- Лар… - вылетает навстречу растрепанная и заплаканная подруга и все… дальше слёзы.
- Тише, - на ходу разуваюсь и обнимаю ее. - Что случилось? - веду на кухню, усаживаю, наливаю воды.
Она ревет и трясется вся.
- Ты когда приехала-то? Чего не позвонила? Я бы встретила.
Лицо закрывает ладонями и истерит в голос.
Так… достаю вино. Потому что сейчас либо так, либо никак.
- Держи, - наливаю ей полбокала. - Давай-давай. А то зальешь тут все. МЧС придется вызывать. А сегодня так себе смена, - пытаюсь шутить, но то ли шутка не очень, то ли она вообще не воспринимает шутки.
Но пару глотков делает.
- Мы расстались, - выдыхает подруга. - Он… он изменил.
- Как изменил? С кем?
Ну правда, она уже… что им надо?
Хотя… сама на грани. Ренат тоже к бывшей поехал. Кто знает, что там осталось ещё. А у них ребёнок. Помириться можно на раз-два. Не то, что у нас, только ночь одна. И день.
Когда допивает бокал, чуть успокаивается. Много, сбивчиво, с повторами рассказывает про то, что застукала его на танцполе с другой, как целовались, как "она же все для него", как "я думала, он другой".
- Он не другой, он просто очередной.
- Знаешь, что самое обидное? Я ради него столько всего… Он проснуться не успеет, а я уже с укладкой и макияжем. Любое его желание - исполнено.
А может, это не так важно? Я вон утром… там не то, что макияж и укладка, там ещё и зубы не чищены были. И Воронова вообще ничего не смутило.
- А он - с какой-то… шалавой с надутыми губами и силиконовыми сиськами. У меня маленькие, да? - сминает и показывает мне свою грудь.
- Да нормальные у тебя, - пожимаю плечами.
Мы сидим с ней до полуночи. Вино в бутылке опускается до критического минимума. Говорим с ней обо всем подряд: о мужчинах, о браках, о том, кто кого и зачем терпит.
- Ларка, тебе надо выходить замуж за того, кого отец предлагает. Богатый, стабильный. Только брачный договор нужен. Чтобы, если изменит, ты осталась при деньгах. Поверь, это идеальный вариант.
- А как же любовь?
- Ой, что там… если мужик нормальный, то чувства приходят после.
А если не нормальный, то раньше, что ли?
- Пойдем мы с тобой спать. А то мне завтра на работу утром. И сутки потом не спать.
На работу приезжаю раньше обычного. Потому что не спалось всю ночь. Сначала все думала о подруге, о ее словах. Потом всякие пожарные мерещились.
Мерещился. Маячил перед глазами и не давал уснуть. Хотя даже рядом не был.
Криво ставлю машину. Плевать. Надеваю солнечные очки и беру стаканчик с кофе. До утреннего развода мне надо проснуться.
Утро ещё какое-то ватное, будто я не спала, а просто закрыла глаза и открыла снова.
- Привет, - Марина догоняет меня возле здания.
- Привет, - на автомате ей киваю в ответ.
Но ее я меньше всего хочу сейчас видеть. Она испортила мое платье.
- Подруги так не делают, - жалуется мне. На меня же?
- С каких пор мы подруги?
- Ты увела у меня мужика.
- Напомни, какого именно? - тяну, хотя прекрасно понимаю, к чему она.
- Рената, - делает вид, что ей сейчас больно как в турецком сериале. - И не надо делать вид, будто не понимаешь. Тебе же надо было уехать с ним, да? Он целый вечер со мной провел, а потом ты придумала проблему и вуаля… все должны ее решать.
- Кажется, это ты испортила мне платье на корпоративе, и создала эту проблему, - напоминаю ей. - Так что я и близко тут ни при чем. Тебе надо было себе платье испортить и попросить помочь.
- Платье… Да ты же жопой крутила перед ним весь вечер. Ещё короче ничего не могла найти?
- Марин, если твой, - беру пальцами слово в мнимые кавычки, - мужик реагирует на мою жопу, то проблема, кажется, не во мне. Если бы он хотел уехать с тобой, он бы уехал, - делаю глоток кофе.
И ты бы сейчас, как я, не выспавшаяся была.
Сворачиваю к себе в отдел. Захожу в раздевалку.
- Привет, Леш.
- Привет. Корпоратив как два дня закончился. Или у вас не заканчивался? - смеется надо мной.
- У кого это, у вас? - делаю вид, что не понимаю.
Я и правда не хочу афишировать ничего. Ни взглядов, ни вчерашнего вечера, ни того странного осадка, который всё еще сидит где-то под ребрами.
Ренат заходит в помещение за три минуты до начала рабочего дня.
- Доброе утро, - коротко со всеми здоровается.
Слава богу, что и со мной, как со всеми.
Хуже всего было бы, если бы он сейчас начал что-то обозначать. Делать вид, что между нами что-то есть. Или, наоборот, слишком явно показывать, что ничего нет.
А так - просто работа. Просто люди. Просто утро.
- Что-то вы оба какие-то сонные, - усмехается Алексей, переводя взгляд с него на меня.
- И молчаливые, - подхватывает Иван Андреевич.
- Мне кажется, - продолжает Алексей, - ты их не зря в один экипаж отправил, Вань. Где два дня ездили?
- У меня подруга вчера вечером вернулась из отпуска, ее парень бросил. Надо было утешить, - я первой нахожу, что сказать и отвести от нас подозрения.
- Понятно. Ренат, у тебя, что по плану? Вы все прошли?
- Норматив в двадцать семь секунд не сдан.
- Ларис, иди тренируйся, надо закрыть этот вопрос.
- Поняла.
Оставляю их и иду в раздевалку.
Снова пробую. Мои тридцать с чем-то сегодня превращаются в сорок пять.
- Да что за идиотский рукав! И перчатка эта.
Аааа…
Сажусь на стул и выдыхаю. Сил нет, спать хочется так, что даже кофе не помогает. Снимаю одежду. Может, попробовать поподтягиваться, спорт должен взбодрить.
Подпрыгиваю и подтягиваюсь на перекладине. Раз, два…. три… сил в руках вообще нет. Я же восемь делала.
А сегодня что…
Четыре… еле-еле.
Дверь приоткрывается, в тренажерку заглядывает Воронов. Его ещё не хватало.
Ещё раз подтягиваюсь.
Он заходит, прикрывает за собой дверь и идет в мою сторону.
Ещё раз подтягиваюсь и собираюсь спрыгивать, как он подхватывает меня за бедра и приподнимает, чтобы обхватила его за талию.
- Ты что делаешь?
- Боишься?
- Чего боюсь? - кошусь на дверь. В любой момент кто-то может зайти. А я тут то ли на турнике вишу, то ли на нем.
Руками перехватываю перекладину.
- Что все узнают.
- Ничего я не боюсь.
- Да ладно. Взрослые люди могут делать то, что хотят.
- Но есть правила.
- Да, есть правила, - соглашается со мной и тянет меня, заставляя отпустить наконец перекладину и обнять его, чтобы не упала.
А мне другое спокойствия не дает.
- Ты был у бывшей жены или нет?
Глава 48
Ловлю себя на том, что смотрю на него слишком долго.
- Был, куда от неё денешься?! У нас ребёнок.
Идет вперед со мной, пока я не упираюсь спиной в стену и зажимает, целуя в этом пропахшем резиной спортзале.
Быстро. Напористо. Глубоко.
Как будто даже скучал.
И в этот момент по части разносится вой сирены.
Как по команде отпускает меня и отстраняется.
- Поехали.
В машине сажусь позади Рената. Смотрю, как он заводит машину, как проверяет приборы. Случайно или нет, но ловит мой взгляд в зеркале. Ничего не говорит, будто просто проверяет, что я тут и все в порядке.
Я тут.
Нам бы с ним за актерскую игру и конспирацию по премии дать. Про нас уже все забывают. Иван Андреевич рассказывает что-то про локализацию пожара. Что будут делать.
Мне все равно проявлять инициативу нельзя, буду делать, что говорят. Хотя я могла бы уже что-то тушить сама.
Дым уже видно издалека. Машинами заставлено все, не проехать.
Как будто сложно отогнать! Видят же, что пожар и кто-то приедет его тушить. Ренат проезжает по газону. Теснится между автомобилем и мусоркой. Очень, конечно, впритирку, никого не задевая.
