на нее. Их борьба продолжалось недолго, потому что раздался выстрел: моя девушка замерла, а потом отшатнулась и медленно осела на пол, хватаясь руками за живот, на котором сквозь одежду проступило алое пятно.
В этот момент произошло две вещи: я бросился к Полине, а подскочившие в эту секунду сотрудники ДПС на ненормальную с пистолетом. Я не видел, что происходило за моей спиной, лишь слышал истеричные крики женщины, а все мое внимание было приковано к стремительно бледнеющему лицу любимой.
— Держись, малыш, — я стал зажимать ее рану рукой, параллельно доставая из кармана телефон и набирая номер скорой. — Потерпи чуть-чуть…
Скорую дожидаться не стали, потому что глупая женщина на телефоне сказала, что все машины на вызове, поэтому пока один сотрудник ДПС остался стеречь связанную дуру с пистолетом, мы с другим повезли Полину в больницу, благо что недалеко было, да и лифт оказался просто заблокирован на нашем этаже, скорее всего этой же сукой с пистолетом.
— Мы скоро приедем, потерпи чуть-чуть, — я успокаивал не только ее, но и себя. — Тебе обязательно помогут, только не засыпай!
Девушка молчала.
Глаза закрылись, губы посинели, дыхание было прерывистым, и из горла порой вырывался болезненный стон. Она умирала, и я умирал вместе с ней.
Эпилог
— Дим, ну не мельтеши! Со мной все хорошо! — бормочу, наблюдая за тем, как мужчина носится по комнате, собирая подушки. — Мне комфортно, тепло и есть я не хочу!
Сегодня, спустя две недели после жутких событий меня наконец-то выписали. К счастью, ранение оказалось не серьезным, зато серьезной оказалась забота Жукова.
— Уверена? — недоверчиво покосился. — Может еще подушку?
Отрицательно мотаю головой.
— Не надо. Лучше просто посиди со мной рядом.
Мужчина вздохнул бросил подушки и сел. Взгляд у него был напряженный, недоверчивый.
— Мне на работу нужно, — говорит. — Придется тебя оставить ненадолго.
— Прекрати! — хмурюсь. — Поезжай спокойно. Все со мной будет хорошо.
— Ага, — фыркает, — хорошо. Я все-таки поищу бабку-знахарку, чтобы она с тебя порчу сняла. Я более бедового человека, чем ты не знаю.
Глаза закатываю.
— Так сложились обстоятельства, — пытаюсь успокоить. — Леня ушел, Анжелика под следствием. Мне больше ничего не угрожает.
— Очень на это надеюсь, — бурчит, а потом наклоняется и целует в щеку. — Звони, если что. Я постараюсь управиться как можно скорее.
— Ладно, — киваю. — Обещаю.
Нехотя, но Дима все же уходит.
Задушит меня когда-нибудь своей заботой!
Анжелика и правда находится в СИЗО, идет следствие. Где ее сын я не знаю. Все думаю, а как быя́поступила на ее месте и понимаю, что не так. Эта женщина безумна. Надеюсь, мы с ней больше никогда не встретимся.
Я пытаюсь начать жить с чистого листа: без оглядки на прошлое, поверить в любовь. Мне очень повезло, что я встретила Диму. Даже не знаю, что было бы со мной, если бы не его помощь и поддержка.
Пришедшее сообщение отвлекает меня от мыслей, и я тянусь за телефоном, держать за раненый живот.
Дима: «Хинкали купить на ужин?»
Улыбаюсь и набираю ответ:
Вы: «Давай! Хочу их, наконец, попробовать))».
