происходит стремительно. Быстро направляюсь в сторону машины.
— Эй!
В руках сжимаю перцовый баллончик.
Полицейский от неожиданности вздрагивает, и я рассерженно распрыскиваю содержимое ему в лицо. Мужчина, хватаясь за расплывчатый фейс, воет, падая на асфальт.
— Сука! Что б тебя! — рычит он, растирая лицо.
Макс такого от меня не ожидал. Освобождаю его от наручниках. И мы быстро усаживаемся в полицейскую машину, забрав рацию с собой.
— Мы оставим его здесь? — оборачиваясь, смотрю на полицейского, ползающего на коленках.
— А ты предлагаешь взять его в заложники? — довольной улыбкой спрашивает Макс. Выезжая из тесной, тупиковой улочки.
— Но ты же меня взял в заложники…
Он кинул на меня улыбчивый взгляд.
— Ты моя спасительница!
Я улыбнулась ему в ответ и удобно устроившись на переднем сиденье, посмотрела на дорогу.
15. Усиленный конвой
Мы ехали по улицам города молча. Лика смотрела в окно, глубоко погружённая в свои мысли. А я украдкой наблюдал за ней. Уж очень хотелось понять, о чем она думает. Но не решился спросить.
Всё же я не сдержался и признался о наших отношениях. На тот момент меня накрыло безумие. Мой пылкий нрав возбуждённо желал заполучить объект рьяного дурмана, которая сумасбродно действовала на меня, обескураживая и восхищая с удвоенной силой… Но не могу я слышать её неприязнь! Пусть знает наше прошлое, и не важно, к чему всё приведёт. Я давно уже потерял покой. Часть моей души погибло, с того момента, как между нами возникла вражда, которая, словно яд, отравила самую важную, неотъемлемую часть нашей жизненной силы … Любовь…
Ох… Лика. Ты стала для меня больным наваждением. Импульсом. Где каждый взгляд на тебя распространяется волной по нервной системе. Заставляя моё тело неистово желать тебя, а любые твои слова, побуждают на эмоциональный толчок, и я не сдерживаюсь в словах и действиях… Иду на пролом. Сбиваю любые преграды… Только бы тебя вернуть!
Знала бы ты, как я скучал. Как снова жажду прикоснуться к тебе. Как меня дико распирает желание заключить тебя в объятия и впиться губами, в манящие и сладкие уста. Целовать с дикой страстью и почувствовать, как твоё бархатное, сгорающее от желания тело, затрепещет в моих руках. А после сорвать этот обезбашенный наряд и остановить свой взгляд на прекрасном женственном теле. Вкусить каждую частичку изгибов, настолько родных и возбуждающих, горячо покрывая поцелуями. А после подчинить себе. Сделать своей. Заставить тебя стонать под собой и услышать, как будешь умолять меня дойти до взрывного пика наслаждения…
Я схожу с ума от своих воспоминаний и желаний снова всё повторить… До чего же ты меня довела? Я с трудом себя контролирую.
Ну вот, возбудился… И как теперь остыть, когда объект моего возбуждения, так близко, но при этом далеко? Насколько меня ещё хватит? Ведь я не железный и крышу сносит конкретно.
— Нам нужно избавиться от машины, — наконец, решил прервать нашу затянувшуюся паузу. Мне нужно отвлечься от своих навязчивых мыслей, иначе всё моё безумие, выплеснется здесь, посреди дороги, и я накинусь на неё голодным зверем. — В городе полно камер, и, скорее всего, они нас уже ищут.
Она взглянула на меня, и я уловил в глазах сомнение.
— То, что мы делаем. Уже является противозаконным. Так что поступай, как знаешь, — с ноткой грусти проговорила она и, скрестив руки на груди, посмотрела в окно перед собой.
— Лика, я не просил тебе помогать мне. Ты должна была уйти. — Я её понимаю. Она сейчас корит себя за поступок, который учудила.
— А какая разница, Макс. Мы, уже в бегах. И совершили множество необдуманных поступков. Прыснуть полицейскому в лицо перцовым баллончиком не смягчит нам наказание. Так, что сидеть нам лет сто!
Конечно, Лика немного приукрасила итог. Но от этого никому не станет легче. Меня очень встревожил её пессимистический настрой, и руки сильно сжали гладкую поверхность руля.
— Этому не бывать. Я не позволю нас схватить.
Она нервно подняла руку и прошлась зубами по ногтям, фыркнув в ответ.
Мы оба замолчали, тяжело наблюдая за дорогой.
— Макс, я всегда была такой? — неожиданно резко спросила она, чуть ли не прокричав этот вопрос.
— В смысле, безрассудной? Да. — Я кинул на неё взгляд и снова посмотрел на дорогу.
Машины плавно остановились на светофоре, и я, сбавляя скорость, притормозил за серебристой японской иномаркой. По правую сторону остановился автобус, и люди с интересом остановили взоры на полицейской машине, где сидели МЫ. Не имея на себе дежурной одежды.
— Мы привлекаем внимание жителей города. — Пояснил, когда Лика заострила взгляд на автобусе. — Нужно срочно покинуть город.
— Ты обманул меня. Прикинулся незнакомцем, выполняющим поручение. А мог сказать правду, — продолжила она свою мысль, не слушая, что я ей говорю.
Я тяжело вздохнул, пройдясь быстрым взглядом перед собой. Обдумывая варианты ответов.
Яркий сигнал сменился на знак движения, и я плавно нажал на газ. Наплыв машин интенсивно пришли в ход, быстро ускользая в дорожном потоке.
— Зачем, когда ты всё равно меня не помнишь?
— Честность… но тебе на это, плевать. Ведь нет никакого… осведомителя? Ты просто жаждешь меня увести?
— Есть. И вы должны встретиться.
— Хм… — недовольно ухмыльнулась она, с участием посмотрев на меня. — Как ты узнал, что я потеряла память?
Узнаю свою Лику, всегда прёт как танк и будет сшибать любые препятствия. Не зря она журналист-репортёр. Можно сказать, её умение находить общий язык с любым человеком, быть вежливым и коммуникабельным одна из основ всей журналистики. А самым огромным значением имеет, правильно и четко формулировать вопросы, на которые всегда найдутся ответы.
Вот только со мной, это не так работает.
Заполучить её была моей навязчивой мыслю. Пришлось приложил к этому самые подлые намерения. А она даже не подозревала об этом. Я сделал непростительную ошибку, и теперь нам обоим приходиться за это платить. Наши отношения начались со лжи, и я вынужден с этим жить на протяжении долгого времени. Но остановиться я уже не могу. Пойду до конца.
Демид её не получит.
— Надя, тебя нашла. Рассказала о случившемся с тобой, — я продолжал следить за дорогой, стискивая зубы. Прошлое мучительно давило на мозг.
Наплыв неприятных воспоминаний больно кольнуло в груди. После того, что с нами произошло в Москве, когда я истекал кровью, от простреленной в груди пули, а Лика, придя в себя, вела машину… На высокой скорости нас сбил фургон… И это была не случайность. Она была награни смерти, но гад… Демид увёз её, похитив из больницы. А когда
