отцу.
Мира тоже спустилась с веранды.
— Ты хоть спасибо сказал? — строго спросил отец Ярослава.
— Спасибо, — смутился мальчишка, и благодарно посмотрел на Миру. — Большое спасибо, — он забрал у отца котенка и прижал к себе. — Можно мы его оставим?
— Можно, — разрешил Кирилл. — Если ты больше не будешь совать голову куда не надо. Думай сначала, потом делай. Сколько раз мне тебя этому учить? Полина Андреевна, пожалуйста, организуйте нам чай, — попросил он домработницу. — Кстати, не знаете, это кот, или кошка?
— Кот, — заверила его Полина Андреевна. — Точно кот. Не знаю, откуда приблудился. Вроде у соседей кошек нет. Я эту полосатую скотину накормила, Ярослав ему молока налил. А он сбежал, паразит. Да так неудачно.
— Он не скотина, — погладил котенка Ярослав. — Он просто испугался.
Котенок был самый обычный. Он свернулся на руках Ярослава калачиком и мгновенно уснул.
— Как ты его назовешь? — поинтересовалась Мира.
— Не знаю пока. Надо подумать, — серьезно ответил мальчик. — У вас кот есть? Или собака?
— Нет, — призналась Мира.
— Вы их не любите? — удивился Ярослав.
— Люблю, но нет времени за ними ухаживать, — соврала Мира. Демид был категорически против домашних животных. От них грязь, и вообще, возможно, у него на шерсть аллергия.
— Ему надо коробку, — Кирилл забрал котенка у сына. — Попроси у Полины Андреевны, она найдет подходящую. Завтра свожу его к ветеринару. Надо сделать прививки. А пока определим его в зимнем саду.
Коробку нашли быстро, постелили туда махровое полотенце, положили котенка. Он даже не проснулся.
— Пойдемте в дом, — Кирилл сделал широкий жест рукой. — Всем мыть руки и за стол, — скомандовал он. — Мои планы на вечер рухнули. Так что давайте просто попьем чай.
У Миры появилась возможность оглядеться.
Просторная столовая с окном во всю стену, выходящим в сад. Высокий потолок, дизайнерская мебель. Большая матовая люстра похожая на сталактит нависает надо круглым столом. Она отражается темно-синей стеклянной столешнице как в омуте.
Минималистичная обстановка. Удобно, элегантно. На стенах абстрактные картины в тонких хромированных рамках. Сразу видно: хозяин дома — мужчина. Все продумано до мелочей, никаких бесполезных украшений, вазочек и прочей женской дребедени, которые так нравятся Мире. От них становится уютнее, теплее… Но Демид тоже не любит эти, как он говорит, пылесборники.
Домработница подала чай, поставила на стол домашнее печенье, конфеты, варенье в вазочке.
— Может, кто хочет чего посолиднее поесть? — поинтересовалась она.
— Мира, хотите есть? — предложил Кирилл.
— Нет, — отказалась Мира. — Я в клубе закусила.
— И я не хочу, — заерзал на стуле Ярослав. — Я печенье хочу. Они у вас такие вкусные, Полина Андреевна. С апельсином?
— Да, — потрепала его по волосам домработница. — Все, как ты любишь. И еще с яблоком. Вот эти, посыпанные корицей.
— А это как люблю я, — Кирилл взял печенье с яблоком.
— А вы какие любите? — спросил у Миры Ярослав.
— С яблоком, наверное. Я такие никогда не пробовала готовить, — Мира повертела в руке печенье, обсыпанное сахаром и корицей. — Ах, как вкусно пахнет! Изумительная выпечка.
— Сначала попробуйте, потом хвалите, — домработница пододвинула Мире печенье. — С апельсином своеобразное, немного с горчинкой. Но Ярославу нравится.
Мира откусила печенье. Оно таяло во рту.
— Волшебное, — Мира взяла еще и с апельсином. — Необыкновенно вкусно.
— У Полины Андреевны редкий поварской талант, — Кирилл пригубил чай. — Она даже обычную овсяную кашу превращает в произведение кулинарного искусства.
— Вы меня захвалите, — замахала руками домработница, придирчиво оглядела стол, убедилась, что все на месте и выплыла из комнаты.
— Где вы научились спасать людей, если вы не спасательница? — спросил Ярослав.
— Ходила на курсы. Думала, вдруг пригодиться. И я оказалась права. Пригодилось.
— Вы много народа из решеток вытащили? — не унимался мальчишка.
— Ты первый, и надеюсь, последний, — рассмеялась Мира.
Беседа за столом шла непринужденно. Ярослав ухаживал за Мирой как взрослый, подкладывал ей то печенье, то конфеты.
— Я объемся, — попыталась остановить его Мира.
— Нет, — рассмеялся Ярослав. — Не получится. Печенья уже почти не осталось. Вам какое больше понравилось — с апельсином, или с яблоком?
— С апельсином. Оно необычное. Интересный вкус.
После чая Ярослав уговорил отца и Миру поиграть в что-то похожее на «Монополию». Мира проиграла. Ей никогда не давались настольные игры.
— А вы не поддаетесь, — заметил Ярослав.
— Нет. Я просто играть не умею, — призналась Мира.
— Если будете играть часто — научитесь. Мы с папой почти каждый вечер играем, если он рано с работы приходит. А у вас есть дети? — с детской непосредственностью спросил Ярослав.
— Нет, — отрицательно качнула головой Мира. — Не сложилось…
— Не приставай к Мирославе, — строго посмотрел на сына Кирилл. — И вообще, тебе пора спать. Уже одиннадцатый час. Засиделся ты с нами. Марш к себе.
Ярослав вздохнул, но спорить с отцом не стал.
— До свидания, — кивнул он Мире. — Приходите к нам играть. Раз вам дома играть не с кем.
— Мира обязательно еще придет, — пообещал за нее Кирилл. — Спокойной ночи, — поцеловал он сына в макушку. — Приятных снов.
— Спокойной ночи, папа, — Ярослав обнял отца за шею и чмокнул в щеку.
— Вы ему понравились, — задумчиво произнес Кирилл, глядя вслед сына, поднимающегося по лестнице на второй этаж.
— У вас отличный мальчик. Очень воспитанный, — Мира выпила остатки остывшего чая.
— Ему очень не хватает матери. Он ее не помнит. Был еще слишком мал. Боюсь, я не могу заменить ее… Хотите еще чая?
— Мне пора, — поднялась Кира.
Она вызвала такси. Последнее время ее жизнь наполнена событиями. Иногда страшными, а сегодня забавными. Раньше Мира жила размеренно, изо дня в день одно и то же. А теперь все завертелось и понеслось куда-то. Хорошо это или нет, Мира пока не поняла.
— Я очень благодарен, что вы помогли мне с сыном. Вы толком и не отдохнули в клубе. Приходите еще, — Кирилл шел рядом с Мирой по дорожке, ведущей к кованной калитке.
— Приду, у вас там очень необычно. Мне
