разные стороны. Ему бы в парикмахерскую или на крайний случай голову помыть и расчесать. Загрузив стрелялку, убавляет звук. Рубится там не на жизнь, а на смерть. Я искоса наблюдаю за тем, как меняется и оживает его лицо. С людьми он сух и закрыт, а тут прям каждая мимическая морщинка оживает. Вот это метаморфозы. Пока я слежу за ним, Виктор следит за мной.
- На Давида не клинься, он сам злится на Князя, - видимо, устав от тишины, заговаривает он. Не зная, как реагировать на слова Виктора, молчу и слушаю. - Думаешь, он рад, что так получилось? Поверь, нет, - продолжает он, не отвлекаясь от игры. - Бизнес специфический, и в нем свои правила. Пошлет на хрен Князя, он за собой половину элиты перетянет в другое агентство. Конкуренция нехилая. На таких, как Князь, держится бизнес. Ежедневно устраивая вечеринки, он регулярно заказывает девок. И на этих вечеринках наши олигархи и политики отрываются так, как не могут оторваться где-нибудь в другом месте. Этот урод знает толк в развлечениях, знает, как вытащить наружу темное мужское нутро, - с пренебрежением о Князе говорит Виктор. - Он многих держит на крючке, - сообщает то ли случайно, то ли специально закидывает удочку, подозревая, что я не та, за кого себя выдаю. Удочку я увидела, но крючок все равно заглотила. Это может быть то, что мы ищем.
- Давида тоже держит на крючке? - интересуюсь я. Замираю в ожидании ответа.
- Давида вроде нет, - ведет плечами. Его ответ заставляет насторожиться, Виктор будто приоткрывает мне завесу, к которой раньше я не имела права даже приближаться. В чем подвох? - Но он со мной не всеми проблемами делится, - добавляет он, резко переходит на мат, потому что в игре его убили. Уверена, в реальной жизни меньше бы нервничал из-за ранения. Мужики! Правильно говорят, до сорока пяти лет ребёнок, до семидесяти - подросток, а там старческий маразм не за горами.
- Другие агентства ведь отказались сотрудничать с Князем, - ставя им в укор, продолжаю прощупывать почву.
- И где сейчас эти агентства? - вскидывает на меня тяжелый взгляд Виктор. - Кто-то остался на плаву, кто-то закрылся. У Давида в Москве только Лунков конкурент, остальных вытеснил, и Князь в этом сыграл не последнюю роль, - чем больше Виктор нахваливает этого урода, тем сильнее я того ненавижу. До зуда под кожей. - Давид держит марку, к нему идут молодые, чистые девочки, потому что у нас хватает богатых клиентов. Князь - мразь, но, к сожалению, мы от таких мразей зависим. Сама должна понимать, если реально в этой сфере работала, - вскидывает на меня говорящий взгляд. Всё-таки подозревает…
По коже бежит морозец, внутри битумом разливается паника, внешне оставаясь спокойной, гашу ее с помощью дыхательной техники.
- Работала, но у нас таких Князей не было, - смотрю открыто в лицо Виктора. Все тело спокойно, ни одной посторонней реакции, с помощью которой можно было бы прочитать мое волнение. - Всякое было, но такого треша, как здесь, я никогда не видела, - на мои последние слова Виктор кивает, будто сделал для себя какие-то выводы. Какое-то время сидим в тишине, каждый занимается своим делом. Не люблю симуляторы стрельбы, потому что в жизни все по-другому, но сейчас я бы с удовольствием поменялась с Виктором местами.
- Слова Давида буквально не воспринимай, - произносит Виктор, ставя игру на паузу. Оторвавшись от своего занятия, переключаю внимание на него. - Он не станет тебя гонять на все заказы, но может отправить с девочками, которых в следующий раз отправит Князю. Ты там для того, чтобы в случае пиздеца сразу звонить мне. Но сама на конфликт не нарывайся, - предупреждает меня. - Засунь свое отношение к Князю куда поглубже, - довольно грубо говорит со мной, но я не в обиде, в этой его грубости прослеживается забота. Он с трудом терпит Князя - только потому, что надо. При других обстоятельствах, я уверена, переломал бы ему кости. - Сразу звони, поняла? - добавляя голосу строгости.
- Хорошо, - отвечаю так, чтобы только отстал.
Если наш разговор слышит мой полковник, то он приедет меня спасать раньше, чем ты, Витя, услышишь мой голос в трубке. И звонить сначала я буду ему, и не потому, что обещала, а потому что устала быть сильной, потому что хочу позволить себе быть просто девочкой, о которой заботятся, которую оберегают, защищают и любят. Вот такие планы у меня на ближайшие.… пятьдесят лет.
Удовлетворившись моим ответом, Виктор идет в соседнюю комнату досыпать, а я возвращаюсь к прерванному занятию. В голове каша из кличек, фамилий, имен, но мне удается включить свой профессионализм, и к вечеру в голове выстраивается что-то вроде таблицы, в которой я мысленно структурировала всю кухню эскорт-бизнеса.
Параллельно с этим я начала самостоятельно принимать заказы и отправлять девочек «на задание». О том, что мне приказано их сопровождать, я благополучно забываю. К часу ночи глаза слипаются. Сегодня прям аншлаг, обычно девочек «вербуют» заранее, но нынешним вечером полно «свежих» заказов. Давид, сука, в офисе не появляется. Свалил все заказы на меня, видимо, разозлился на утренний бунт. Обидела его любимого Князя. Спасибо Виктору, координирует и помогает.
- Завтра раньше обеда меня не ждите, - бурчу я, зевая.
- Езжай домой, я все равно спать пока не собираюсь, - отпускает меня охранник, а не сутенер.
«Жду на стоянке торгового центра», - приходит от Гранова сообщение, как только я покидаю притон.
Не спорю, тут до торгового центра десять минут езды, а я уже засыпаю за рулем. Как только останавливаюсь на парковке, Гранов подходит и открывает дверь, помогает выйти из машины.
- Федя отгонит твой мерс к подъезду, - приобняв за талию, ведет к своему автомобилю. - Ужинать и спать, - озвучивает вердикт, просканировав мое уставшее лицо хмурым взглядом. Сев за руль, притягивает за затылок и мягко целует. Возражений не имею, от его нежности и заботы теплеет на душе.
Прикрыв глаза, расслабляюсь. Мне уютно в тишине салона, гоню от себя посторонние мысли, не хочу думать ни о Давиде, ни о Князе. Гранов будто чествует мое состояние, ни о чем не спрашивает, хотя я уверена: обо всем знает.
- Куда мы? - открыв глаза, удивленно оглядываюсь, понимая, что мы выезжаем за черту города.
- Домой тебя везу, - сообщает ровным
