И никогда не будет моим.
— Тебе не стоит оставаться на балконе, ты можешь простудиться, — отвечает он отстранённо, как будто между нами ничего не было.
— Я в порядке.
По правде говоря, я замерзаю, но ему не нужно об этом знать.
— Я иду в бар внизу. Тебе что-нибудь нужно?
Я качаю головой, «нет». Мне кажется, что он заставляет себя вести этот разговор. Он не хочет со мной разговаривать. Он хочет уйти.
Я была его спасением, а теперь я та, от кого ему нужно сбежать.
— Спокойной ночи, Элли. Не жди меня.
И вот так просто он уходит.
Сообщение получено.
Один шаг. Один вдох. Одна песня. Семь утра, солнце начинает всходить. Я бегу где-то рядом с трассой. Не думаю, что Аарон видел, как я уходила, он ещё спал. Музыка, доносящаяся из моих наушников, бьёт по ушам, пока я пытаюсь отвлечься от своих мыслей. Воспоминания о нашей жаркой ночи терзают мой разум, преследуют моё тело. Он… то, как он прикасался ко мне… наше синхронное дыхание… его хриплый голос. Его запах. Пот на наших телах, соприкасающихся друг с другом. Очнись!
Спустя час или около того после пробежки я всё ещё не могу стереть из памяти образы прошлой ночи. Мои пять чувств помнят всё. Я бегу быстрее, чтобы стереть след, который он оставил в моей душе, но чем сильнее я бегу, тем больше падаю. Поэтому останавливаюсь, задыхаясь, возле отеля, упираюсь руками в колени, опускаю голову и моргаю.
— Проблемы?
Я вижу Луиса Хармила, сидящего на лестнице с чашкой кофе. Он выглядит так, будто не спал всю ночь, как будто увидел привидение.
— А у тебя? — парирую я и встаю, поправляя свой конский хвост.
— Лучше быть готовым. — Он погружен в свои мысли, уставившись в землю. — Аарон съежится, если узнает, что ты разговариваешь со мной.
— Я ему не принадлежу.
Я приподнимаю бровь, осознавая, что только что намекнула Луису, что между мной и Аароном что-то не так. Не самое умное мое решение.
— Проблемы в раю?
Он ухмыляется, его изумрудные глаза встречаются с моими. Ему это нравится? Его настроение кардинально меняется. Я действительно не могу его понять.
— Нет. Вовсе нет, — вру я.
— Ты же знаешь, что он не изменит своего поведения ради тебя, верно?
— Со мной это не сработает, Луис. Я знаю, что ты не заботишься об интересах Аарона. — По какой-то непонятной причине я начинаю волноваться, когда Луис усмехается мне в ответ.
Он выбрасывает свою чашку кофе в мусорное ведро и встаёт передо мной, в его глазах вспыхивает гнев.
— И он не заботится о твоих интересах. Тебе, наверное, стоит задуматься, где он был прошлой ночью… и с кем.
Он уходит, и я чувствую себя так, будто мне вонзили кинжал в сердце. Яд, который он выплёвывает, пожирает мои клетки, и я остаюсь наедине с сильной ревностью и болью. Возможно ли, что он уже двинулся дальше? Через пару часов после того, как он меня пометил. Все мои страхи возвращаются. Он использовал меня так, как я думала, он никогда не сделает, разрушив уверенность, которую я пыталась вернуть. Мне нужно знать. Я вбегаю в вестибюль, моё сердце колотится, тревога берёт надо мной верх. И снова я оказалась недостаточно хороша. И снова я обманулась в своих ожиданиях. И снова я застряла в своих старых привычках.
Я почти добегаю до лифта, у меня кружится голова, я ничего не соображаю и не обращаю внимания на то, что происходит вокруг, когда чья-то рука хватает меня за запястье. Оборачиваюсь и вижу его. Аарона ЛеБо в красном гоночном костюме. У него круги под глазами, растрёпанные волосы, его взгляд непроницаем.
— Элли. Я так долго искал тебя! Где ты была? Твой телефон выключен.
— Я бегала, — отвечаю я сухим тоном, пытаясь сохранить самообладание, не быть слабой.
Я вспоминаю слова моей матери. «Если ты однажды расплачишься из-за него в присутствии мужчины, дашь ему уверенность в том, что принадлежишь ему. Уверенность в том, что он снова сломает тебя. Уверенность в том, что ты принадлежишь ему».
— Ты могла бы просто сказать мне, — его собственнический тон раздражает меня.
Я усмехаюсь, явно забавляясь.
— Тебе-то что? Я слышала, ты был занят, — огрызаюсь я, прищурившись. По правде говоря, он всегда был честен со мной. Я приняла правила игры — к чёрту мои правила, я сама виновата. Он хмурит брови, пытаясь понять, почему я так себя веду. Я качаю головой. — Мне все равно, с кем ты трахаешься или со сколькими женщинами за одну ночь, но я думала, ты хочешь серьезно относиться к гонкам.
— Аарон, я не могла... — Красивая женщина подходит к нам, проверяя свой телефон. Когда она замечает меня, то одаривает лучезарной улыбкой. — О, ты, должно быть, Элли. Я Моника.
Моника… женщина, которая звонила Аарону несколько дней назад. Я стою, потеряв дар речи, и смотрю на них обоих. Моника великолепна. Она — воплощение мечты каждого мужчины. Мы, наверное, примерно одного возраста. У неё блестящие тёмно-каштановые волнистые волосы, улыбка топ-модели. Она одета в обтягивающее красное платье, подчёркивающее её пышную грудь. У Моники изгибы в нужных местах, глубокие карие глаза, она определённо хищница. А на мне потные спортивные штаны и спортивный бюстгальтер, который отлично подходит для комфорта, но не для того, чтобы подчеркнуть достоинства моего тела. Я не могу не чувствовать себя ревнивой и некомфортно. Это тот тип женщин, на которых он западает.
— Моника мне как сестра. Я был с ней прошлой ночью, — добавляет Аарон, глядя прямо мне в глаза. — Разговаривал. Как друзья. Она знает о нашем соглашении.
У меня отвисает челюсть. За пару секунд в моей голове проносятся сотни вопросов. Кто она? Почему он ей рассказал? Насколько они близки? Но что ещё важнее… он когда-нибудь спал с ней?
— И, видит Бог, он не дружит с женщинами. — Она усмехается.
Я смущённо улыбаюсь, пытаясь скрыть свой дискомфорт.
— Мне правда нужно идти на квалификационную гонку. Мы поговорим позже, Элли? — спрашивает Аарон, протягивая руку и касаясь меня, его прикосновение напоминает мне о том, что произошло между нами прошлой ночью. Каждый раз, когда его голубые глаза встречаются с моими или он прикасается ко мне, я теряю контроль. Я как будто под гипнозом. Есть только один ответ — совершить прыжок веры и довериться ему.
— Мы с Элли можем посмотреть гонку вместе. Если ты не против?
— Конечно.
Это моя возможность узнать её получше.
