Сандра Браун - Буря в Эдеме

Ян глубоко вздохнул и прижался к ней всем телом, которое уже давно тосковало по ней и жаждало любви. Она все прекрасно понимала, ощущая его упругую мужскую плоть.

— Шей, Шей, — бормотал он, теряя над собой контроль, — я хочу тебя, хочу тебя.

Шей осторожно приподняла бедра, упираясь в его упругое тело. Соски ее груди набухли, как весенние почки, и жаждали разрядки. Они были такими тугими, что, казалось, вот-вот прорвут тонкую ткань свитера. Он безумно целовал их через свитер, будто желая прокусить его насквозь. Его тело совершало бесконтрольные судорожные движения вверх и вниз. Она, повинуясь природному инстинкту, стала также ритмично покачивать бедрами.

— Да, Ян, пожалуйста, — прошептала она судорожно, не слыша собственного голоса. — Ян, пожалуйста.

В этот момент он замер и расслабил руки. Через секунду он уже был на ногах, упершись руками в каминную полку и положив на них голову.

Она вскочила с пола, как сжатая пружина. Ее лицо покрылось красными пятнами гнева и разочарования одновременно. Шей опустила голову, стараясь взять себя в руки, но из этого ничего не вышло.

— Ты.., ты негодяй. Ничтожество! — закричала она, не справившись с приступом гнева. — Убирайся отсюда! Больше этого не будет, слышишь меня! Это случилось последний раз.

Ян резко повернулся к ней и навис над ней, как скала.

— Шей, послушай. Ты…

— Нет, это ты послушай меня, — прервала она его. — Я женщина. Живая женщина. И мне нравится быть живым существом из плоти и крови. Я не хочу быть такой бессердечной и хладнокровной, как ты.

— Шей, я очень хорошо знаю, что ты живая женщина… — Он что-то хотел добавить, но она не дала ему такой возможности.

— Если у тебя плотская любовь вызывает такое отвращение, если я не совсем подхожу для тебя, если я тебя не устраиваю…

Ян быстро опустился на колени, схватил Шей за плечи и сильно тряхнул. Затем он поднял ее на ноги и повернул к себе лицом. Его глаза стали жесткими и беспощадными, а лицо покрылось тенью.

— Не говори…

— Нет, я скажу все, что я о тебе думаю.

— Шей, послушай меня.

— Нет! С меня достаточно…

— Я же люблю тебя, черт возьми! — закричал он во весь голос.

Эти слова поразили ее как удар молнии. Его внезапная ярость, проклятие, которых она никогда раньше от него не слышала, заставили ее замереть на месте и вытаращить глаза. Но больше всего ее поразило не это, а его последняя фраза. Несколько секунд она стояла молча, не в силах произнести ни слова. Этого было вполне достаточно, чтобы он немного успокоился и решился сказать ей самое главное:

— Шей, выходи за меня замуж.

Если бы он сейчас признался, что является законченным наркоманом, туалетным извращенцем или даже жестоким убийцей, она была бы меньше ошарашена. Она стояла молча, вытаращив на него глаза, в которых застыли недоверие и шок, и невольно раскрыв рот. Глаза Яна были настолько чистыми, что она могла видеть в них собственное отражение.

Когда до нее дошел смысл сказанных им слов, все ее слезы, которые накопились за это время, прорвались наружу. Шей склонила голову и зарыдала.

— Шей, что… Почему ты плачешь?

Она отбросила его руку и стала выкрикивать в его адрес ругательства, совершенно позабыв о его предупреждении. При этом она размахивала руками и пыталась ударить его.

— Черт бы тебя побрал! Будь ты проклят! Ты бессердечный чурбан! Слышишь меня, преподобный отец? Бессердечный и жестокий!

Слезы бесконечным ручьем стекали по ее лицу, а она все била и била его своими маленькими кулачками. Ян стоял неподвижно, не предпринимая попыток защитить себя. Наконец она выдохлась и повалилась на него.

— Клянусь, что я сказал это вовсе не для того, чтобы добиться от тебя сексуальных уступок. — Он сжал ее лицо руками и приподнял, чтобы заглянуть в ее глаза. — Если бы я этого хотел, — он грустно улыбнулся, — я бы не ждал так долго, чтобы сказать тебе пару романтических слов.

Она проглотила горьковатый комок, сжимавший ей горло, и посмотрела на него:

— Почему ты сказал, что любишь меня? Почему ты предложил мне выйти за тебя замуж?

— Потому что я действительно люблю тебя и больше всего на свете хочу, чтобы ты стала моей женой.

Шей снова заплакала, отодвинулась от него и встала.

— Это невозможно! И ты прекрасно знаешь об этом. Почему ты так со мной поступаешь?

Ян тоже встал и обхватил ее сзади за плечи.

— Шей, — сказал он тихо, — ты любишь меня?

Рыдания внезапно прекратились, хотя слезы все еще текли по ее щекам. Она медленно повернулась к нему и посмотрела на него заплаканными глазами:

— Да. — Когда Шей произнесла это слово, ее губы заметно дрожали, дрожали и ее руки, когда она подняла их и положила ему на плечи. Наклонив голову, она прижалась мокрой щекой к его груди. — Да, да, да, — повторила она несколько раз, как бы желая доказать ему, что это именно так. — Это безумие, сумасшествие, но я действительно люблю тебя, хотя я очень не хотела, чтобы это случилось. — Она с грустью посмотрела ему в глаза. — У нас нет никакой надежды, Ян. Это невозможно.

Он снова прижал ее голову к своей груди и крепко обнял. Его губы слегка коснулись ее волос.

— Нет, ты ошибаешься. Все возможно. Это в наших руках.

— Но ведь ты остаешься самим собой, а я есть такая, какая я есть, и…

— Это прекрасный комплимент нам обоим.

— Я не смогу быть женой пастора.

— Почему ты уверена в этом? Ты же никогда не была женой пастора. Мы очень хорошо провели этот уик-энд, и ты сама сказала, что тебе понравилось.

— Выходные — это далеко не вся жизнь, Ян.

— Но мы ведь можем всю жизнь прожить так, как провели этот уик-энд. Шей.

— Да, и все это время ты не сможешь отделаться от меня. Я импульсивна, порывиста, упряма, непочтительна. Я люблю яркую жизнь, не ограниченную строгими правилами. У меня только одно приличное платье, в котором я могу пойти в церковь. Ты видел меня сегодня в нем.

Ян весело рассмеялся, раскачивая ее взад и вперед:

— Когда женщина начинает волноваться по поводу того, что она наденет, то это означает, что она уже почти согласна. — Он сделал шаг назад и посмотрел ей в глаза. — Шей, я счастлив, что у меня есть моя работа, но моя личная жизнь безрадостна. Понимаешь меня? Я уже давно заметил, что становлюсь степенным, уравновешенным человеком. Ты ворвалась в мою жизнь, как природная стихия, как мощное землетрясение, и перевернула все вверх дном. Это была хорошая встряска для меня. Ты дала мне такой прилив энергии, о котором я даже не мог мечтать. Но я стал ненавидеть свои обязанности, свою церковь, так как мне показалось, что она отнимает у меня слишком много сил и времени. Я всегда был занят, но рядом со мной не было человека, который был бы со мной после работы, украсил мою одинокую жизнь. Я знаю, ты не будешь помехой в моей работе. Ты просто будешь другим измерением моей жизни. Ты поможешь установить определенный баланс в моей жизни, в котором я так нуждаюсь. Ты уже заполнила мое сердце, но мне этого мало, Шей. Я хочу, чтобы ты заполнила всю мою жизнь. Я хочу, чтобы ты была всегда рядом со мной, и не только в жизни, но и в постели.