стоило? — сказал Макс садясь в машину и заводя её.
— Что стоило?
— Девчонка эта, того стоило?
— Не поверишь, но я за нее на пожизненное готов сесть.
— Влюбился что ли? — улыбнулся Максим.
— Влюбился.
Больше ничего не говоря, Макс завез парня домой, где он наконец-то нормально поел за прошедший месяц, оделся и направился в часть, где его “обрадовали” что он выходит в наряд ежедневно. Это было своего рода продолжение наказания.
Ударил бы он Зуя зная что в итоге влипнет по полной? Ударил, даже не задумываясь, а потом вернулся и еще раз. Они его быстро пробили, как оказалось по долбанной фотографии в профиле в Инстраграм, которую он всего лишь за пару часов до этого создал. Забавно, правда? Папаша Зуя настаивал на полном увольнение и чтобы его посадили, собирался нанять лучших адвокатов. Огромное спасибо Колпакову, тот уговорил его на то, чтобы Грома отправили на губу на месяц. Однако сам после этого с ним перестал разговаривать и игнорирует полностью. Общается с Пашей только через рапорты.
Старший Зуй не дурак, он и до гауптвахты добрался, поэтому «воспитывали» парня по полной. Все это время, пока он был в заключении, думал только о двух вещах, о том как всадит пулю в лоб папаше с сынком и о Маше, о его Маше. Никак не мог выбросить из головы их первый поцелуй. Он очень сильно винил себя в том, что не может ей позвонить и написать.
Точнее он бы мог, но это было слишком опасно для нее.
Зуй за ним следил все это время, все его соцсети, точнее одна, были взломаны. Симка прослушивалась и прочитывалась как открытая книга. Тогда Паша принял решение не включать телефон, пока не сможет поменять сим-карту.
Как только пришел рапорт на его мини трехдневный отпуск подписанный Колпаковым, он тут же поехал за новой симкой, но поставить не было времени, так как строил план как незаметно заехать на дачу и где найти ромашки.
К даче добирались они вместе с Максом и Сашей поздно ночью, чтобы наверняка никто не следил за ними.
Цветы выращивают только в одной теплице, и ему пришлось в три раза больше заплатить за них, чтобы их продали, потому что эти ромашки были не на продажу. Ради этой девушки Паша готов все деньги мира отдать, лишь бы увидеть ее улыбку. Как рассказал Максим, она стала совсем грустной и даже новогодняя ель с игрушками, которую он купил и сказал отвезти к ней, так и не подняла ей настроение.
А сейчас, глядя на девушку со слезами на глазах и всю усыпанную снегом, он понял, что не нужны ей ни ели ни ромашки, не деньги которые он давал через Максима на съем очередного жилья, так как эти нелюди, не давали ей спокойно жить. Все чего она хотела все это время, чтобы Паша просто вышел на связь.
— Я писала тебе ежедневно. Каждый божий день.
— Прости, я должен был выйти на связь.
— Должен! — прокричала Маша и слезы полились градом. — я устала от того что в моей жизни исчезают близкие для меня люди. Я устала от того, что меня предают люди которым я доверилась. Я не хочу, чтобы ты был одним из тех, кто меня использует и предаст. Я этого просто не переживу!
— Иди ко мне. — сказал Гром Маше притягивая к себе.
— Нет! — резким движением она оттолкнула его от себя. — я не готова тебя сейчас прощать. Мне надо время.
— Хорошо, только идем домой, ведь правда, холодно. Ты заболеешь.
— Не заболею. — пробубнила Маша себе под нос и направилась обратно к дому.
Почесав затылок, Паша посмотрел как отдаляется от него силуэт девушки, которая окончательно запала ему в душу, и принял окончательное решение, что больше её никто не обидит, особенно он.
Глава 7
— Ребят, у вас все хорошо? — сказала Саша глядя на Пашу и поднимающуюся вверх по лестнице Машу, которая на вопрос девушки только махнула рукой и дала понять, что с кем-то говорить она не собирается.
— Гром? — послышался голос Максима, который все это время сидел на диване в центре гостиной.
Обойдя диван Паша сел рядом с ним, наклонился вперед, поставив локти на свои колени и принялся потирать глаза пальцами.
— Всё настолько плохо? — озадаченно спросил Паша.
— Видимо.
— Этих девушек не понять. То они жить без нас не могут, но когда появляешься на пороге их дома, могут такого леща зарядить, похлеще любого спецназовца. — возмущенно говорил Максим.
— А нас понимать не надо. — подошла Саша положив одну руку на плечо Грома, а другую протянула с чашкой кофе. Забрав кофе, парень сделал глоток, который приятным обжигающим ощущением моментально взбодрил, но он все так же сидел и смотрел на свои ноги крепко держа напиток.
— Всё чего мы хотим, чтобы нас слушали и обнимали. Я Машу понимаю, ты исчез не сказав ей правду, я бы на её месте подумала что у тебя исчез к ней интерес, потому что с её стороны он определенно к тебе появился.
— Я её всего лишь спас пару раз. Думаю что ее такое отношение больше благодарность, чем интерес. — пробормотал он себе под нос.
— Почему ты так думаешь? — удивленно спросила Саша уставившись на Пашу.
— Всё очень просто. — поднял он взгляд. — я не могу нравиться кому-то, а про «любить» я вообще молчу. А Маша слишком хорошая, она никогда не обратит внимание на такого как я. Вот и сейчас, если бы я ей нравился, она бы точно не убегала.
— Ну ты Громов и дурак. — заулыбалась Саша. — забудь мои слова про то, что нас понимать не надо. Дорогой, напомни мне чтобы мы ему подарили пособие «девушки для чайников». — обратилась девушка к Максиму.
— Не знал, что такое есть — на полном серьезно сказал Максим быстро моргая. Гром с Сашей посмотрели на друга и сдерживая смешок она наклонилась к Максу, и нежно поцеловала
