длится без малого полжизни. Думаете, одно ваше мнение хоть что-то в ней изменит? Задача Аугуса — не дать мне сбежать, а моя цель — освободиться от оков. Вы совершенно неправильно поняли его слова о моей святой чистоте. Ему не нужен факт измены, ему нужны доказательства того, что я давно уже принадлежу ему вся, без остатка. Так что не забивайте себе голову лишними думами. До настоящей аристократии, коей является и принц, вам еще столько шишек предстоит набить, что замучаетесь все вспоминать.
— Вы настолько отвратительны, — выдавил мужчина. — Не стоит приписывать принцу то, чего нет. Его высочество никогда в жизни не опустился бы до грязного мерзкого трюка. Его верность родине и своему народу поражает всех. Великодушие и гордость незыблемы. Авторитет в армии и перед простым народом непоколебим. Он всех считает равными. И только вы, аристократы, кичитесь своим именем и изжившим себя родом. Как только он получит в свои руки власть, так сразу же прикажет перевешать весь ваш орден. Начав с вас, той, кто не ценит и не понимает, какая великая честь выпала жалкой замухрышке из каких-то герцогинь полудохлых. Повесит вас и женится на моей прекрасной доченьке, не зря же на нее даже один из ваших недобитых зарился. Так что на вашей могиле я с удовольствием и станцую, и прокляну покой вашей убогой души.
— Не зарекайтесь, — рассмеялась я. — Каждому судьба уготовала свое и воздаст по заслугам за все содеянное. И мне, и вам, и всем на свете. Так что встретимся в чистилище.
Отвечать мне он посчитал за оскорбление. Так молча мы дальше и шли. Я вновь сделала расфокусированный взгляд и притворилась куклой, которую почтенно несут на руках в дар королеве. Не хватало только перед остальными выйти из роли и продемонстрировать свою полную адекватность. Если хоть кто-то попытается докопаться до правды, я не завидую ему. Слишком большие ставки на кону, чтобы проиграть из-за самоуправства ненужной пешки. Зная Аугуса, я могла с уверенностью сказать, что он сам лично снесет ему голову и скажет, что отец семейства погиб, защищая его.
Игры придворных — это очень сложная штука, которую еще надо попробовать постичь. Так просто, зайдя с улицы и присев за стол, выиграть первую партию нельзя. Если же вам это удалось, то считайте себя трупом. Вас просто используют в своих целях те, кто плетет кружево интриг и держится в тени от стола. Возможно, вам так и не удастся понять, против кого вы, вообще, играли. Настолько коварны и опасны настоящие стены реального дворца. Тут фальши и предательства в миллион раз больше, чем искренности и любви. Последнему, мне кажется, вовсе нет места.
Заметив краем глаза экипаж, я совсем расслабилась, превращаясь в некое подобие безмозглого ребенка, которому нет еще и года от роду. Именно такого поведения от меня и ждали. Как бы пешка принца не пыхтел, но сесть со мной в одну карету ему не позволит статус и военная форма. Герцогинь, по правилам государства, может сопровождать лишь граф или родной отец. На крайний случай, человек, у которого при низком титуле имеется грандиозная заслуга перед страной. Кто-то наподобие нашего виконта запросто мог ехать рядом, а вот капитан отряда по борьбе с преступлениями против короны не подходил под эти правила.
Потому он может продолжать скрипеть зубами и строить кислые мины. Надеждам опозорить меня не суждено сбыться. Пригласи я его сама сопровождать меня в поездке, видимый этикет допустил бы наше пребывание в одном замкнутом пространстве. Но с учетом того, что я немного нездорова в глазах остальных, такому не бывать. Просьба слуг о моем сопровождении носит официальный характер, а значит, защита должна производиться снаружи кареты, но не внутри.
Итак, теперь осталось дождаться момента, когда дверца захлопнется и я смогу расслабиться. Надеюсь, за эти полтора часа больше не произойдет ничего из ряда вон выходящего. Иначе и вправду завтра найдут в подвалах мой хладный труп.
Пророчество, конечно, хорошо, но нрав Аугуса не потерпит вмешательства в его идеальные планы. А я и так сильно по ним потопталась и немного переделала под себя. Если наслежу еще больше, его инфаркт на свадьбе хватит. Стоило придержать коней и не показывать все козыри одновременно. Медленно растягивая удовольствие, нужно доставать по одному из пышного рукава. Тяжелый камешек украшения неприятно шлепнул по лбу, и я вышла из транса раздумий, как раз вовремя, к самой кульминации разговора.
— Вы не можете сесть в одну карету с герцогиней, — объяснял кто-то из подчиненных своему командиру. — Мы сопровождаем знатную леди на бал, и по правилам столичного этикета с ней могу ехать либо я как второй наследник герцога ля Щарах, либо кто-то из близнецов ля Вильт. Простите мою дерзость, но нас всех отправят на ночь в тюрьму, если королева узнает, что мы посмели опозорить невесту перед свадьбой, тем более пребывающую в плачевном состоянии. Позвольте мне ее сопровождать. Я клянусь, что не спущу с нее глаз и не позволю совершить необдуманный поступок.
— Что за идиотские правила вы мне тут рассказываете? — едва не орал на подчиненных командир.
— Простите, — вмешался низкий баритон, — но так заведено еще с основания империи и указано в правилах дворян, которые каждый подписывает перед получением титула. Если вы доверяете этому молодому человеку, то пусть лучше он едет с госпожой. Я отправлю сообщение барону де Маригас, что один из его племянников сопровождает миледи. Его Высочество также будет об этом оповещен. Думаю, все должно быть в порядке. Если что, скажете, личный маг покойной леди Диктории поставил на карету печать сохранности. Даже придворные маги тогда не найдут, к чему придраться в ваших действиях. Прошу простить недостойных слуг этого дома за доставленные вам неудобства. Мы никоим образом не хотели нанести вам оскорбления и выставить не в лучшем свете, но вы по статусу не имеете права сопровождать нашу хозяйку. Еще раз приношу свои извинения за столь недопустимые и грубые слова в ваш адрес, милорд.
— Ладгаст, отвечаешь за нее, — сверкнул глазами командир отряда и небрежно скинул меня на руки едва не крякнувшему от моей тяжести парню.
Меня осторожно усадили в экипаж, стараясь лишний раз не тревожить. Я даже удивилась, когда парень не последовал за мной, а остался снаружи, тихо о чем-то переговариваясь с магом, который уже пару столетий работал на род де Шаларгу. Это выглядело ужасно подозрительно. Второй сын герцога слишком хорошо осведомлен о моветоне. Обычно новые дворяне и не думают забивать себе этим голову.
