Кейдж - Харпер Слоан

«Барби» все еще без сознания лежит перед моей машиной, они вызывают скорую помощь, чтобы отвезти ее в больницу. К счастью, парковка контролируется, поэтому они сказали мне, что соберут записи с камер наблюдения и свяжутся со мной, если у них возникнут какие-либо дополнительные вопросы. Бренда в шоке, когда я говорю им, что не выдвигаю обвинений. Это мое личное дело, и я не передумаю. Если она хочет затеять еще какую-нибудь хрень, я позволю ей; в следующий раз я буду ждать.

К несчастью для меня, Грег появляется, когда парамедик очищает ссадину на моей руке от удара ножом. Ничего страшного, но на моей руке и верхней части халата столько крови, что он бросает на меня один взгляд и становится злым. Я говорю о том, что можно почувствовать, как сильно охватила его ярость.

Он подходит ко мне двумя большими шагами, изучает мое лицо, и его глаза блуждают по каждому сантиметру моего тела, убеждаясь, что он ничего не упускает.

— Ты не сказала, что она причинила тебе боль. Ты не сказала мне, что она напала на тебя. — Он, казалось, не злился на меня, но все же я решаю, что лучше вести себя осторожно.

— Я думаю, что было бы правильной оценкой ситуации, если бы ты сказал, что технически я напала на нее. — Его глаза, которые смотрели на белую повязку на моей коже, поднимаются к моим, и я не могу не заметить юмора, который мелькает на мгновение, прежде чем беспокойство снова берет верх.

— Прости? — спрашивает он.

— Ну, одна вещь, которую ты, возможно, захочешь знать обо мне, это то, что я не лягу и не позволю кому-то трахать мою жизнь. Она царапала мою машину и оскорбила меня. Это произошло через десять минут после того, как из-за нее меня уволили с работы и вылила при всех на меня столько оскорблений, что я сомневаюсь, что найду работу в течение многих лет. Так что, да... Можно с уверенностью сказать, что я напала на нее.

— Ладно. Не уверен, что знаю, что с этим делать, но мы можем вернуться к этому позже. Ты в порядке?

— Грег, я в порядке. Я просто на секунду задела нож, но это всего лишь рана. — Я улыбаюсь его красивому лицу и пытаюсь немного облегчить гнев, который я все еще чувствую, волнами исходит от него. — Если тебе от этого станет легче, то она выглядит намного хуже.

Он несколько минут смотрит мне в глаза, прежде чем издает глубокий смешок.

— е очень-то хочется видеть, как ты страдаешь, красавица. Ты закончила? Что скажешь, если мы вернемся ко мне, и ты сможешь рассказать мне всю историю?

— Да, Грег, звучит заманчиво.

Бренда вручает мне мою коробку, о которой до этого момента я совершенно забыла, и после того, как мы дождались эвакуатора, чтобы забрать мою машину, мы направляемся к его дому. По дороге я звоню маме, сообщая, что у меня возникли проблемы с машиной и я приеду завтра. Я знаю, что мои проблемы все еще будут ждать меня утром, но прямо сейчас мне это нужно. Мне нужен Грег. Поразительно, но мысль о том, что я нуждаюсь в ком-то еще, не пугает меня.

Глава 17

Грег

После быстрого звонка она убирает телефон и через несколько секунд засыпает. Вскоре после этого ее голова касается моего плеча, а руки обвиваются вокруг моей руки. Черт, она может оторвать эту чертову конечность, если ей от этого станет легче.

Когда я подъехал к клинике и увидел, что она сидит на обочине, истекая кровью, я чуть не сошел с ума. Мне не чуждо чувство всепоглощающей защищенности. Но я никогда не чувствовал этого так сильно. Никогда еще каждый сантиметр моего тела не превращался в ледяную ярость за считанные секунды. После этого у меня не осталось никаких сомнений: она моя. И судя по тому, как быстро ее тело повернулось ко мне во сне, она тоже это знает. Ее разум просто не догнал ее сердце и тело.

Я машу Стэну, когда мы проезжаем через ворота. Долгая поездка по окрестностям дает мне несколько дополнительных минут, когда она прижимается к моему телу. Это дает мне время еще немного насладиться ее неосторожным доверием.

Когда мы подъезжаем к моему дому, она все еще не шевелится. Я заглушаю грузовик и разворачиваюсь, прежде чем коснуться ее. Я сижу так несколько минут, просто впитывая всю обстановку. Легонько пробегая пальцами по повязке на ее руке, я вспоминаю все это, и тиски на моем сердце крепко сжимаются. Я стал причиной этого. Может быть, не напрямую, но в моем сознании это одно и то же, и это убивает меня.

— Красавица, — бормочу я, слегка поглаживая ее по волосам. Ее глаза несколько раз моргают, прежде чем встретиться с моими. — Давай зайдем внутрь и ляжем? — Еще рано, даже близко не время ужина, но если лежа она чувствует себя лучше, безопаснее, то я не против.

— Я в порядке, просто нужно было немного отдохнуть. — Ее голос хриплый ото сна, заставляя меня бороться с собой, чтобы сдержать свою похоть.

— Хорошо, давай устроимся, и ты сможешь посвятить меня в детали, хорошо?

— Конечно, детка. — Я знаю, что она только что проснулась и, скорее всего, даже не осознает, что сказала это, но это слово проникает прямо в мое сердце. Пронзает насквозь и наполняет его таким восторгом. Мне следовало бы волноваться; в конце концов, у этой женщины есть сила сравнять мой мир с землей.

Мы заходим внутрь и устраиваемся. Садясь на диван, я даже не даю ей времени подумать о том, чтобы сесть где-нибудь в другом месте в комнате, я хватаю ее за руку и сажаю к себе на колени. Мои руки обнимают ее, и я испускаю низкий, облегченный вздох.

— Расскажи мне все, детка?

Она смотрит мне в глаза несколько минут, я не уверен, для чего, но, должно быть, она нашла что-то, потому что начинает свой рассказ. Нелегко это слышать, но, черт возьми, я горжусь тем, что она постояла за себя. Когда она замолкает, я даже не могу говорить. Я должен держать себя в руках, чтобы контролировать ярость и необходимость что-то делать.

— Ты не выдвигала обвинений? Пожалуйста, скажи мне, Мелисса, что я неправильно тебя расслышал? — Она смотрит мне в глаза, слегка смущенная моим тоном. — Я не сержусь на тебя, детка. Просто пытаюсь понять, почему ты не выдвинула против нее обвинения.