что осталось израсходуется быстро. Удастся ли найти работу, я не знаю. К тому же, за Ваней нужен постоянный присмотр. За несколько лет он научился разбираться в своей болезни, но все равно не так хорошо, как взрослый. Малыш банально не умеет следить за временем.
И мне страшно даже подумать, что будет, если я оставлю ребенка с Сережей.
Я просто понимаю, что не могу вернуться к нему, потому что грань моего терпения треснула. Разлетелась на такое количество осколков, что не склеить. Никогда и ни за что.
А уйти одной — оставить Ваню навсегда.
В том, что у меня ничего нет, Марат тоже прав. Я просто не хочу признаваться. Даже себе. Верю, что есть выход. Даже из безвыходной ситуации. Даже когда тупик оказывается непробиваемой бетонной стеной, типа той, что сейчас маячит передо мной, преграждая путь.
Я смотрю на Марата, что возвышается рядом с кроватью во весь свой немаленький рост. Хочу понять, стоит ли доверять ему. Могу ли я вообще доверять людям после того, что со мной произошло?
— Собирайся, я жду тебя внизу.
— Куда мы поедем? — мой голос сквозит безразличием.
— Тебя это не должно волновать.
Я понимаю, что не в том положении, чтобы качать права. Куда бы Марат не отвез меня сегодня, это место явно будет более безопасным, чем гостиница, на которую, к тому же, у меня вскоре не будет денег.
— Марат, — окрикиваю его сильную фигуру, когда мужчина оказывается уже практически у самого выхода из снятого мною номера.
Он останавливается. Поворачивается в мою сторону и выгибает бровь, ожидая, что я продолжу.
А я… не верю в то, что собираюсь сейчас произнести, но просто делаю это. Просто выдыхаю, стараясь проговорить как можно быстрее, чтобы не передумать:
— Обещай, что оформишь мне опеку над Ванечкой…
— На что ты ради этого готова? — интересуется он.
— На все, — отвечаю тихо. — Я готова на все.
Глава 35
Маша
Не знаю, чего я ожидала. Какой-то бурной реакции? Улыбки на его лице? Громких слов о том, какая я грязная и неправильная учительница, и как мне повезло встретит такого, как он?
Не знаю. Ждала хоть чего-то. Малейшей реакции. Но Марат всего лишь отвечает:
— Жду в машине.
Он выходит из номера. Я падаю на обратно на кровать. Мне быть хоть чуть облегчения! Но его нет. Меня самой будто нет.
Лежу вот так неподвижно какое-то время. Безучастно гляжу в потолок. Пытаюсь убедить себя в том, что делаю все правильно. Что бы там не случилось дальше — так будет лучше для меня и моего Ванечки.
Потом заставляю себя подняться и бреду в ванную. Умываюсь прохладной водой и разглядываю себя в зеркале.
— Все обязательно будет в порядке, — уверяю свое отражение, хотя в глубине души понимаю — во всем есть сомнения. И они душат.
Одежду приходится поднимать с пола. Она так валяется там с тех пор, как я разделась перед Маратом.
Блузка выглядит не ахти. На юбке пятна, которые почему-то бросаются в глаза именно сейчас. Это засохшие белые капли, что я привезла еще из квартиры Марата, но почему-то так и не застирала. Да и какой теперь смысл?
Выйти из номера приходится босой. Одноразовые белые тапочки, единственная обувь, которая оказалась доступной, надел Ваня. Он вышел в них с тем мужчиной. Так что мне приходится покидать гостиницу босиком.
Если вчера, когда на адреналине убегала от Сережи, практически не замечала, насколько неудобно, то сейчас отчетливо ощущаю каждую неровность, а еще отвращение и жгучий стыд.
Мужчины ждут меня внизу, в фойе гостиницы. Марат удивленно смотрит в мою сторону.
— Маша! — бросается через весь зал Ванечка. — Там было ТАКОЕ! — возбужденно начинает он, но я быстро останавливаю малыша — все рассказы потом. Сейчас — самое важное.
— Ты почему меня не разбудил? — гневаюсь на него. — Тебе без взрослых пока нельзя! — журю Ванюшу. — Быстро рассказывай про обед!
— Ну, Маша! — надувает губы Ваня.
— Быстро, я сказала! — не сдаюсь, прищуривая глаза.
Мальчишка рассказывает все в подробностях, Марат и другой мужчина терпеливо ждут.
— Молодец, — хвалю ребенка, понимая, что он сделал все правильно. — Но в следующий раз так не делай! Опасно пока самому — ты маленький!
— Ну, Маша! Я большой, ты ведь говорила! — напоминает ребенок.
— Да, но в случае с твоей особенностью нужно быть особенно осторожным, обязательно пользоваться помощью взрослых, пока они не решат, что ты действительно можешь справиться сам. Ясно?
— Ясно, — опускает голову Ванюша.
— А теперь поехали, — обнимаю его. — Дядя Марат нас ждет, — улыбаюсь, когда Ваня вдруг поднимает на меня свой взгляд.
— Мне кажется, он хороший, — произносит мальчишка, тише, чтобы не расслышали другие. — В первый раз этот Марат мне не понравился, но сейчас я передумал.
— Иди давай! — стараюсь не показывать своего волнения. — Нас уже заждались.
Ванечка берет меня за руку, и мы подходим к мужчинам.
— Ты почему без обуви? — первое, что спрашивает Марат.
— А разве тебе твои шестерки не донесли? Я то думала, ты в курсе всего, — грустно усмехаюсь.
Это защитная реакция. Хочется уколоть. Сказать какую-нибудь гадость, хотя обычно мне это не свойственно. Да и не при ребенке же.
— И у него нет? — кивает в сторону Вани.
— Как видишь, — отвечаю я, но мой тихий голос перебивает громкий голосок Ванечки:
— Мы так быстро убегали из дома, что не успели обуться! — сообщает он на всеуслышанье, и я замечаю, как косятся на нас все присутствующие в фойе люди.
— Может, поедем уже? Или так и будем стоять?
— Дим, бери мальца, — Марат кивает в сторону ребенка. А сам делает шаг ко мне и ловко подхватывает на руки. Я даже чуть вскрикиваю от неожиданности. — Спокойно, учительница! Не босой же тебе по дороге топать.
Решаю не выступать. Все же мужчина прав — если есть возможность не наступать на грязный асфальт, ей нужно пользоваться.
Нас с Ваней усаживают в машину, припаркованную у самого входа в гостиницу. Она большая и черная — типичная представительница автопарка господина Марата.
Сам он, кстати, садится на переднее сидение, чему я очень сильно радуюсь.
— Дим, планы меняются, — обращается мужчина к своему холопу. — Нам нужно заехать в магазин.
Глава 36
Маша
Весь путь до магазина Марат изредка переговаривается о чем-то с водителем. Пару раз ему кто-то звонит.
А я слушаю восторженные отзывы Вани об игровых автоматах и вкусном супе, который ему достался в кафе.
Мне нравится видеть своего малыша таким — радостным и бодрым,
