парень распахивает окно и садится поудобнее на подоконник, совершенно игнорируя мое присутствие. Громкий щелчок пьезо-зажигалки приводит меня в чувство и я перевожу взгляд на часы – время разговоров закончилось, у меня лекция.
На негнущихся ногах, я иду в аудиторию и запускаю веселящихся студентов. Передо мной все расплывается от слез обиды, предательски застлавших глаза. Ко всему прочему головокружение начинает набирать обороты и я шумно плюхаюсь на кресло, при этом глядя в одну единственную точку на мониторе компьютера.
Главное, что мы выяснили отношения вовремя. Да. Это самое главное. Потом было бы больнее.
Глава 20
Хантер
Какого хрена, а?! Какого, мать ее, рожна, ей кольнуло в задницу устроить разборки и именно сегодня?! Женщины, чтоб их, загадочные создания! Я не потерплю давления на себя и свои решения, я не позволю кому-то толкать меня к обрыву, если я сам не захочу с него сброситься!
«Я свободная женщина и делаю что хочу» – ага, вперед и с песней.
Делаю затяжку и понимаю, что сигарет мне недостаточно, чтобы снять нервное напряжение, хочется что-то разбить. Возможно чье-то лицо. Желательно круглое и усатое.
Сука!
Билетики он, блять, подарил, в театр пригласил, романтика, едрит! Интеллигент хренов! Ненавижу!
Тушу сигарету и выбрасываю ее в окно. Чувствую, как меня потряхивает от злости и сердце бешено барабанит в груди. Довела вот, довела! Самое глупое на что способна женщина – это выбить признание. Причем вот таким образом, заставив ревновать.
Да и черт с ней!
Пусть идет развлекается с усатым-полосатым, потом будет жалеть, а мне будет глубоко плевать. Да, плевать! Хотел ее сегодня сводить в клуб, где мы впервые познакомились, потом свозить на набережную, пошататься там часок, а перед этим купить ей в маке жрачки. Хотел построить из себя романтика, ан нет, ей в театр приспичило.
Плевать! Она мне не нужна! Или нужна… Как все запуталось…
Оставшийся рабочий день пролетел как в тумане, но это помогло мне немного остыть: приготовил пару экспериментов для Аниты, а потом пришла ее подруга и настоятельно попросила помочь перебрать реагенты, мол, у нее новехонький маникюр и никак нельзя. В иной другой ситуации не пошел бы, но тут просто взыграло, особенно когда увидел, что Аня стоит рядом.
Наконец, вытерпев до омерзения плоские подкаты Анитиной подруги и просьбы сводить ее, бедненькую и несчастненькую, куда-нибудь сегодня после работы, я возвращаюсь в лаборантскую за вещами, чтобы благополучно свалить домой. Но у самого входа в аудиторию сталкиваюсь с Андреем, чтоб ему пусто было, Олеговичем.
– Добрый вечер, Владимир Петрович, – злобно зыркает на меня это недоразумение и проходит в аудиторию.
– Добрый вечер, – скалюсь в ответ я и захожу следом.
– Анита Александровна, вы уже готовы ехать? – заглядывает в лабораторию Андрейка.
– Да, одну минутку, заходите, – отвечает ему девушка, слегка улыбнувшись, но, заметив мою фигуру, тут же мрачнеет и улыбка уплывает с ее идеального лица.
Проходя мимо Аниты замечаю, что она переоделась в темное полупрозрачное кружевное платье с очень… очень откровенным декольте.
Вот так вот значит? Ну ладно…
Сажусь на рабочий стол напротив копошащейся в своей сумочке девушки и достаю телефон, делая вид, что ищу в нем что-то очень важное, хотя важнее всего мне сейчас кажется дурманящий запах ее духов, которым я никак не могу надышаться. Все внутри перекручивается в узел, стоит только подумать, что этот Андрейка будет сидеть рядом с ней, пялить на ее сиськи и, может быть, даже лапать мою Аню.
Девушка, наконец, находит в сумке искомое и отворачивается к зеркалу, чтобы накрасить губы яркой, буквально кричащей «трахни меня», красной помадой. Она обводит их по контуру, слегка приоткрывая рот и полуприкрыв глаза с длиннющими ресницами, а у меня моментально начинает зудеть в паху от нарастающего желания и фантазий. Черт!
– Мама просила вам передать, что очень ждет вас в гости, может быть после спектакля вы проедете ко мне? – нервно сглатывает Андрейка, так же как и я, не сводя глаз с губ Ани. – Вы можете остаться на ночь…
Нет, ну это уже ни в какие ворота!
Хрен его знает какая сила буквально сдергивает меня со столешницы и заставляет подойти к мужику почти вплотную. Внутри меня гудит злость, словно электрический разряд, она рвется на свободу и я не хочу ее сдерживать, но придется, иначе Анита мне не простит мордобития.
– Слушай, вот ты приехал на парковку, а на твоем месте припарковался кто-то другой, что ты будешь делать? Двигать чужую тачку или поищешь новое парковочное местечко, а? – сам не знаю что за хрень я порю, но слова сами собой срываются с губ.
– Что вы имеете в виду, Владимир Петрович? – злобно, исподлобья смотрит на меня Андрей. – Я вас не понимаю.
Все ты, сука, понял.
– Хантер, хватит, не нужно, – словно сквозь пелену, до меня доносится голос Ани. Перевожу взгляд на нее: тяжело дышит, в глазах неподдельное беспокойство… Она боится за меня или за него?
– Аня моя девушка и она никуда не пойдет с тобой, – цежу сквозь зубы я и смотрю Ане прямо в глаза, наполненные слезами. – Моя, понял?
А это оказалось не так уж и сложно, даже приятно. У меня даже как будто потеплело в груди и невидимый жгут, мешающий дышать все это время, оборвался с одной единственной фразой. Аня моя девушка. Моя… Кайф, черт возьми! Думал, что больше никогда не позволю кому-то занять столь серьезную позицию в моей жизни после предательства Руби, ан нет, смог.
– Анита Александровна, что происходит?! – поворачивается к девушке физик и она, пошарив в сумке, протягивает ему два театральных билета.
– Простите, я не смогу с вами пойти и… – Аня запинается, сдерживая наплыв эмоций. – Не сердитесь на меня, нам лучше прекратить любые внерабочие отношения.
– Ясно, – часто кивает головой Андрейка, словно игрушечный болванчик на приборной панели автомобиля, и пятится спиной к выходу. – Хорошо, что сказали… Ладно… Главное вовремя, да… До свидания, Анита Александровна, – бурчит на прощание
