Мой грязный эксклюзив - Кэти Андрес

Я представила, что это его сильные, грубые ладони сейчас скользят по моему телу. Что это он раздвигает мои ноги шире, не спрашивая разрешения. Фантазия захлестнула меня с головой. Я… закрыла глаза всего на секунду, чтобы ярче ощутить фантомную тяжесть его тела на себе.

Мои пальцы двигались быстрее, безжалостнее. Два пальца скользили глубоко внутрь, растягивая влажную плоть, имитируя те самые гипнотические, хищные толчки, которые он сейчас демонстрировал на экране. Большой палец безостановочно и жестко кружил по налитому кровью клитору, доводя меня до исступления.

На экране Mr. V резко поднялся на ноги. Басы ударили по барабанным перепонкам с новой силой. Он схватился за пряжку своего ремня. Медленно, издевательски медленно потянул толстую черную кожу из шлевок. Его грудь тяжело вздымалась от танца. Чернильный рукав татуировки, уходящий на мощную грудную мышцу, казалось, жил своей жизнью — сложная геометрия узоров пульсировала в такт его движениям.

Он намотал кожаный ремень на свой татуированный кулак, и этот жест был настолько откровенным обещанием жесткого, грязного секса, что у меня окончательно сорвало крышу.

«Смотри на меня», — казалось, приказывал его темный, пронизывающий взгляд сквозь прорези маски.

И я смотрела. Я просто не могла оторваться. Я была в его полной власти, хотя между нами были экраны и километры.

Музыка начала разгоняться, поднимаясь к оглушительному крещендо. На экране он сделал шаг вперед, почти вплотную к объективу. Его свободная рука легла на пояс штанов, оттягивая ткань вниз, открывая идеальную дорожку темных волос на животе и точеные косые мышцы. И затем он сделал финальный, резкий, непристойно глубокий рывок бедрами вперед, глядя прямо мне в душу.

В этот момент я взорвалась.

Я выгнулась дугой, отрывая лопатки от матраса и вжимаясь затылком в подушку. Из горла вырвался громкий, несдерживаемый, хриплый стон, который заглушила только музыка в наушниках. Сладкая, обжигающая судорога прошила низ живота, сжимая мои собственные пальцы внутри. Я задрожала, задыхаясь от интенсивности оргазма, который накрывал меня волна за волной, выжигая все мысли подчистую.

Ноги свело, пальцы на ногах болезненно подогнулись, а я продолжала жадно ласкать себя, выжимая из своего тела последние капли этого сумасшедшего наслаждения, пока перед глазами плясали цветные пятна.

Видео резко оборвалось.

Две минуты истекли. Экран телефона погас, превратившись в черное зеркало, в котором отразилось мое раскрасневшееся лицо, растрепанные волосы и совершенно дикий, затуманенный взгляд. В ушах постепенно затихало эхо его трека.

Я обессиленно рухнула обратно на кровать, вытаскивая пальцы. Грудь тяжело вздымалась. Я лежала на смятых простынях, раскинув ноги, липкая от пота и собственных соков, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.

Тридцать шесть лет. Владелица успешного бизнеса. Строгая мать, к которой обращаются по имени-отчеству. Женщина, которая держит свою жизнь под полным контролем.

И я только что кончила так сильно, что у меня трясутся руки, просто глядя на двухминутное видео незнакомца в маске, которому, судя по упругости его кожи, вряд ли больше тридцати.

Полежав так еще минут пять, позволяя сердцебиению прийти в норму, я заставила себя сесть. Мышцы приятно тянуло, а внизу живота всё еще пульсировало тягучее, сладкое тепло.

Я потянулась за брошенным на подушку телефоном. Экран послушно загорелся, возвращая меня на страницу Мистера В. Как всегда после такого потрясающего катарсиса, во мне просыпалась дерзкая, несдержанная дрянь, жаждущая высказаться.

Мой профиль в этой закрытой сети был абсолютно анонимным. Никаких личных фото, только аватарка с прикушенной нижней губой, выкрашенной вишневой помадой, и никнейм — SweetSinner (Сладкая Грешница). Под этим именем я позволяла себе писать то, от чего у Карины Игоревны в реальной жизни завяли бы уши.

Пальцы запорхали по клавиатуре, выстукивая откровенный, грязный комментарий под только что просмотренным видео:

«Я бы с удовольствием стерла колени в кровь, стоя перед тобой, пока ты наматываешь этот ремень мне на шею и заставляешь смотреть вверх. Хочу почувствовать, как жестко ты берешь то, что тебе принадлежит, пока я не сорву голос от стонов, умоляя тебя не останавливаться».

Отправить.

Я усмехнулась, глядя на свой свежий текст. Он никогда не отвечал. Ни мне, ни кому-либо еще. Мистер В. был выше этого — он был как снизошедшее до смертных божество порока. Просто вбрасывал в сеть свои шедевры и молча наблюдал, как сотни женщин сходят по нему с ума. Это было частью его образа недосягаемого, холодного доминанта, и, черт возьми, это распаляло еще больше.

Из любопытства я свайпнула вниз, открывая ветку комментариев. Видео висело в сети всего минут двадцать, а там уже творился настоящий ад из текущих капельками смайликов и тотальной женской истерики.

«Боже, разорви на мне одежду прямо сейчас на этом полу!» — писала какая-то Kitty99.

«Трахни меня, я хочу от тебя тройню, просто покажи лицо!» — вторила ей другая.

«Сделай со мной всё, что захочешь, мой господин, я твоя рабыня!!!»

Я брезгливо поморщилась, пролистывая этот парад бушующих гормонов.

— Господи, ну и извращенки, — пробормотала вслух, осуждающе закатив глаза. — Вообще никакого самоуважения у баб. Ни достоинства, ни фантазии. Сплошная животная похоть.

То ли дело я — с кожаным ремнем на шее и стертыми коленями. Эстетика! Высокое искусство!

Фыркнув от собственной потрясающей, лицемерной логики, я заблокировала телефон и отбросила его на край кровати. Пора было возвращаться в реальность.

SweetSinner получила свою порцию оргазма и послушно спряталась обратно в подсознание. А Карине Игоревне нужно было идти в душ, смывать с себя липкие следы порока, надевать строгий спортивный костюм и ехать в фитнес-клуб. Там меня ждали тренажеры, нерадивые администраторы и статус железной леди, которой совершенно точно нет никакого дела до грязных фантазий о молодых татуированных парнях в масках.

Я встала с кровати и, прихватив полотенце, направилась в ванную. День только начинался.

Глава 3

В воздухе витал привычный, почти родной запах резинового покрытия, дорогого парфюма и свежесваренного кофе. Четверг в моем клубе «Железная орхидея» всегда был днем относительного затишья между утренним наплывом худеющих к лету и вечерней толпой офисного планктона.

Я сидела на высоком барном стуле за стойкой ресепшена, потягивая американо без сахара. Рядом Рита, самозабвенно полировала пилочкой идеальный красный маникюр.

— Слушай, я уже не могу дождаться субботы, — мечтательно протянула она, не отрывая взгляда от ногтей. — У меня прямо предчувствие, Карин. Этот закрытый аукцион в «Элизиуме»… Говорят, этот новый танцор вытворяет что-то нереальное. А вдруг мой номерок выиграет приват? Я же там прямо в вип-комнате лужу натеку.

Я усмехнулась, вспомнив свое сегодняшнее утро, Мистера В. и то,