столько гнили! Я ведь ему помогала! И готова была помогать, и с протезированием и вообще. А он…
Вычеркнула его из своей жизни.
И сын тоже вычеркнул. Сказал, что такой отец ему не нужен.
– Мам, а можно я Харитона буду батей звать?
Это вопрос он мне задал на нашей с Халком свадьбе.
Обняла его, слезу смахнула.
– Ну, что ты делаешь, расплачусь же?
– Ой, реви сколько влезет, Лидуш, – это Альбина сказала. – Мы ж тебе макияж водостойкий сделали! Кстати, этот твой генерал Зверев холостяк, кажется?
– Ох, Альбина!
– Что, Альбина? Ты, значит, замуж за генерала выходишь, а я?
– И ты выйдешь, не переживай!
Свадьбу мы решили прямо у нас в санатории сыграть, у нас же там был большой банкетный зал. Сан Саныч с удовольствием пошел на встречу.
Конечно, приглашены были все генералы.
Зимин с женой Эвелиной, Фролов со своей Алёнушкой, Булатов с Ангелиной.
Зверев один, да… Я помнила, что он был женат, значит, в разводе? Расспрашивать вроде бы было неприлично.
И Сафонов тоже прибыл, с молодой женой.
Его бывшую Ольгу я тоже пригласила. Она знала, что ее Матвей там будет. Отказывалась.
Но я ее уговорила. Она нам очень помогла, когда Харитон был под арестом, добилась, чтобы ее пускали к нему массаж делать, как раз у своего бывшего мужа и добивалась.
Почему-то мне казалось, что генерал Сафонов жалеет о разводе. Но что поделать – всё уже сделано. Вроде бы его молодая жена была в положении.
Впрочем, тогда меня мало интересовали чужие беды.
На свадьбе я думала только о своем любимом мужчине и о том, как сказать ему, что у нас будет не один малыш, а целых два.
На самом деле для нас это просто подарок судьбы.
Иван да Марья – не знаю, кому из нас в голову первому пришло их так назвать. Как-то само собой получилось.
– Ну, что, Ванюша, покушал? Давай теперь мама сестричку покормит, Манечку…
– А папку их кто-то покормит? – тихо спрашивает Харитон, и я понимаю, ох, не о еде он говорит.
Детям уже месяц, и я была у доктора, которая разрешила мне порадовать мужа.
Кормлю дочурку, потом укачиваем их, укладываем в одинаковые белые колыбельки. На одной только голубая ленточка с бантом, а на второй – розовая. Это подарок от Зиминых. Вся детская у нас в генеральских подарках. От Фроловых – качели и шезлонги, от Зверева – радионяня, от Булатовых – целый набор красивых детских вещей – Геля шикарная портниха, свадебное платье мне тоже она сшила.
Малыши тихонько сопят.
И генерал тоже сопит!
Уснул!
Тихонько ложусь ему под бок, стараюсь не тревожить поврежденную ногу. На самом деле я даже не замечаю часто его травму. Ходит он прекрасно.
Бегать генералам не положено по статусу, как говорят, в мирное время это вызывает смех, а в военное – панику!
Глажу широкую грудь Харитона.
Не выдерживаю, забираюсь на него, провожу губами по телу, по соскам.
– Боже… Лидушка, с ума меня сводишь…
– Люблю тебя, мой генерал.
– А я тебя, пожалей ты меня, сил уже нет.
– А чего тебя жалеть? И сила твоя для другого нужна.
Говорю и сажусь на его бедра, ощущая под ними готовый ко всему твердый ствол.
– Лида…
– Тише, генерал, детей разбудишь.
Чуть посмеиваясь, беру в руку его член, провожу по складкам, а потом сажусь на него, принимая глубоко в себя.
– Лида, ты…
– Месяц прошел, генерал, уже всё можно…
– Так что же ты молчала!
– Я не молчала…
Смеюсь, когда он опрокидывает меня, нависая сверху…
– Черт, Лидушка… боюсь… сил столько во мне, не дай бог, порву.
– Не порвешь, два этих товарища не порвали, и ты не порвешь. Люби меня, Харитон! Люби!
– Люблю, Лидушка моя, моя женщина.
И он любит, долго, очень сладко.
После мы долго не можем уснуть, говорим обо всем.
Размышляем о прошлом, о будущем.
Радуемся успехам. Женька мой поступил, куда и собирался, станет клиническим психологом. У Альбины, кажется, всё-таки роман со Зверевым, и дай Бог им счастья.
А у Ольги, бывшей жены Сафонова, кажется, роман с нашим Сан Санычем. По крайней мере, он очень в ней заинтересован. Только мне кажется, что она так и не смогла забыть своего Матвея.
Но я верю, что ее ждет счастье.
Как сказал классик – все счастливые семьи счастливы одинаково.
Не знаю, соглашусь ли я с ним.
Могу сказать одно – счастливые люди, как правило, хотят, чтобы счастливыми были все вокруг.
Так и мне сейчас хочется делиться своим счастьем со всем миром.
Еще говорят, что счастье любит тишину.
Возможно, и так.
Но наше счастье с Харитоном пока очень и очень громкое!
Два сопящих чуда, подарок судьбы.
– Спасибо тебе, любимая.
– За что?
– За то, что ты меня спасла. За то, что помогла мне подняться.
– И тебе спасибо.
– За что?
– За то, что дал мне возможность снова стать женщиной. Любимой. За любовь. И за малышей.
Обнимаю своего мужчину, улыбаюсь ему.
Я не согласна с тем, что счастье любит тишину.
Иногда даже хорошо, что счастье громкое!
