Отец подруги. Наш секрет - Адалин Черно

— Папа очень отходчивый, — пару минут спустя произносит подруга.

— Я все равно уеду, — осекаю ее.

Я хоть и сдалась, но не надолго. Стоит мне только вернуть свой телефон, и я продолжу поиск. Я собиралась уйти сразу после разговора с Дамиром и не выжидать никакой недели.

От греха подальше.

Кто его знает. За ним не станется устроить так, что Аксинью удочерит кто-нибудь посторонний. Если он от своих детей избавляется, что ему стоит избавиться от чужих?

Мурашки по коже бегут, стоит только вспомнить слова Ринаты.

С одной стороны глупо верить сплетням беспрекословно, но с другой… у меня нет никаких причин сомневаться в ее словах. Поэтому от Дамира стоит держаться подальше. А не расслабленно качаться на садовых качелях в его же доме!

И тут я вспоминаю, как сбежала тогда из гостиной. Не без помощи Ульяны, которая вернулась, совершенно ничего не подозревая, с банкой шоколадкой пасты. Я, не придумав ничего лучше, схватила подругу за руку и утащила за собой. Подальше от Дамира, который напугал меня своими словами про сестру.

В комнате я начала сразу собирать вещи и пытаться объяснить Уле, что не хочу стеснять ни ее, ни ее отца, но она все поняла:

— Он тебе что-то сказал, да? Он тебя напугал?

— Нет! Ты что! Просто я… Я…

— Ты не уйдешь в никуда! Все! Иди лучше допекай торт свой или что ты там печешь, — практически гаркнула в приказном порядке Ульяна, но видимо осознав как это звучит тут же смягчилась, — я очень его жду. Ты так вкусненько готовишь. Вот, кстати, папа прав, тебе надо больше сладкого, — мило улыбнулась она и, поставив банку Нутеллы на тумбу, ушла.

С тех пор прошло два дня. Я в своих поисках жилья не продвинулась ни на шаг.

Ульяна отметает все варианты, впрочем я и сама понимаю, что они не годятся никуда. С моей зарплатой на новом месте хватает только на комнату с хозяевами где-нибудь на окраине. Или дешевый-дешевый хостел. Тоже на окраине. И при этом у меня тогда не будет оставаться средств, чтобы откладывать. Возвращаться к матери я боюсь. Особенно сейчас, в своем нынешнем положении. Замкнутый круг. Но я не отчаиваюсь.

— Даже если твой отец отходчивый, — продолжаю я этот бессмысленный разговор, — то это не отменяет того факта, что я не могу жить у вас вечно. Мне в любом случае нужно искать жилье.

— Без хорошей работы тебе не удастся снять что-то нормальное, так что поиски начни с нее, а не с квартиры. Если ты будешь стабильно нормально зарабатывать, то иди хоть на четыре стороны. А сейчас, — Уля немного приподнимается, щурится и жалобно стонет, — нет, невозможно без солнцезащитных очков, — она поворачивается ко мне, — сейчас я тебя никуда не отпущу. Месяц, два спокойно живи. Я хочу дождаться Рому.

— Кого?

— Я тебе рассказывала, — Уля снова морщится, — мой хороший приятель. Он предлагал работу мне, но у меня нет времени еще и на его проект. Я планирую показать ему твои рисунки.

Теперь уже морщусь я. То ли от того, что вспоминаю чем кончилось мое прошлое трудоустройство с подачи Ули, то ли от того, что в нос внезапно бьет приторно-сладкий запах. Я даже по сторонам оглядываюсь. Неужели так от какого-то цветка из сада тянет? Аж мутит.

— Спасибо, конечно — выдыхаю я разочарованно, — но я даже на бумаге-то художник посредственный, в графику не умею совершенно. Поэтому никакого Рому мы ждать не будем. Отдай мне телефон, я продолжу поиски. Твой отец прав, нечего в дом тащить посторонних людей.

— Я тебя сейчас стукну! — наигранно грозно говорит подруга и смеется, — во-первых, ты не посторонняя, а, во-вторых, еще раз повторяю папа очень отходчивый. Он просто не знает тебя. Неделя-две, он привыкнет и полюбит тебя не меньше, чем я, — Ульяна поднимается с качелей, щелкает пальцем меня по носу, — я за очками, — говорит она и уходит вместе…

Вместе с моим телефоном в руках.

Я же улыбаюсь, давно ни от кого я не ощущала такой заботы и искренней вовлеченности в мою жизнь. Это очень приятно. А уж от слов о том, что Дамир полюбит меня хочется не просто улыбаться, а смеяться.

В голос и до слез.

Знала бы Ульяна насколько абсурдно ее предположение. Я опускаю ладони на живот. Мне все еще не верится, что там и правда зародилась новая жизнь. Я вроде понимаю и в тоже время не понимаю. Одно только знаю, как бы все было иначе, если бы Дамир и правда смог меня полюбить.

— Даже не думай, — голос Дамира слышится откуда-то сверху, я испуганно распахиваю глаза, отнимаю руки от живота и начинаю оглядываться.

Сердцебиение учащается за считанные секунды, а в ушах начинает шуметь. От страха, что я сказала этот бред вслух. Иначе о чем он?

Дамир стоит чуть поодаль на балконе и курит электронную сигарету. Так вот откуда сладкий запах. Фу! Меня передергивает.

— О чем я не должна думать? — настороженно спрашиваю я, мысленно пытаясь воспроизвести наш с Улей разговор.

Как давно здесь Дамир? Что он успел услышать? Говорила ли Уля что-то о моей беременности… вроде бы нет, я сама только в конце… но я же только подумала. И руки положила! Надо быть осторожнее.

— Я не собираюсь к тебе привыкать и уж тем более любить, — красивое лицо Дамира искажает усмешка, — у тебя осталось пять дней, Таисия, — угрожающе добавляет он и скрывается в помещении.

Глава 4

— А ты, я вижу, развлекаешься, — эхом по пустому помещению разносится голос Дамира, а я от неожиданности едва не сваливаюсь обратно в бассейн, откуда вылезла минуту назад.

Поскользнувшись, чуть не падаю на скользкую плитку. Но все же удается устоять на ногах. Зачем так тихо подбираться и пугать? Он специально, чтобы я упала и сломала себе что-нибудь? Но ведь тогда я точно не смогу выполнить его условие и съехать. Я и так не уверена, что смогу.

Дело с убеждением Ульяны двигается плохо. Она и слышать не хочет про те варианты жилья, что я предлагаю. Все твердит, что мне беременной там не место. И ведь пойти ей наперекор страшно, она уже не раз говорила, что в крайнем случае может поговорить с папой, рассказать ему о моем положении и тогда он точно не будет против.