ему пару раз задеть клитор.
Наверное, не испытывать удовольствие было бы гораздо проще, если бы Зверь был не так хорош собой, не было бы у него шикарного мускулистого тела, бронзовой кожи, источающей запах, который сводит меня с ума. Я снова хочу того, чего он лишил меня вчера перед сном.
Черт! Черт! Это приятно. Непозволительно. Возмутительно!..
Но это очень приятно.
Позорно капитулирую, заливаюсь краской, чувствуя, как обильно потекла на его пальцы. И Зверь не останавливается ни на секунду, поглаживает меня глубже, дразня у самого входа. Собирает мои соки, размазывая их между ягодиц.
Я замираю, перестаю дышать, когда Зверь останавливает пальцы там. Рефлекторно сжимаю анус, чувствуя на нем легкое давление пальца.
— Расслабься, — сдавленно хрипит Зверь и, улыбнувшись, сверкает в полумраке белоснежным оскалом.
— Что ты задумал? Нет! — протестующе вонзаю ногти в его грудь.
— Если не расслабишься, тебе будет больно.
— Нет! Н-не-ет… — поперхнувшись воздухом скулю. Сердце дрожит, как трусливый заяц.
Широко распахиваю глаза и приоткрываю рот, когда Зверь настойчиво и туго входит пальцем в мою попу.
— Вытащи… вытащи его из меня… — лихорадочно шепчу испытывая новые тесные ощущения.
Но Зверь не слушает, и начинает медленно двигать пальцем туда-сюда.
Меня с головой будто охватывает огнем. Едва не плавлюсь. Боже… боже…
Опускаю голову, чтобы больше не видеть его лица, и мой взгляд падает на его брюки, туго натянутые в паху от эрекции.
Другой рукой Зверь накрывает мою ягодицу, подталкивает меня ближе к себе, отчего я все-таки выпутываюсь из лосин, шире развожу ноги и встаю коленями на матрас по обе стороны от Зверя.
Он растирает клитор, снова и снова проникает в меня, заставляя захлебываться ощущениями и чувствовать острее, чем когда-либо прежде.
— Сделай с ним что-нибудь, — рычит, но я не понимаю, о чем он говорит. — Сделай. Сейчас.
В полубреду мотаю головой, сдуваю с лица выпавшую прядь волос. Капелька пота скатывается по виску.
— Алисия…
— Ах! — не сдерживаю стон, когда Зверь вынимает из меня палец.
Берет за талию и ссаживает с себя. Бессильно падаю на матрас, а Зверь встает и отходит. Пытаюсь приподняться хотя бы на локтях, но тело непослушное. Между ног — жарко и очень-очень мокро.
Зверь расстегивает ремень, вжикает молнией, потом шелестит фольга.
Краем глаза успеваю заметить серебристую упаковку от презерватива, летящую на пол.
А потом Зверь подхватывает меня под живот и ставит на четвереньки. Вздрагиваю, когда между ягодиц капает холодная вязкая жидкость. Зверь растирает теплыми пальцами.
Испуганно оглянувшись, вижу, как он сжимает в кулаке член и смотрит между моих ног.
Нервно дергаюсь, но Зверь тут же возвращает меня на место. Слегка разводит ягодицы, наваливается на меня, давит головкой члена на анус. Медленно, туго, миллиметр за миллиметром, входит в меня, но двигаться не спешит, позволяя привыкнуть к необычным ощущениям.
— Моя Алисия… — жарко шепчет, прихватив зубами за холку.
Отвлекает игрой пальцев на клиторе, поглаживая его, щекоча, и я с запозданием осознаю, что он уже плавно двигается во мне. И это осознание затмевает все, что было «до». Толчки плавные, размеренные. Он будто смакует меня, а я не могу поверить в то, что занимаюсь анальным сексом.
Нет, это просто порочный дурной сон.
Но глупо себя обманывать, особенно когда Зверь ладонью накрывает мою грудь, оттягивает сосок его, зажимает между пальцев.
И это как катализатор. Натянутая струна возбуждения лопается, и я с громким стоном падаю грудью на матрас, продолжая ощущать толчки члена в расслабленный после оргазма анус.
Зверь возвращает ладони на мои ягодицы, впаивает пальцы в кожу. Ускоряется, но мне больше не больно и уже не тесно, даже когда он входит на всю длину, заполняя комнату порочными шлепками плоти о плоть.
— Сутки, — нехотя рычит он на финальных аккордах. — Даю тебе сутки повидать родных, но после ты должна вернуться ко мне.
Глава 33
Еще издали во дворе я вижу обступивших машину мужчин — охранников и того молчаливого человека, забравшего меня ночью из клуба.
Сунув руки в карманы нового пальто, выдыхаю и, настроившись, ускоряю шаг.
— Это ж как надо было ублажить хозяина, чтобы он на следующий день купил ей тачку?! — хохочет один из охранников. — Никому раньше не покупал.
Заметив меня, его тут же пихает под бок коллега.
Бугай в камуфляже оглядывается.
— Кх-кх… Доброе утро… Э-э… От вас нужен будет паспорт, чтобы переоформить машину в ГАИ.
— У меня нет с собой документов, — отвечаю сухо, с удивлением отмечая, что он обратился ко мне на «вы», а не «эй, девочка», как обычно.
Подхожу ближе к седану.
Черный, с переливами, сияющими на холодном солнце. Длинный покатый силуэт, хищная морда, как у прищурившейся пантеры. Не просто автомобиль, а вызов, яркая демонстрация богатства.
Робко касаюсь блестящего бока, боясь испачкать эту безупречность.
Не знаю, как реагировать, чувствую себя не на месте. Рада ли я такому подарку? Не знаю.
Раздается звуковой сигнал.
Охранник тут же идет к воротам и, посмотрев на экран, спешно открывает.
— Демид дома? — слышу раскатистый бас.
Высокий, крепкий, как медведь, мужчина без опаски входит во двор. Русые волосы, жесткие, но приятные черты лица, из-под воротника куртки выглядывает паутина татуировок по всей шее.
— Демид Юрьевич еще с утра уехал, — отчитывается охранник.
Значит, Демида сейчас нет? Я этого даже не знала. Мы со вчерашней ночи еще не виделись. Закончив со мной, Демид открыл дверь в красной комнате и ушел в свою спальню. Зато теперь я в курсе, как работают там замки…
— Трубку не берет, — хмурится мужчина, бросает взгляд в нашу сторону, видит машину и меня.
Когда наши взгляды встречаются, я сразу узнаю его — это тот самый вежливый гость на нашей безе отдыха, оставивший после себя только положительные впечатления. Антон Юрьевич. Однако…
Меня словно в ясную погоду ударяет молнией.
Демид Юрьевич… Антон Юрьевич…
Жизнь проносится перед глазами и останавливается на том дне, когда к нам на базу неожиданно приехал мужчина, которого мы с Лизкой страшно испугались. Заговорить с ним не решались. А я так вообще от страха даже не смотрела на него, прозвав темным властелином. Он представился тогда братом Антона.
Я не запомнила его лица, но видела, что он брюнет, высокий и мощный. И на нем тогда тоже была черная одежда…
Неужели? Хоть я и боялась смотреть, но обслуживала их стол, и этот самый темный властелин меня видел…
Демид — брат Антона…
Антон Юрьевич хмуро задерживает взгляд на моем лице. Судя по его реакции — он тоже
