Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 51
– Смородина! Вы что, вконец обнаглели? Время – двенадцать часов! – не заставила себя ждать Леночка, возникнув над ее столом разъяренной фурией. – Я уже не знаю, какие меры наказания к вам применять, честное слово! Как на вас еще воздействовать, скажите?
– Не знаю, Елена Эрастовна… Может, розгами? – подняла на нее Лина спокойные глаза, одновременно положив перед собой чистый лист бумаги и медленно вытянув из ящика стола авторучку.
– Что?! Какими… розгами? Что вы себе такое позволяете? Немедленно займитесь отчетом, Смородина! И задержитесь сегодня, иначе не успеете ничего! Кто, по-вашему, должен за вас отчет делать?
– Вы, Елена Эрастовна. Я очень сожалею, но именно вам и придется его делать.
– Как это?
– Да так. Увольняюсь я.
– Вы… Да как вы… Как вы смеете вообще! Что вы там пишете, Смородина?
– Как что? Заявление на увольнение.
– Но я не собираюсь его визировать! Вас никто не уволит, Смородина!
– Ну да… Прикуют наручниками к столу и заставят отрабатывать вашу зарплату. И никак иначе. Да, Леночка? Ой, простите великодушно, Елена Эрастовна…
– Так… Так, значит… Ну хорошо…
Резко развернувшись и взмахнув длинными, искусственно присобаченными кудельками, Леночка шустро выскочила из кабинета, дробно застучала каблуками в сторону начальственной приемной.
– Наверное, жаловаться пошла… – тихо прокомментировала ситуацию Катя Стогова, выглянув из-за своего монитора. – Ишь, как резво побежала! А ты что, и впрямь увольняешься, да?
– Да, Катя.
– Так ведь могут заставить две недели отработать…
– Если надо, отработаю. Вообще-то у нас на фирме такое правило не в чести. Вроде всех с миром отпускают. Сама знаешь – свято место пусто не бывает.
– Ну да… Только, по-моему, тебя-то как раз и не отпустят. Ты же самая компетентная, без тебя тут никак… И самая терпеливая, самая спокойная, самая выдержанная…
– Да ладно тебе, Кать! Не хвали, а то расплачусь. Мне и самой жалко отсюда уходить. Привыкла как-то…
Вежливо тренькнул внутренний телефон, она автоматически схватила трубку:
– Да!
– Лина, здравствуйте, – проворковал в ухо любопытный голосок секретарши Даши. – Вас Олег Петрович срочно вызывает. От него сейчас только что Ленка вышла. Ой, пардон, Елена Эрастовна. Злая как собака…
– Хорошо, Даш, иду.
– А что у вас случилось-то? – таинственным шепотом спросила Даша, когда она вошла в приемную. – Впервые слышу, чтобы Олег Петрович так на свою племянницу орал…
– Да ничего особенного, Даш. Просто я увольняюсь.
– У-у-у… Ну, тогда все понятно. Укатали сивку крутые горки. Идите, Олег Петрович вас ждет. Два чая мне заказал. Выходит, и вы чайного уважения удостоились, надо же…
Олег Петрович, когда она вошла в кабинет, и впрямь проявил чудеса уважения. Вдруг подскочил из своего начальственного кресла, подвинул ей стул, сам уселся напротив, дружественно улыбаясь.
– О-о-о… Вижу, вижу, заявление на увольнение принесли… – скосил глазом на листок бумаги в ее руке. – А не поторопились ли вы с выводами, а, Лина… Забыл, как вас по батюшке…
– Можно просто Лина. Тем более вы меня никогда по отчеству не величали.
– А как я вас… величал?
– По фамилии. Смородина я.
– Да. Помню. Смородина… Ну вот что, уважаемая Лина… Смородина. Хочу вас попросить не делать скоропалительных выводов и с увольнением не торопиться. Нет, вы не думайте, я все, все понимаю конечно же… И обиду вашу прекрасно понимаю и абсолютно с ней согласен! Да, Лена девочка еще неопытная, и я, конечно, перегнул палку и с зарплатой вас ощутимо обидел… Я все понимаю и все исправлю, обещаю навести справедливость в этом вопросе в самые короткие сроки!
– Олег Петрович, вы не поняли… Спасибо, конечно, за обещания, но я увольняюсь вовсе не по причине зарплатной несправедливости.
– А по какой же, если не секрет?
– Ну… Просто увольняюсь, и все.
– Темните, Лина, темните. Просто так важные решения не принимаются. Давайте мы с вами так поступим…
Вошедшая в кабинет с подносом Даша плавным замедленным движением поставила перед ними две чашки с чаем, сахарницу, вазочку с печеньем, стрельнула любопытными глазами по лицам. На секунду озлившись, Олег Петрович показал ей глазами на дверь, потом снова подобрел взором, произнес бархатисто:
– Давайте мы с вами так поступим… Я вам на две недели отпуск подпишу. Отдохнете, соберетесь с мыслями, съездите куда-нибудь, в конце концов. К отпуску вам и премиальные выпишут, и материальную помощь оформят. А когда вернетесь, зарплатный вопрос будет уже решен… Я все понял, я вас не обижу. И с Еленой Эрастовной вопрос улажу. Она больше не будет вас… То есть с вами… В общем, эмоциональный конфликт тоже будет решен. Как вам такой вариант?
– Но, Олег Петрович…
– Вот и хорошо, и договорились! Вы пока пейте чай, я сейчас… Я к генеральному, на минуту…
Подскочив со стула, он вышел из кабинета, оставив ее в состоянии удивленного изумления. Как просто, оказываются, у них на фирме зарплатные вопросы решаются! И впрямь даже и настаивать на своем увольнении теперь уже неудобно. Что ж, пусть будет отпуск. А уволиться и потом можно, какая разница…
Вернулся Олег Петрович быстро, вполне довольный.
– Ну вот, я все согласовал… Пишите заявления – на отпуск и на материальную помощь – и прямо с сегодняшнего дня отдыхайте. А на время вашего отсутствия мы Ксению Борисовну вызовем. И еще… Если хотите, то Лена… Елена Эрастовна то есть… Она может перед вами извиниться.
– Нет, не надо. Это уже лишнее, Олег Петрович. Что я, изверг, что ли?
– Хм… Это у вас юмор такой, да? Интересная вы женщина, как оказалось…
– Спасибо за комплимент. Заявления я в приемной оставлю. До свидания.
– Всего вам доброго, Лина… Смородина. Отдыхайте…
«Безлимитное» такси послушно распахнуло перед ней дверцу, водитель с готовностью кивнул, принимая команду ехать по новому адресу. Надо же, как удобно на такси по городу передвигаться! Едешь себе, ветерок в окошко дует… И времени впереди навалом. Сейчас домой забежит, паспорт возьмет, вещички кое-какие похватает и – обратно, в дом Павла. Или… уже в свой дом? Нет, как-то в голове не укладывается…
– Жень… Ты дома? – крикнула она из прихожей в глубину квартиры, на ходу скидывая босоножки.
– Дома, мам…
– Боже… Что это с тобой? Ты плакала, да? Что случилось, Женечка?
От ее испуганных вопросов лицо у Женьки, и без того красное и припухшее, тут же скривилось в жалкую слезную гримаску.
– Да ну, мам… Не спрашивай лучше…
– То есть как это – не спрашивай? Что случилось, Жень? С Денисом поссорилась?
– Если бы… Он… Он вообще пропал, мам…
– Что значит – пропал?
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 51
