Леонид Алексеевич выяснил, что с камер наблюдения был удален определенный промежуток времени. Как вы думаете, какой? Правильно, тот самый, когда все случилось. Скорее всего, на нем и была запечатлена Маринка.
Леонид Алексеевич пообещал восстановить эти самые записи, а также выйти на человека, который их стер и заставить его признаться полиции и дать показания против Самсоновой. Если еще и Леся даст показания, то это должно сработать.
Поэтому мне нужно с ней встретиться и поговорить, доказать, что я на её стороне и убедить дать показания следствию.
«Я сейчас занята. Через пару часов, возможно, смогу уделить тебе время.»
«Ок, буду ждать» — отвечаю сиюминутно. Два часа. Боже, как мне их вытерпеть?
Марина отписывается, что заселилась в гостиницу за тридцать километров отсюда.
Отлично, значит, поверила мне. Нужно продержать ее там, как минимум, пару дней.
Решаю пойти пообедать в местное кафе, вот только сидя перед тарелкой с едой, понимаю, что кусок в горло не полезет. До сих пор не могу поверить в то, что Марина такая тварь и так хладнокровно поступила с Лесей. Знала все это время, что Леся может быть жива и делала вид, что всячески меня поддерживала.
В то время мне было настолько хреново, что я не видел ничего вокруг себя. Первый год после исчезновения Леси у меня прошел будто в тумане. Я ежедневно прикладывался к бутылке, желая уйти в такое сладкое и долгожданное забытье.
Затем Маринка насильно отправляла меня в клинику, где меня хватало на несколько дней, после чего я срывался и сбегал оттуда.
Да, надо отдать ей должное, если бы не Маринка, я бы мог и не вылезти из этой черной дыры. Тогда я потерял смысл жизни и видел его только в спиртном, как бы жутко это не звучало. Вот только в бывшей я видел всего лишь человека, который зачем-то находится со мной рядом.
Теперь я понял, что Марине было очень даже на руку мое состояние, моя бдительность спала крепким сном и я тогда даже представить себе не мог, что она могла быть причастна к пропаже жены.
Марина хорошенько втерлась в мое доверие, после того, как я полностью избавился от зависимости она стала мне кем-то вроде друга. Чувствовал себя должным перед ней за то, что вернула меня к нормальной жизни. Но уже тогда я понял, что никогда не любил её.
Окончательно я это осознал, когда у нас с ней случился секс. Я тогда был в нетрезвом состоянии, это было незадолго до моего очередного путешествия в клинику для зависимых. Я был настолько не в себе, что мне отчетливо казалось, что передо мной находилась Леся.
Я был несказанно рад, но радость пролилась недолго.
На следующее утро, когда я проснулся и увидел лежащую рядом Марину, я понял, что больше совсем ничего к ней не чувствую. Наоборот, мне хотелось избавиться от её общества. Вот только настырная стерва никак не хотела меня отпускать.
А я больше не подпускал её к себе. Если бы не наше партнерство в бизнесе, я бы и вовсе избегал с ней встреч.
Моя ошибка в том, что я держал её рядом все эти два года. Представляю, как это ужасно выглядело со стороны. Теперь мне нужно еще и доказать Лесе то, что между нами не было никаких отношений.
Все новости о нашей якобы свадьбе я попросил удалить, честно признавшись журналистом о том, что это ложная информация.
Даже если бы я и не нашел Лесю, я бы никогда не женился на Марине. Вообще бы больше никогда не женился, ведь в моем сердце прочно засела одна лишь Олеся.
Сделав пару глотков воды и так не притронувшись к еде, замечаю, что из-за ухода в свои мысли время пронеслось незаметно.
Хоть Леся еще и не пригласила к себе, решаю, что поеду к ней раньше и подожду у дома.
Вот бы взглянуть еще и на Юльку хоть краем глаза… Но пока я еще не заслужил прощение любимой, поэтому здесь ясно наверняка, что так просто она меня пока что к дочери не подпустит.
А еще через пару дней должны быть готовы результаты ДНК-теста. Тогда все расставится по местам. Если дочь моя, а я и не сомневаюсь в том, что она моя, то я буду настаивать на встречах и проведении времени с малышкой. Надеюсь, в этом Леся мне не откажет.
В этот раз набираюсь смелости и еду не на свое место шпиона, а паркуюсь прямо вдоль забора.
Глушу двигатель и просто наслаждаюсь тишиной. В этом месте я и в самом деле обретаю какое-то волшебное спокойствие. Мне оно сейчас необходимо, потому что мне нужно собраться с мыслями и объясниться перед любимой, заверить её в своих добрых намерениях.
Мое внимание привлекает скрип двери, повернув голову на звук, замечаю свою любимую блондинку. Идет мне навстречу. Тут же вылетаю к ней.
— Прости, я приехал раньше, — как робкий подросток мямлю я, совершенно позабыв о всех словах, которые должен был сейчас сказать. В голове засел плотный туман.
— Что хотел? — безэмоционально интересуется Леся, делает вид, будто бы ей совершенно нет дела до моего присутствия. Но по глазам вижу, что ей не все равно. Не знает, куда деть руки, поэтому в защитном жесте сцепляет их на груди.
— Мне очень жаль, что так вышло. Я не знал, что это она. Клянусь, не знал! — начинаю глупо оправдываться. Нет, так не пойдет! Прочистив горло, решительно выдаю:
— Лесь, мне будут необходимы твои показания в полиции. Я нанял частного детектива, он уже нарыл некоторые доказательства, нужно подождать еще немного…
— Даже не знаю, стоит тебе верить или нет, — фыркает она, смотря на меня с сомнением. — Неужели ты и в самом деле засадишь за решетку свою подружку?!
— Засажу. Она должна ответить за свой поступок.
— Ты и в самом деле готов пожертвовать её свободой только ради того, чтобы справедливость восторжествовала?
— Я хочу это сделать ради тебя, — кладу руку ей на плечо, слегка его сжимая и заглядывая в бездонные глаза любимой. Пытаюсь показать взглядом, что мне можно доверять. — Я был таким дураком, Лесь! Все эти два года был в неведении, позволял этой мрази быть со мной рядом.
— У меня есть кое-что, — проговаривает Леся и достает телефон. Уткнувшись в экран, что-то пытается там найти.
Включает аудиозапись. Из неё доносится знакомый голос.
«Снова сбросишь меня с обрыва?» — узнаю нежный тембр Леси, несмотря на её враждебный тон. Догадываюсь, что
