсем сработало. В конце концов, я здесь.
— Тем не менее, это заняло у тебя достаточно много времени, — Майлз делает замечание через динамики.
Кулаки Влада сжаты по бокам, и я знаю, что Майлз затронул в нем какую-то струнку.
— Я буду ссылаться на свою первоначальную оценку, Влад. Твои характеристики впечатляют, но всегда была одна вещь, которая мешала тебе достичь совершенства, — продолжает Майлз, — твои ничтожные привязанности. Я думал, что твоя сестра — ключ к преодолению этого, и какое-то время я действительно видел свой успех в тебе. Но ты должен был продолжать идти по пути, из которого нет возврата, — цокает он языком.
Странно, но его манера говорить очень напоминает мне Влада. И я не единственная, кто это замечает, так как остальные смотрят на Влада со странным выражением на лицах.
— Ваня, — Влад подчеркивает имя своей сестры, его челюсть плотно сжата от напряжения. — Что ты с ней сделал?
Снова смех.
— Что я с ней сделал? — Майлз хихикает. — Разве ты не хотел бы это выяснить? Кто знает... — он замолкает, в его голосе ясно слышится веселье. — Возможно, у меня даже есть видео.
— Влад, — я чувствую себя обязанной подойти к нему.
Потому что я знаю, как читать его лучше, чем кто-либо другой. Я могу заглянуть за его отполированный фасад и в его измученную душу. И я знаю, что прямо в этот момент за его темными глазами бушуют бурные моря, его самоконтроль грозит лопнуть.
— Дыши, — призываю я его, мой голос мягкий, когда я кладу руку на его руку. — Дыши, — повторяю я, когда кажется, что он меня не услышал.
Но постепенно — очень медленно — его дыхание выравнивается, напряжение постепенно спадает по мере того, как он снова фокусирует взгляд на мире.
— Спасибо, — тихо шепчет он, его взгляд все еще прикован к освещенной кабинке.
— У меня есть для тебя предложение, — выпаливает Майлз, и экран позади нас оживает.
Обернувшись, я ахаю, когда вижу изображение на экране.
Влад и Ваня.
Они оба ютятся в маленькой грязной камере, их глаза вызывающе смотрят в камеру.
— Чего ты хочешь? — Влад скрипит зубами.
— Все просто. Я хочу посмотреть, как ты сражаешься с моим лучшим солдатом. Одно последнее испытание. В его голосе слышится нездоровое веселье. — Если ты выиграешь, видео будет твоим. Если ты этого не сделаешь... ну, а ты этого не делаешь.
Влад хмурится.
— И это все?
— Но... — Майлз умолкает, в его голосе появляется озорная нотка. — Никакого оружия для тебя. Пуленепробиваемого снаряжения тоже нет, — продолжает он.
Никакого оружия? Ничего?
— Хорошо, — Влад быстро отвечает, уже застегивая пуговицы на рубашке, прежде чем бросить ее на землю. То же самое он проделывает с пуленепробиваемым жилетом. Он фактически снимает с себя все, кроме своих боксерских трусов.
— Никакого оружия, — он поднимает руки, подавая сигнал.
— Влад, — я беру его руку в свою. — Это слишком опасно. Ты даже не знаешь, против кого сражаешься, — пытаюсь я умолять его.
Потому что ясно одно. Это еще один из тестов Майлза. И я боюсь, что это может быть слишком много.
— Не беспокойся обо мне, Дьяволица. Ты же знаешь, что нет никого, кто мог бы победить меня.
— Никакого оружия, Влад. Для тебя. Это означает, что у него может быть оружие. Разве это справедливо?
— Майлз совсем не справедлив. Поверь мне, со мной все будет в порядке, — говорит он, убирая мою руку со своей.
— Позаботься о ней, — кивает он Марчелло, прежде чем уйти.
Я могу только ошеломленно наблюдать, как он открыто ищет смерти. И для чего? Видео, чтобы снова вскрыть его раны?
— Влад. Сиси права. Это безумие. Тебе действительно нужно это видео? Ты знаешь, что он убил ее. Этого должно быть достаточно, — пытается возразить Марчелло.
На лице Влада появляется кривая улыбка, половина его лица скрыта игрой теней.
Белизна его зубов блестит, его клыки еще больше подчеркнуты перекошенным освещением. Изменение происходит немедленно.
Хищник вернулся.
— Мне нужно знать, — коротко отвечает Влад, в его глазах безошибочно отражается опасность.
И вот так просто, я знаю.
— Пошли, — я указываю им на трибуны, мои глаза все еще смотрят на почти обнаженное тело Влада. — Доверяйте ему, — говорю я им, когда вижу, что они колеблются.
— Сиси... — стонет мой брат, но я быстро качаю головой.
— Подумай об этом, — я стараюсь быть как можно более рациональной. — Ваши люди идут сюда. На самом деле, пока мы говорим, они уже на пути сюда. Если что-нибудь случится, — я делаю паузу, потому что не могу представить, что что-то может случиться с Владом. Сейчас или когда-либо. — Они прикроют наши спины.
— Хорошо... — он неохотно соглашается, и мы все направляемся в зону отдыха арены.
Сложив руки на коленях, я изо всех сил стараюсь не показывать, насколько сильно я беспокоюсь об этом предстоящем бое. Потому что, хотя я полностью доверяю Владу и его способностям, мы говорим о Майлзе. Тот самый Майлз, который ускользал от Влада за последние десять лет.
У него наверняка что-то припрятано в рукаве, и я знаю, что он будет играть грязно.
Один посреди поля, Влад выглядит как воин-варвар со своим татуированным телом и рельефными мышцами.
— Я не знал, что он прятал это под одеждой. — Даже Адриан замечает, и я вижу восхищение в его глазах.
Правда в том, что тело Влада — это произведение искусства. Ни одной унции жира, каждая мышца четко очерчена, некоторые лучше подчеркнуты присутствием угольно-черных чернил на его бледной коже. Татуировки делают его еще более опасным, если обратить внимание на детали — сцены войны, красиво изображенные на его теле, демоны, сражающиеся, чтобы выбраться из него и осадить мир.
И когда я смотрю, как он занимает свою позицию, я знаю, что он готов обрушить их на того, кого пошлет Майлз.
— Он победит, — уверенно заявляю я.
— Конечно, он победит, — фыркает Бьянка. — Этот парень - военная машина. Я не думаю, что есть кто-то, кто может превзойти его, — она резко останавливается, когда двери на арене открываются, чтобы показать противника Влада.
— Кажется, я оговорилась, —
