возненавидел этого парня и его дурацкое пальто.
Я улыбаюсь, мне нравится, что он не пытался решить мою проблему. Его одна шутка облегчила ситуацию больше, чем любой совет.
— Ты имеешь что-то против бушлатов?
— Нет, в основном только против него.
Я прислоняюсь головой к плечу Парка. — Меня это устраивает.
— Жаль, что я не смог перед ним устроить поцелуй на десять баллов, — бормочет он в насмешку над собой.
— Думаю, поцелуй на пять баллов отлично справился со своей задачей.
Он притягивает меня ближе. — Мне жаль, что всё это случилось с тобой.
— Я большая девочка. Я знала, во что ввязывалась. Хуже всего то, что это повредило моей карьере. Но я уже начинаю чувствовать, что всё наладится.
— И всё же, — его голос становится мягким, — мне жаль.
Я не вижу выражения лица Парка, и это, наверное, хорошо, потому что, если оно хотя бы наполовину такое же нежное, как его голос сейчас, я растаю быстрее, чем снеговик Фрости в жаркий день.
Звук полозьев саней по снегу, смешанный с цоканьем копыт лошадей, убаюкивает нас в комфортной тишине.
Я должна была бы волноваться, паниковать из-за того, что так много рассказала Парку, но я странно спокойна.
Только вот в глубине души я не могу отделаться от мысли, что это спокойствие — всего лишь иллюзия, затишье перед бурей.
Глава 18
Парк
Сверкающие рождественские огни усыпаны по Коммерческой улице, создавая калейдоскоп цветов, отражающихся от вечернего неба. Я иду рука об руку с Лэйси, впитывая всё это — живую музыку, смех, запах классической немецкой кухни, конные упряжки на дороге и дым из дымоходов. Я начинаю понимать, что имела в виду Лэйси, когда говорила, что у Рождества есть звук, запах, вкус и ощущение. Впервые в жизни я почувствовал волшебство празднования Рождества, пусть даже всего на один день.
— Спасибо. — Я сжимаю её руку.
— За что? — Её голубые глаза сверкают под мягким светом ламп.
— За сегодняшний день. Ты осуществила все мои рождественские мечты.
Это звучит так чертовски банально, но это правда. Я никогда не испытывал ничего подобного, и я начинаю понимать, из-за чего вся эта суета вокруг этого времени года.
— Ну, — Лэйси тянет меня в сторону магазина, — у нас есть ещё одна остановка, прежде чем мы отведаем мамин пирог с курицей.
Я прочитал название магазина, выгравированного на стекле. «Крис Крингл»26. Мои глаза тут же забегали вверх-вниз по рядам и витринам с рождественскими украшениями.
— Я чувствую себя перегруженным, — бормочу я.
— Расслабься. Мы здесь только для одного. — Лэйси увлекает меня в толпу покупателей, пока мы не оказываемся в секции подвесных украшений. — Мои родители каждый год приводили нас с сёстрами в этот магазин, чтобы мы выбрали новое украшение для нашей ёлки. Мы всегда старались выбрать что-то, что напоминало бы нам о прошедшем годе. — Она поворачивается ко мне со своей большой яркой улыбкой. — Я думаю, мы должны выбрать что-то для каждого из нас, чтобы мы всегда помнили друг друга и это Рождество.
— На память? Как воспоминание о рождественском фильме «Холмарк»?
Она выпрямляется. — Не осуждай рождественские фильмы «Холмарк». Есть причина, по которой люди с удовольствием смотрят эти шоу.
— Это потому, что им нравятся посредственные сюжеты, некачественная игра и поцелуи рейтинга G27, которых приходится ждать весь фильм?
Лэйси ударила меня по руке.
— Я шучу. — Я смотрю на гигантскую стену безделушек передо мной. — Если мы выберем украшение друг для друга, разве это не нарушит правила? Ты же сказала, никаких привязанностей.
Её голубые глаза сужаются. — Ты собираешься физически привязаться к украшению?
— Сомневаюсь.
— Тогда я думаю, что всё в порядке. — Она идёт к следующему отделу, обыскивая полки.
Я не следую за ней. Вместо этого я иду в противоположном направлении, сканируя украшение за украшением.
— Нашёл что-нибудь? — спрашивает она, когда мы проходим мимо друг друга. Её пальцы касаются моей руки, обжигая мои нервы своим мягким прикосновением.
— Есть несколько хороших вариантов. — Я иду за угол, сканируя новые ряды.
— Ты готов показать? — Лэйси заглядывает в мой отдел.
— Да, я нашёл для тебя идеальное украшение на память. — Это олень, а внизу красным цветом написано слово Блитцен.
Лэйси выскочила из-за угла. Она держит руки за спиной, а на губах оживлённая улыбка. — Ладно, тогда. На счёт три. Раз. Два. Три.
Мы оба одновременно вытаскиваем наши украшения, свесив их с пальцев.
— Бутылка «Гидро Фласк», — говорю я, проводя пальцами по верхней части её пальца. — Простая, но такая глубокая.
— Правда? — Она улыбается мне в ответ, указывая на выбранное мной украшение. — И Блитцен, нежный, но такой агрессивный.
— Он агрессивный. Ты должна быть там, чтобы поверить в это.
Лэйси издевательски улыбается. — Я была там, и я всё ещё не могу в это поверить.
Я тянусь к ней, обхватывая её тело руками. — Я должен заплатить за эти вещи. — Она визжит, когда я поднимаю её с пола, неся её так, словно она чучело Санты, которое я собираюсь купить и забрать домой, чтобы выставить на крыльце.
— Я бы на твоём месте была осторожна. — Она бьёт ногами, пытаясь вырваться из моей хватки. — Я знаю карате.
— Я не беспокоюсь об этом.
Весь день я ни о чём не беспокоился, и это моя самая большая ошибка. На горизонте может появиться целый флот опасности, а я даже не замечу.
Правило номер три: никогда не позволяйте женщине отвлекать вас настолько, чтобы вы не могли работать.
Я уверен, что сегодня я уже сто раз нарушил это правило.
Глава 19
Парк
Я веду арендованную машину по темной дороге. — Мне казалось, ты сказала, что мы едем на пирог с курицей с твоей семьёй?
— Так и есть. — Она указывает вперёд. — Поверни здесь
