мы оформляли только на меня?
— Да, — кивает, подтверждая.
— Так вот, если эта мадам попросит документы касательно работы клубов, не давай все сразу, выдавай порциями. Я же, прометнусь по городам и быстренько продам их. Уверен, что покупатели найдутся быстро. У тебя же на домашнем компе открыт доступ к программе «Бухгалтерия», — она опять кивает, — ты же сможешь из дома увидеть движение по счетам и перекинуть деньги на оффшорный счет?
— Легко, — Рая уже в предвкушении условного приключения.
— Только не надо мнить себя героиней криминального чтива. Если нас поймаю за руку, по головке не погладят. Аида Романовна, как партнер, имеет право на долю от продажи — это если по-честному, но она слишком мало сделала для нашей фирмы, поэтому ее доля ровна нулю. Я лучше эти деньги поделю с Петром…
— Не надо, он их профукает, — с горечью говорит Раиса.
— Что не надо, сам не хочу… Ладно, давай, иди работай и подумай над тем, какой вид деятельности нам по плечу, откроем новую фирму со старыми сотрудниками, оставив за ботом ненужный балласт. Сейчас соберу документы и завтра с утра поеду в ближайший развлекательный комплекс. Если эта, — указываю подбородком на дверь, — будет спрашивать, говори, что у меня отпуск по семейным обстоятельствам за свой счет.
— Она мне сразу не понравилась, — шипит Рая, — засланная?
— Ага. Надо подумать, чем крыть, если нас накроют, — говорю уже больше себе, чем Раисе. — Иди, — махнув рукой, принимаюсь разбирать документы.
Быстро сортирую документы по пяти развлекательным комплексам в той последовательности, в которой буду посещать, а желательно и продавать.
— Так, начнем с самого дальнего и самого дорого, — разговариваю сам с собой, складывая ненужные документы по оставшимся девяти снова в сейф.
— Поделишься планами? — аж дернулся от неожиданности.
— Черт, Аида Романовна, запомните, все входят в мой кабинет предварительно постучав и получив разрешение. Также можно заикой стать.
— Я не думала, что стала такой страшной, что, увидев меня, взрослый мужик вздрогнет, — с ухмылкой говорит эта кобра. Где моя милая и добрая Асенька, вот бы обнять ее… а не смотреть на эту акулу. — Кстати, на Петра тоже распространялось это правило?
— Никому поблажек не делаю. Правила, на то и правила, чтобы быть правилами. Не люблю, когда подбираются незаметно… И да, исключений из правил нет!
— Какой ты… принципиальный, жесткий, и совсем не дружелюбный, — надувает губки уточкой. Надеюсь, она не думает, что на меня подействуют эти псевдосексуальные уловки? Я раскусил все эти девчачьи выкрутасы и способы манипуляции еще в первом Б.
— Спешу расстроить тебя, в пятидесятипроцентную долю не входит все вышеперечисленное, партнер, — пытаюсь хотя бы улыбнуться дружелюбно, но уверен, что ни хрена у меня не получается.
— Это все потому, что я девушка? Был бы мужчина, ты вел бы себя с ним по-другому?
— Пф… с чего такие выводы, — принимаюсь перекладывать на столе бумажки, с одной стороны, в другую, показывая, что я страшно занят. Может поймет и свалит? Нет, не уходит, а подходит еще ближе. Ну неееттт… только не подходи ко мне так близко. Стала прямо над душой, еще и жопой о стол оперлась, — у меня в организации, точнее уже у нас, демократия… Никто ничьи права не нарушает и сексизма нет.
— А, я поняла, все из-за твоей жены, — прикусывает губу и хитро прищуривается, словно разгадала самую страшную мою тайну.
— Здрасьте, забор покрасьте, почему ты пытаешься все мои загоны списать на ее состояние?
— Ну как же? Ты остерегаешься красивых и умных женщин, боишься, что твой неудачный семейный опыт может повториться. Уверяю тебя, с каждой новой девушкой все будет иначе, не проецируй…
— Я снова сомневаюсь в твоем образовании, может все-таки соврала, и на самом деле мозгоправ или мозгоеб со стажем? А на счет «красивой и умной», не льсти себе, детка.
— Признайся, у тебя кто-то есть? Не может такой мужик быть полтора года один.
— Аида Романовна, вам не кажется, что вы задаете неуместный вопрос человеку, с которым знакомы, — вскидываю руку и смотрю на часы, — два часа шестнадцать минут рабочего времени? Может пора пойти поработать? А то я смотрю, что толку от тебя, как от Петра в последнее время, никакого.
Наконец-то она отрывает свою пятую точку от моего стола и отходит к двери.
— Не переживайте, Тимур Олегович, толк от меня будет, — открывает дверь и выходит.
— Чертова кукла, прицепилась же, — бурчу себе под нос и складываю отобранные мною документы в кожаный портфель.
Остаток рабочего дня мы с Аидой не пересекались.
Вернувшись вечером домой, решил пораньше лечь спать, чтобы уже к двенадцати часам быть в другом городе. Операция «Продай втихаря пять клубов» пошла в работу.
Всю дорогу до города О. лил дождь. Хотел позвонить Асе, но реально не мог отвлечься от дороги. Как назло, трасса была забита, словно все в один момент решили поехать туда, куда и мне надо.
Несмотря на то, что я выспался и был в нормальном расположении духа, зашел в клуб уже злой и дерганный.
— Привет, — говорю охраннику на входе, — директор у себя? — Я вижу его впервые, неужто сменили охрану?
— А вы кто, — не очень любезно интересуется он.
— НикТО, хозяин этого комплекса. И если ты не поторопишься с ответом, то это будет твой последний рабочий день, — мой агрессивный настрой застает его врасплох.
— Да, только недавно приехал, вас проводить?
— Я знаю дорогу.
Прохожу по длинному коридору, поднимаюсь на второй этаж и открываю последнюю дверь в конце.
— Привет, Макс, — за столом сидит бугай. Хоть он и выглядит как качок бодибилдер, башка у него варит, что надо.
— Оу, неожиданно. К нам приехал НикТО или Тимур Олегович? — а разница в том, что НикТО приезжает тогда, когда вздумается, и роется в документации от первички до отчетов, выявляя финансовые несостыковки. А Тимур Олегович — душка, приезжает отдыхать и общаться с нужными людьми.
— Сегодня приехал хозяин… который желает продать…
— Что-то случилось? — на его лице читается обеспокоенность.
Вкратце обрисовываю ему ситуацию, рассказывая о долгах Петра и новом партнере.
— Так что, мы выходим из общей системы?
— Система останется, в том или ином виде, но уже без меня. Скажу тебе правду, я устал от этой суеты, цифр, бизнеса… Сеть слишком обширная, и бегать по городам у меня уже нет сил. Ты сам прекрасно понимаешь, что налаженная махина будет работать и без меня, а тем более Петра. Если оставите мои принципы работы, то все будет так, как и было. Тем более у вас тут вообще рай, все работает, как швейцарские часы.
