Не гневите ведьму - Майя Марук

— Она была бы чудесной леди. — Горько вздохнул Матэо, глядя на дракончика.

— Матэо, почему после смерти остался призрак дракона, а не ребенка?

— Это сложно объяснить. — Призрак тоже сел на кровать. — Драконы приходят к своим носителям раньше, чем эмбрион успевает сформироваться и стать похожим на ребенка. Сначала дух как бы присматривает за своим телом. Знакомиться с будущим носителем. Создает с ним неразрывную связь. И только после рождения младенца происходит полное слияние душ. Человек Янни умер. А она застряла в родовом замке Брам. Мы не знаем пока, как отправить ее в круг перерождения. Возможно, когда ты будешь носить в своем животе дочь, именно Янни станет ее драконом.

Я ничего не ответила. Мысли о ребенке меня как о таковом, меня не пугали. А вот мысли о потенциальном отце, очень даже. Уже сотый раз я перемешивала в своей голове пасьянс из лордов и каждый раз понимала, что ни от одного из них рожать не хочу. И в то же время не понимаю, как решить вопрос с богиней. То, что условия рыжей стервы придется выполнить, было очевидно. Но как их выполнить, не навредив себе, оставалось загадкой.

— Ты, правда, думаешь, что леди Карэну убили? — Неожиданно спросил Матэо.

— Почему ты так решил?

— Ты боишься, что тебя отравят.

— Я знаю, что Карэну убили. Я видела, кто это сделал.

Матэо мои слова не удивили. Только расстроили. Он сложил коротенькие ручки на круглом животе и задумчиво произнес:

— Когда братья порвали связь с истинными, мы тоже перестали их чувствовать. Поэтому никто не видел их смертей.

— Я видела. Прачка, ключница, Радари, Карэна. Он соблазнял прислугу, заставлял убить леди, а потом убивал свидетелей.

— Он? Значит, ты его видела?

— Нет. Не видела. Я вижу все, кроме убийцы. Каждый раз он остается невидимкой. Ни имени, ни голоса, ни запаха. Может, это связано с тем, что я не контролирую эту силу? Как думаешь? Если сосредоточиться и специально попробовать вернуться в тот момент…

— Нет. Не думаю. — Матэо почесал подбородок. — Видящие видят или все, или ничего.

— Видящие видят только то, что показывает им память умершего. — Из шкафа вылетела Селена. — Это же все знают! Я не помешала? Какой у Вали красивый бантик! Первый раз вижу такую очаровательную козу. Если бы знала, что они такие умные, никогда бы не стала есть козлятину.

— Беее!

— Что ты сказала?

— Что никогда бы не стала есть козлятину.

— Беее!

— Нет. Я про другое. — Махнула головой, чувствуя что вот-вот получу ответ хотя бы на один вопрос. — Что ты сказала про память?

— Ты видишь только то, что помнили умершие. Ты разве не знаешь, по «Память»?

— Нет.

— Ну как же! — Возмутилась Селена и села рядом с мужем. — Предметы хранят воспоминания умерших. Замок просто кишит этими воспоминаниями. Если ты зайдешь в спальню Ирви, то наверняка узнаешь историю ее первой любви или чего-нибудь такого. Поэтому после смерти мы запечатываем наши комнаты на сотни лет. Чтобы наши воспоминания не стали достоянием общества.

— Подожди. Ты хочешь сказать, что все мои видения, это как бы чужая память?

— Если не вникать в детали, то да. Там много нюансов, но я всех не знаю.

— Тогда почему я не вижу убийцу, если погибшие его видели.

— Ну это же элементарно! Они его не видели!

— Не поняла. Как не видели? С ним как минимум трое сексом занимались.

— Это древнее заклинание «Слепых глаз».

— Милая, я росла в другом мире. У нас нет заклинаний.

— И как вы там выживали? Тебе очень повезло попасть к нам!

— Очень повезло. — Кивнула. — Так что за заклинание?

— Это когда ты как будто знаешь кого-то, но когда его нет рядом, не можешь вспомнить его. Ни лица, ни имени, ни голоса. Он как бы есть, и как бы нет. Это заклинание изобрели сотни лет назад наемные убийцы для встречи с заказчиками. Заказчик спокойно встречался с наемником, платил ему деньги или оставлял заказ, а когда нужно было вспомнить личность убийцы, ничего не получалось. А еще его не помнили жертвы. И когда следопыты подключали к поиску Видящих, а это было еще до войны, мне бабушка рассказывала, то ведьмы видели только как совершается убийство. И никогда не видели кто его совершает.

— Значит, теоритически, нашим убийцей может быть кто угодно, от плотника до Наридама?

— Кто угодно. — Подтвердила мои мысли Селена.

Призраки замолчали. Я откинулась на подушку и закрыла глаза. Мысли лениво перекатывались от одного дракона к другому. Мысль о том, что с кем-то из этих мужчин нужно будет разделить постель, а может и не один раз — пугала. Пугала на уровне не сознания, а инстинктов. И страх этот был таким сильным, что даже генерал Карта начинал казаться не таким ужасным как сутки назад. С этими мыслями я и провалилась в тягучую тьму. Чтобы проснуться в совсем другом месте.

Видение Карэны

Я снова стояла где-то в коридорах старого замка. В этот раз помещение было холодным и тесным, всего пять шагов в ширину. Только через пару секунд я поняла, что слева от меня лестница, ведущая наверх, напротив узкое, словно бойница, окошко. Точнее, щель. Ни окон, ни ставен не было. Я потопталась на месте с полминуты, решая, что делать: остаться здесь или подняться.

Идти одной было страшно. Очень страшно. Я уже знала, свидетелем какой трагедии стану через несколько минут. Леди Зарами, жена Атэя Брама умерла, упав с лестницы, ведущей на одну из смотровых башен.

Сделала несколько глубоких вдохов, напомнила себе о том, что это только чужие воспоминания и пошла наверх. Если я это вижу, значит, зачем-то мне нужно это знать. Каменная лестница была крутой и скользкой. Тысячи драконьих сапог до блеска отшлифовали серые камни. Поскользнуться и сломать себе шею ничего не стоило. Шла долго. Казалось, что башня уходит куда-то в небо. Только минут через десять я услышала бархатистый женский голос.

— Ты не такой, как твой брат. — Сказала леди.

Я поднялась на последнюю ступеньку. Тяжелая низкая дверь была приоткрыта. Я побоялась войти внутрь комнаты, осталась подслушивать снаружи. Леди стояла возле кривого арочного окна. Луна освещала красивый профиль драконицы. Она напоминала изящную статуэтку: тонкая фигура, длинные кудрявые волосы, ровный нос, гордый подбородок. Она стояла боком с вытянутыми руками. Как будто протягивала ладони призраку.