class="p1">— Мы дадим ему денег. Я дам. Он откажется от прав на дочь, мои юристы всё сделают. Доверься мне, Маша, это выход. Антон согласится, ты же знаешь его.
— Неа, — покачала головой она. — Это ты его совершенно не знаешь. Он ни за что на это не пойдёт.
— Но когда я предложил ему деньги за то, что он перестанет донимать тебя и станет образцовым отцом, он легко согласился играть эту роль.
Я тотчас пожалел о своих словах. Не стоило говорить это сейчас!
Маша изменилась в лице.
— Вот, значит, как ты решаешь все дела. Ложь и деньги, два твоих аргумента. Но я больше не стану участвовать во всех этих играх, — она поднялась с места. — Сына я тебе не отдам, Гравицкий. Я его мама, я! Их зовут Мирослава и Матвей. А меня Мария. Три “м”, понимаешь? Они мои и больше ничьи. А сейчас мне пора…
— Маша, стой.
Я поднялся вслед за ней, шагнул к ней, но она отшатнулась.
— Я никогда не заберу у тебя сына, Маша. Я обещаю. Но у меня тоже есть право быть его отцом!
— Ну хорошо! — всплеснула руками она. — Я поговорю с ним, ясно? Я скажу ему, но когда решу и как решу. Он узнает правду. Доволен теперь?
— Я признаю его официально.
— Да как угодно. Будешь видеться с ним по выходным. Это тебя устроит?
— Да, — осторожно ответил я. — А Мира? А ты?
— А о нас с дочкой можешь забыть!
Глава 34
Пока шла от кафе к остановке, ругала себя последними словами. Я поссорилась с Виктором. Ну зачем же я была так резка?
Он сделал для нас с детьми столько хорошего. Он был готов стать отцом для Миры, девочки, с которой его вообще ничего не связывало. Я должна была оценить его предложение… А вместо этого сорвалась.
Очередная ложь встала поперёк горла. Не хочу больше врать своим детям. У Миры есть отец: тот же ещё придурок, который дочку задвигал на второй план до тех пор, пока не узнал, что Матвей не его сын.
Ох, да Виктор был бы в тысячу раз лучшим папой для неё!
Но моё согласие потребовало бы доверия. Разделить с ним секрет, доверить детей… И я не смогла.
Моё сердце бьётся, как сумасшедшее, когда я вижу его. Мне хочется прижаться к нему, позволить решить все проблемы. И когда я почти решаюсь на это… то не могу довериться в самый последний момент.
И теперь мне предстоит самый тяжёлый разговор с детьми в моей жизни. Я всем рассказала правду. Должна рассказать и им.
Как они отнесутся к тому, что не брат и сестра? Поймут ли? Повлияет ли это на их отношения? Как же много вопросов!
Но Виктор прав: он отец и имеет право быть в жизни сына. Я это понимаю. Но всё бы отдала за то, чтобы Матвей не был на него похож. Тогда бы эту тайну никто не узнал бы.
Наверное, мы бы с Виктором поженились. И были бы счастливы. А теперь всё так запуталось, что и не распутать этот клубок.
Когда я вернулась домой, дети мгновенно обступили меня.
— Мама, как дядя Витя? — спрашивал Матвейка.
— Как Чижик-Пыжик, как?! — трясла меня за руку Мира.
— Ма-ам, а когда мы туда велнёмся?
— Да, мама, мы хотим в бассейн! И к дяде Вите.
— Так, дети, мороженое тает, — появилась в коридоре Алиса, держа две вазочки. — Берите скорее.
Те похватали порции мороженого, мгновенно забыв обо мне, и поскакали в комнату.
Алиса, которая сегодня была в роли няньки, внимательно на меня посмотрела.
— Ну-у? — потянула она, подвигав бровями. — Как ваше с Виктором свидание? Что-то ты рано, подруга.
— Катастрофа, — сказала я ей и добавила, понизив голос, — Виктор предложил признать Матвея официально и удочерить Миру.
— А ты что?
— А я ему нагрубила.
— Ой, дура, Машка! Да твои дети бы нужды не знали! Тебе напомнить о его состоянии? В смысле денежном!
— Я поняла. Я… ну ладно, не стоило так себя вести. Но он ещё сказал, что заплатил Антону, так что… я просто вышла из себя.
— Тебе надо извиниться. Нужны хорошие отношения с отцом твоего ребёнка. Так, предлагаю сделать чизкейк. Ты говорила, он у тебя любитель?
— Да Виктор всю мою выпечку обожает, — невольно улыбнулась я.
— Отлично. Делаем клубничный чизкейк, ни один мужчина не устоит. Кстати, Антон заходил. Просил тебе что-то передать.
Она взяла с тумбочки белый конверт и протянула мне.
— Что это?
— Я не смотрела, хотя мне и было ужасно любопытно. Ну, открывай!
Внутри белого конверта был ещё один. Уже по одному-только отправителю я поняла, что в конверте. Но всё равно вскрыла его.
Нет. Он же это не всерьёз!
— Алиса… присмотри ещё за детьми, — севшим голосом попросила я.
— Что слу…
— Потом!
Повезло, что я не успела разуться. Пулей вылетела из квартиры, сразу начиная вызывать такси.
Уже через полчаса я была перед офисом Антона. А неплохо он устроился. Вроде был весь в долгах, а теперь вот расширил свою фирму. Теперь ясно, как — на деньги Виктора.
Охранник попытался меня задержать, но сработал эффект неожиданности: пока он откладывал кроссворд, я уже прошла через турникет вместе с зазевавшимся сотрудником.
— Я к Антону Сергеевичу! — бросила я ему.
— Пятый этаж… — от растерянного отозвался охранник.
На пятом этаже я в с таким же успехом удивила его секретаршу. Пролетела мимо неё, распахнула дверь и влетела в кабинет Антона, готовая рвать и метать.
— Маша? — эта сволочь даже удивленным не выглядела. — А, получила, значит?
— Ты… ты… Козлина! Забери заявление!
— И не подумаю. Я считаю, что моей доченьке Мире лучше будет со мной. У тебя ни работы, ни своего жилья, ни мужа. А я вот при деньгах теперь, мы с Танюшей распишемся на днях. И квартира у меня своя. Мне кажется, суд будет на моей стороне, как думаешь?
— Размечтался! Я ненавижу тебя, придурка! Сейчас придушу собственными руками!
С ухмылкой он кивнул на вебкамеру своего ноутбука.
— Маша-Маша… Ты такая предсказуемая. Опеке очень интересно будет увидеть, какая ты невменяемая.
— Вот так, значит, да? — покивала я. — Ты что думаешь, я позволю этому случиться? Да ни за что на свете!
Да уж, повестку в суд я ожидала получить от совсем другого мужчины. Вот так бывает в жизни.
Зато у меня мозги на место встали. Теперь я вижу, кто настоящий мужчина, которому можно верить, а кто просто грязь под ногами.
— И не надейся
