— Честно сказать, ты тоже мне очень нравилась, но я не хотел разрушать нашу дружбу. — Когда он это сказал, меня, наконец, осенило, почему у меня было это странное чувство. Наконец-то я ясно осознала, что чувствовала всё это время, но не хотела признавать.
— Я люблю Генри! — прошептала я в ужасе и посмотрела на Себастьяна большими глазами.
Себастьян также в ужасе посмотрел на меня и сузил глаза.
— Эм, но я Себастьян. Или что ты думаешь теперь?
Что я натворила?! О нет! Чёрт! И это ещё перед Себастьяном! Только сейчас до меня дошло. Серьёзно? Сейчас?
— Мне жаль. — Казалось, мой голос сейчас пропадёт. Я отодвинулась от него немного в сторону и закрыла лицо руками. Этот кошмар никогда не прекратится?
— Я не понимаю… В чём дело? — спросил Себастьян и положил свою руку мне на спину.
— Я идиотка. Глупая, эгоистичная, свихнувшаяся идиотка, точно! Мне жаль, но я не могу. И я не хочу тебя обидеть так, как обидела Генри! — Я не осмелилась смотреть на Себастьяна.
— У тебя есть парень? — Он отнял руку и теперь скользнул немного в сторону.
— Нет, мы не встречаемся, но… — Да, я люблю Генри. Теперь это стало ясно мне. Это давно было глубоко во мне, но я всегда вытесняла эти чувства. Но Генри стоил рИска. Больше не быть рядом с ним, не видеть его, не иметь возможности поговорить с ним — это убивало меня.
— Ты любишь его? — спросил Себастьян. Его голос звучал смиренно. Я только кивнула и снова прошептала, что мне жаль.
Себастьян встал и снова провёл руками по волосам, прежде чем надеть бейсболку.
— О, чёрт, это очень жестоко. Я думал, что сошёл с ума, когда увидел тебя там. Но я вернулся, вероятно, слишком поздно. — Он пристально посмотрел на озеро, и я не знала, что должна была ответить. — Если у тебя и Генри ничего не получится… у тебя есть мой номер. Было бы здорово, если бы ты снова дала о себе знать. — Себастьян натянул бейсболку на лицо и просто ушёл. Я больше не могла ответить ему. Что я только что натворила? Я посмотрела на Себастьяна, который покидал парк, и вскоре услышала, как уехала машина. Теперь его не было. В моем смартфоне был его номер, который в данный момент я удаляла. Просто так было лучше.
Генри… все мои мысли вращались вокруг него. Я хотела поговорить с ним, но он всё ещё не шёл через парк. Может, он объехал его? Я посмотрела на часы. Было 20:27. Даже если они пробыли в Диснейленде до закрытия до 20:00 часов, то Генри должен был проехать здесь вскоре.
Я ждала ещё до 9 часов вечера, а после сдалась. Наверное, он объехал парк и давно сидел дома перед компьютером. Я отправилась из парка вниз по улице. Перед домом Генри я остановилась и слезла с велосипеда. Две машины были на месте, значит, его родители дома.
Но то, что я увидела у двери, поставило меня в тупик. Там стоял не только велосипед Генри, а ещё 4. Два велосипеда я узнала сразу. Это были велосипеды Софи и Сандры, я была абсолютно уверена в этом!
Ещё довольно долго я стояла около входа, не зная, что должна сделать. Что это всё должно означать? Они специально поехали в обход парка, чтобы случайно не встретить меня? И теперь все были дома у Генри?
Я стояла там совсем одна. Воздух вокруг меня медленно остывал, а небо окрашивалось в лилово-розовый цвет, когда солнце начало заходить. Был красивый вид, но я не могла наслаждаться этим великолепным зрелищем.
Генри был дома. Теперь я была уверена, что любила его и хотела. Даже с риском, что всё могло пойти прахом. Сейчас, в этот момент, я ничего не желала больше, чем оказаться в объятиях Генри, вдыхать его запах и слышать его голос. Я хотела, чтобы он смотрел на меня, хотела улыбаться ему, чувствовать его кожу и целовать его, спать рядом с ним и просыпаться. Но, очевидно, я всё испортила.
Когда я стояла там и смотрела на велосипеды, я заметила, что слёзы собираются в моих глазах, но я не стирала их. Моё тело дрожало, и я хотела закричать.
Медленно отвернувшись, я побежала домой. Я оставила велосипед в гараже и вошла в дом. Моя мама была в кухне и готовила, я могла слышать это уже из прихожей, потому что шла одна из её кулинарных передач. Она с удовольствием записывала их, чтобы потом самой приготовить блюда. Мой отец был в гостиной и смотрел телевизор. Шла спортивная передача и как раз был, наверное, перерыв между играми. Я внимательно вслушивалась в шум, когда, молча, стояла в прихожей. Я не смогла бы пройти в свою комнату незамеченной. Возникнет вопрос, почему я плакала, что произошло и виноват ли Генри. Итак, мне не оставалось ничего другого, кроме как импровизировать.
— Мама? — закричала я, ковыляя через прихожую.
— На кухне! — крикнула она, стуча по разделочной доске. Её не смутил мой окрик. Я, хромая, хныча и держась за колено, поплелась дальше в кухню.
— Что с тобой произошло? Мама сразу же всё отставила, когда увидела моё заплаканное лицо. Хотя я не знала, как плохо выгляжу, видимо, этого было достаточно, чтобы мама пришла в ужас.
— Я упала с велосипеда. В парке кролик прыгнул на дорогу, и я упала. — Мама помогла мне сесть на барный стул и взяла меня за руку. Это было то, в чём я нуждалась в данный момент! Я крепко прижалась к ней и выплакалась у неё на руках. Было так хорошо, просто поплакать.
— Мы должны поехать в больницу? У тебя что-то болит? — спросила она и сверху донизу осмотрела меня.
— Нет, нет… Всё нормально, только немного болит колено. Всё будет в порядке. — Я погладила ноги и увидела, что мама скептично смотрит на мои колени.
— Ну, у тебя хотя бы нет ссадин. — Сказала она с облегчением и открыла холодильник, чтобы достать пакет со льдом. — Я достала пакеты со льдом, сейчас же положи их на колено, этого на какое-то время хватит. — Я сделала, как она сказала и с нетерпением кивнула.
— Я пойду в свою комнату. День был очень утомительным. — Это отлично прекрасно сработало!
— Ты ничего не хочешь съесть? — спросила она меня и побежала за мной.
— Нет, я уже поела в Диснейленде, сыта по горло. — Я заставила себя снова улыбнуться, прежде чем подняться по лестнице. Я не видела отца, вероятно, он был в подвале или ванной.
Когда я оказалась в комнате, я закрыла дверь и отложила пакет с горохом. Из своего окна я посмотрела на окно Генри. Жаль, я не могла узнать, были ли они всё ещё у него. Но они должны быть там, где ещё они могут быть? В гостиной? Его родители любили спокойствие, поэтому, я думаю, они были бы против, если бы Генри собрал так много людей в гостиной. Нет, они должны были быть в его комнате.
Я собрала всё своё мужество и набрала номер Генри в телефоне, нажала "Вызвать" и приложила телефон к уху. Звонит! Один раз. Два. Три.
В то время как я ждала ответа от Генри, я подбежала к окну и почти не дышала, пытаясь увидеть что-нибудь. Хотя бы какое-нибудь движение того, что происходило в комнате.
Но когда вызов перешёл на голосовую почту, тошнота поднялась к горлу. Почему он не отвечает? Они настолько оживлённо разговаривают, что Генри не слышит звонка? Я должна позвонить на домашний телефон? Нет, лучше не надо. Уже поздно, и я не хочу беспокоить его родителей. Поэтому я позвонила во второй раз. Но звонок длился ещё целую минуту, пока вновь не переключился на голосовую почту.
— Ты дурак… — проклинала я свой смартфон и больше всего хотела бросить его в стену. — Возьми трубку! Возьми!
Я ходила по комнате и звонила снова и снова. Восемь раз. Безуспешно. Генри не отвечал. Этого не может быть! Обычно он сразу подходил к телефону!
Наконец я открыла своё окно и закричала:
— Возьми, в конце концов, свой телефон! — И это было так громко, что несколько птиц взлетели с деревьев, пронзительно, крича. Я немного подождала, а затем закрыла окно. Я превращусь в фурию, если так будет продолжаться и дальше!
Я позвонила в девятый раз и, наконец, кое-что произошло.
— Да? — Это был Генри! Я слышала его голос. Но он не казался довольным.
— Почему ты не подходил к телефону? — спросила его укоризненно. Но я радовалась, что он наконец-то ответил, и я могла с ним поговорить.
