шагов от кресла и посмотрел на меня пристально, так что я чуть напряглась.
Его взгляд был слишком прямым, будто он пытался заглянуть мне в душу.
Смотрите ка, сегодня он мне выкает. Неужели его жук субординации укусил?
— Наталья Николаевна, — произнёс он мягко, но с той самой итонацией, где подразумивается издвевка. — Можно секундочку?
Я застыла, не совсем понимая, к чему это ведёт.
— Конечно. Что-то случилось?
Он сделал шаг ко мне и аккуратно, но уверенно взял мою руку.
Его ладонь была тёплой и сильной, но прикосновение — совсем не агрессивным.
— Вы выглядите... по-другому, — сказал он. — Спокойнее. Увереннее.
Я растерялась. Пыталась сохранить профессионализм, но его слова заставили меня замереть.
— Простите, Александр Александрович, но не думаю, что мой внешний вид имеет какое-то отношение к вашему визиту, — сухо заметила я, надеясь, что это отвлечёт его.
Но он не убрал руки.
Наоборот, его пальцы чуть крепче сжали мои.
Нахал какой. Я ему сейчас пробурю одно место. Или рот заколю так, что говорить не сможет.
— Я не о внешности, Наталья Николавна. О настроении. О вашем взгляде. Он сегодня... другой.
Я выдохнула, пытаясь вернуть себе контроль.
— Александр Александрович, если мы начнём сейчас, то успеем закончить всё за одно посещение.
— Конечно, — сказал он, не отпуская меня. — Но только после того, как вы скажете: что изменилось? Вы сняли кольцо?
Его настойчивость сбивала с толку.
Что ему надо от меня? Тоже мне, нашелся. Подмечатель фактов.
— Ничего, что имеет отношение к вам, — ответила я наконец, решив поставить точку в этом странном разговоре. — Теперь, если позволите, присядьте в кресло.
Он внимательно посмотрел на меня, но, к моему облегчению, убрал руку и сделал шаг назад.
— Как скажете, доктор, — улыбнулся он, слегка насмешливо.
Когда он сел, я вдохнула глубже и приступила к осмотру, делая всё, чтобы сосредоточиться на работе. Но его взгляд, то и дело задерживающийся на мне, не давал забыть, его прошлое поведение и то, что происходило пару минут назад.
Что ж, с такими людьми я уже умею справляться. Или, по крайней мере, учусь.
Будет выпендриваться или приставать, покатится колбаской по малой спаской.
Глава 33
Наталья
Когда Александр Александрович наконец сел в кресло и я приступила к осмотру, он на мое удивление замолчал.
Ни привычных двусмысленных шуток, ни замечаний, ни попыток заговорить меня.
Он сидел спокойно, почти смиренно, отвечая только на профессиональные вопросы, и даже не пытался обсуждать что-то вне темы.
Наконец-то.
Я внутренне хмыкнула: неужели и правда укусил его жук субординации?
Или это всего лишь показное поведение, чтобы я потеряла бдительность? Так или иначе, мне было всё равно.
Главное — поскорее закончить работу и отпустить его.
После завершения осмотра я, как обычно, изложила план: какие виниры нужно заменить, сроки, рекомендации по уходу. Он внимательно слушал, кивая, и только в самом конце, когда я уже собиралась проводить его к выходу, заговорил.
— Наталья Николаевна, может, выпьем кофе? — спросил он неожиданно. Голос был ровным, без наигранного обаяния, которое, я уверена, он обычно использовал, чтобы манипулировать людьми.
Я даже не сразу поняла, что он сказал, настолько это выбивалось из привычного образа.
— Спасибо, Александр Александрович, но не стоит, — ответила я, пытаясь остаться вежливой. — Если вас всё устраивает, можете оплатить всё на ресепшене.
Его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем нужно, будто он хотел что-то сказать, но потом он кивнул.
— Как скажете, доктор.
Он вышел из кабинета, и я облегчённо выдохнула.
Кофе? Чай? Цикорий? Плевать.
Нет уж, спасибо.
Мне не нужно никакого его внимания.
Пусть платит свои миллионы за виниры и идёт дальше. Чего прикапался вообще ко мне? У него там сотни моделей.
Хотя, судя по моему еще мужу, у них у всех это животное влечение? Мда. Примитивно.
Вернувшись в кабинет, я села за стол и сделала глубокий вдох.
Работа отвлекала меня, но теперь, когда Александр ушёл, мысли снова вернулись к главному вопросу.
Развод.
Я набрала номер юриста.
— Наталья, для развода с несовершеннолетним ребёнком нужно пройти через суд. Вам понадобятся следующие документы: свидетельство о рождении ребёнка, документы о собственности, справка о доходах за последние полгода. Ну и заявление, конечно. Если хотите ускорить процесс, подготовьте их заранее.
— Поняла, — кивнула я, хотя она не могла этого видеть. — Спасибо.
— И ещё, — добавила она. — Если супруг не согласится на развод, он может попытаться затянуть процесс. Готовьтесь к тому, что это может быть непросто.
Я поблагодарила её и закончила звонок, чувствуя, как внутри начинает подниматься тревога.
Да, я была готова к сопротивлению со стороны Кости, но всё равно мысль о суде и документах угнетала. Это был очередной барьер, который мне предстояло преодолеть.
Но теперь я точно знала, что не остановлюсь.
Нельзя.
Вечер приближался, и я решила вернуться в отель.
Мне нужно было побыть одной, переварить всё услышанное и составить план действий.
Но когда я вышла из кабинета и направилась к выходу, что-то заставило меня остановиться в проходе.
Хотя это не что-то.
Это голоса мужчин, их пыхтение.
Я прошла прямо, выглянула из-за угла.
А там Катя стоит с глазами размером с шары и смотрит на грузчиков, которые заносят корзины красных роз.
Пять корзин. Аромат на всю клинику.
А они пошли еще.
Тяжелые. Огромные, такие, что не обхватить просто так руками.
Я поправила халат и посмотрела на подругу.
Она в замешательстве.
Я тоже.
Чего? Это от кого? Костя решил так банально извиниться?
Какой ужас... Зачем так тратиться то.
А после занесли еще две корзины. И вот я стою среди них и просто теряюсь.
У меня сердце екает. Я словно во сне....
Встала как вкопаная и двинуться боюсь.
Боялась.
Пока не увидела записку торчащую из последнего букета.
Я медленно подошла к нему, достала картонную белую бумажку в форме сердца и развернула.
А там:
«Извини. Я не хотел.»
Черт...
Черт.
Глава 34
Наталья
Катя стояла с широко раскрытыми глазами, будто видела не корзины с розами, а что-то совершенно невообразимое.
Когда грузчики наконец ушли, оставив нас в окружении этого цветочного моря, она медленно повернулась ко мне.
— Это что… это от Кости, что ли?! — почти прокричала она, хватая меня за плечи.
— Катя, — начала я, но она тут же меня перебила.
— Если это от него, я сейчас возьму эти розы и отдубасю им твоего мужа! — Она размахивала руками, её голос срывался, а лицо покраснело от возмущения. — Наташа, ну что
