с собой огромный пакет шоколадного печенья – мы с Сэмом сразу отправились к амбару, где стоял мой «Додж». Загнать его прямо под навес на буксире не вышло, так что ребята оставили его чуть в стороне, под кронами деревьев.
Дождь превратился в морось, но из-за жары я была ей даже рада. Сэм тоже, потому-то он решил не откладывать ремонт. Откинув жалобно скрипнувший крышкой капот, он принялся показывать мне какие-то детали и объяснять, что там сломалось и износилось. Я ни слова не поняла, хотя и кивала с таким видом, словно все это было мне крайне интересно. С собой он взял огромную бутыль машинного масла и чехол с инструментами, который держала я, изредка ему что-нибудь подавая.
– Черт, тряпку бы. – Сэм как раз закручивал очередную гайку и, утирая пот со лба, мазнул себя чем-то черным.
– Ты похож на Рэмбо, – засмеялась я, показывая ему на своем лице, где нужно вытереть грязь.
Он провел рукой по носу, но только еще сильнее испачкался.
– Дай-ка я.
Сэм послушно наклонился ко мне, и я быстро вытерла пятно.
– Как мило.
Мы обернулись одновременно. В нескольких ярдах от нас стоял Аксель. Лицо его искажала кислая ухмылка, но глаза оставались серьезными. Мне показалось, что он смотрит на Сэма с легкой неприязнью. Меня же Аксель как будто не замечал.
– Если ты к Эрни, он уехал с Шоном на охоту, – холодно сказал ему Сэм.
– Спасибо за заботу, Сэмми, но мне нужен не он.
Аксель пошел мимо нас вдоль амбара к тропинке, ведущей сквозь дубовую рощу. Я смотрела ему вслед, задумавшись, но он ни разу не обернулся.
– Он всегда такой?
– Ага. Сочувствую. – Сэм слегка пихнул меня локтем в бок, заставляя перевести внимание на машину. – Смотри, вот этот шланг я подлатал, но его все равно нужно будет заменить…
Когда он закончил, я включила зажигание. Автомобиль, выразив свое недовольство глухим дребезжащим урчанием, все-таки завелся.
– Боже, ты мой спаситель!
Я выскочила с водительского сиденья и принялась пританцовывать вокруг Сэма. Он засмеялся и, явно довольный собой, захлопнул капот.
– Спасибо, спасибо, спасибо! Как я могу тебя отблагодарить?
– Брось. – Сэм смутился. – Тут ничего сложного, если знать, что искать.
– И все же…
Предложить мне было нечего, но мы нашли компромисс: Сэм попросил помочь ему с учебой, прогнать по нескольким тестам. Мы договорились встретиться позже у реки, расстелить плед и провести импровизированный экзамен на свежем воздухе, если погода позволит.
– Я ничего в этом не смыслю, – предупредила я.
– Там ответы в конце справочника, не переживай. Только проверишь меня…
– Сэмми, ты мне нужен! – до нас донесся голос Анны.
– Вовремя она, – хмыкнул Сэм. – Ладно, давай ближе к вечеру, если у тебя нет других планов. Или завтра, если будет дождь.
К обеду дождь усилился и лил сплошной непроглядной стеной до самой ночи, избавив меня от мытья окон, покраски ставен и помощи Сэму. Но и в доме хлопот не становилось меньше.
Раздобыв в кладовке моток бечевки и растянув ее прямо на террасе между деревянными столбами, я развесила наконец злополучное постиранное белье и шторы. Домой как раз возвращался Аксель, и не один, а в компании грузного взрослого мужчины. Волосы у него были ярко-рыжими, так что я догадалась, что это отец Эрни, мистер Уилкс.
Они не стали заходить внутрь и двинулись прямиком к постройке с лошадиными стойлами и кроликами. Мужчина с любопытством взглянул на меня и что-то спросил у Акселя; тот, отвечая, передернул плечами. О чем они говорили, я не слышала, потому что стояла слишком далеко, но поняла, что речь шла обо мне. Мистер Уилкс махнул мне рукой, и я с улыбкой махнула тоже, понадеявшись, что Аксель не стал рассказывать ему выдуманную им самим нелепицу обо мне и Томпсоне.
После полудня я ползала на четвереньках по прихожей, вымывая из дальних углов пыль и паутину, когда почувствовала в воздухе запах гари. Испугавшись, что в доме начался пожар, я побежала, ориентируясь на запах дыма, который уже заполнил все пространство под потолком.
На кухне Аксель воинственно пытался потушить здоровой рукой плюющуюся маслом, шипящую сковородку. Для этого он использовал полотенце, которое мгновенно вспыхнуло и зачадило.
– Отойди! – велела я ему, схватившись за банку с содой и высыпав все ее содержимое в сковороду.
Аксель бросил полотенце в раковину и залил водой из крана. Кашляя и плюясь от режущего глаза дыма, мы, не сговариваясь, дернули на окне створки, впуская внутрь свежий влажный воздух. Аксель выглядел до ужаса раздраженным и старался не смотреть на меня.
– Что это было? – спросила я без упрека, но с интересом, хотя, будь на его месте я, Аксель наверняка уже высмеивал бы меня.
– Отошел на минуту и не уследил, – нехотя пояснил он.
– Я сейчас приготовлю обед, так что мог бы подождать или…
– Нет уж, спасибо! – рявкнул он. А потом оглядел меня с ног до головы презрительным взглядом и добавил: – Не думала одеваться поскромнее? Ты не в баре работаешь.
Я оглядела себя, пытаясь понять, что ему не понравилось. Обычная футболка и шорты приличной длины, которые я смастерила сама, отрезав штанины у старых джинсов. Макияж я сто лет не делала, а волосы, вечно вьющиеся и распушенные из-за высокой влажности, убирала в пучок на затылке. Это, конечно, не униформа горничной, но вполне себе нормальная одежда для работы по дому в такую жару. Очевидно, Акселю нужен был повод, чтобы придраться ко мне, и он его нашел.
– Мне скафандр надеть?
Он фыркнул и ушел. Только тогда я заметила, что радио молчит, и упрямо воткнула штекер в розетку. Динамик заголосил хрипловатым голосом Эдит Пиаф. Я видела, как пикап Акселя проехал мимо дома, и не могла понять, что вывело его из себя. Уж точно не мой внешний вид. А если и так, кто он такой, чтобы указывать мне, во что одеваться? Носить чепец и передник я не собираюсь.
– Ты что тут спалила?
Мистер Хейз, прихрамывая и постукивая тростью по полу, остановился в дверях и принюхался.
– Это не я, а Аксель. – Меня задело его предположение. Что именно Аксель пытался приготовить, я так и не поняла, но сковородка была безнадежно испорчена. – Что это на него нашло?
– Клайд приболел. Ничего серьезного, да только Аксель вечно носится с ними как ушибленный. Говорил я ему, пора их продавать, машина есть, трактор у Уилкса берем, на что нам лошадей держать? А он ни в какую. Их еще жеребятами Мэри растила, видать, прикипел душой…
Что ж, это, по
