том же ящике у меня дежурный стакан. У меня есть в кабинете бар, но в последнее время я стал держать коньяк под рукой. Нехорошая тенденция, но я надеюсь, что скоро приведу нервы в порядок. Какой-то неудачный год у меня. Как с потаскухой этой малолетней связался, так и понеслось. Мальвина легка на помине, звонит тут же.
— Эдичка, привет, — чуть не плачет в трубку.
— Я тебе не Эдичка.
— Мы вообще-то ещё женаты.
— Последние дни, Мальвина.
— Эдичка, мне очень денюжки нужны…
— Да пошла ты! — сбрасываю звонок. К счастью, Роман составил мне очень грамотный брачный договор, и я остался при деньгах.
Лена приносит кофе и с неодобрением косится на бутылку. Секретарша у меня недотрога, но я на неё никогда и не лез. Так, если только попикироваться словами. А сегодня мне прям вот надо кого-то жёстко отодрать. Облизываю взглядом её бёдра, обтянутые синими брюками. Ленка рыжая, интересно, под трусами у неё кусты золотые или чистенько? Иногда вот хочется, чтобы там волосы…
— Эдуард Владимирович, что-то не так с моими брюками? — спрашивает Лена настороженно.
Кашляю в кулак и подъезжаю на кресле поближе к столу, чтобы не спалиться с эрекцией.
— Нет, красивые брюки. Тебе очень идут.
— Спасибо. Чем-то ещё могу помочь.
Конечно, можешь! Только тебя моя просьба, ой, как удивит.
— Нет, Лена. Ко мне скоро девушка приедет… На собеседование. Пусть нас никто не беспокоит.
— Хорошо, Эдуард Владимирович.
К приезду Даши я уже нормально разогрелся коньячком.
— Раздевайся, — гостеприимно улыбаюсь, расстёгивая ремень на брюках.
— Как? Так сразу? — Даша растерянно оглядывается. — А сюда никто не войдёт?
— Нет. Давай, не ломайся.
Даша стягивает через голову облегающее красное платье и подходит к столу. Вскакиваю с кресла и озабоченным павианом сразу лезу к ней в трусы, другой рукой стягиваю кружево с груди.
— Давай, девочка, намокни для меня, — рычу ей в рот. Нагнув Дашу на столе, вгоняю ей дымящийся с утра болт, запакованный по всем правилам защиты. — На, получай, — я то долблю Дашу, то шлёпаю её по заднице, — войдя в раж, я даже не слышу как открывается за спиной дверь.
— Эдик! — вопль Мальвины звучит мне выстрелом в спину. — Ты что… Мне изменяешь?
Глава 49
Эдик
Дежа вю какое-то! Член в момент опадает. Вот так же год назад меня Люба с Мальвины сняла.
— То есть ты мне изменять можешь, согласно договору? — Мальвина входит в кабинет и прикрывает за собой дверь. Её слова звучат холостым выстрелом в спину. Рома по поводу моей верности в договоре точно ничего не писал. Выдыхаю с облегчением и, сняв презерватив, поворачиваюсь к незадавшейся жене.
— Да, девочка! Представь себе! — качаю в её сторону бёдрами. — А хочешь денег, вставай на колени и поднимай моего бойца в бой.
— Что? — выпучивает глаза Мальвина. — Я не проститутка!
— А кто ты? Ты, которая на этом столе год назад мне все свои дырки презентовала!
Даша торопливо натягивает трусы, но я выхватываю их у неё из рук.
— Ты куда собралась? Мы ещё не закончили! Стой, где стоишь.
Даша, окинув взглядом Мальвину, со скучающим видом присаживается на край моего стола. Вылитая булгаковская Гелла. Я решаю дожать бывшую любовницу.
— Я долго буду ждать или тебе не нужны деньги?
— Нужны, — лепечет Мальвина.
— Тогда выплюнь жвачку и вперёд, — тычу в себя большими пальцами. — Иначе этот банкомат не работает.
— Зачем ты так со мной? — Мальвина пытается сохранять лицо, но я уже на сто процентов уверен, что она мысленно уже берёт у меня за щеку.
— Всё! Вышла отсюда! — указываю ей на дверь. — Даша вставай…
— Мне нужно всего сто тысяч, — вступает Мальвина в торги. Мама дорогая, и я ещё на умудрился жениться на этой дешёвке. Дороговато за минет, но в качестве образцово-показательного наказания сойдёт.
— Я сказал пошла вон!
Мальвина, кусая губы, подходит ко мне и встаёт на колени.
— Ты дашь мне эти деньги?
— Не слишком ли много за простой отсос, — усмехаюсь я.
— Я… Я попала в неприятную ситуацию.
— Раздвинь ноги там, где попала. Я не готов решать твои проблемы, Мальвина. Ты мне их и так создала столько, что я до сих пор разгребаю.
— Хорошо. Я… Я сделаю всё, что ты хочешь, — Мальвина достаёт из сумки упаковку влажных салфеток и вытирает помаду.
Заманчиво, конечно, удариться во все тяжкие и отодрать сразу двух девок на рабочем столе, но разум шепчет больше не связываться с Мальвиной. Не отстанет потом. С отвращением смотрю, как она уже примеривается к моему члену, но я отталкиваю её голову, надеваю портки и возвращаюсь в своё кресло.
— Уходи!
— Что? — вскакивает Мальвина с колен. — Так ты просто поиздеваться решил? — схватив со стола бутылку с коньяком, она с размаху бьёт меня по голове.
В глазах темнеет, и я ощущаю, что лечу куда-то.
— Эдуард Владимирович, очнитесь!
— Эдик, не умирай, пожалуйста.
— Да не переживайте вы так. Он дышит, всё в порядке.
Открываю глаза и морщусь от яркого света. Я лежу на кожаном диване в своём кабинете. Даша, отпрянув от моего лица, радостно хлопает в ладоши.
— Слава Богу! Ты жив!
— Ты, правда, рада? — искренне удивляюсь я.
— Да! Я так перепугалась. Эта сумасшедшая бросила бутылку и удрала. Лена тут же прибежала, и мы перетащили тебя на диван. — Даша уже успела одеться, но неловко, если Лена застала её голой.
— Интересно, как это у вас вышло?
— Очень просто, — Лена как всегда невозмутима. Убрав пакет со льдом от моей головы, она докладывает. — Мы подкатили сюда кресло с вами, а дальше дело техники.
А она хорошенькая. Интересно, всё-таки, ходит она на эпиляцию или нет.
— Ты, Лена, смотрю совсем за меня не испугалась, — подначиваю её.
— Ну, что вы Эдуард Владимирович, — на её щеках проступает румянец. — Я очень испугалась.
Как она смотрит на меня. Похоже, правда, испугалась.
— Даша, ты можешь ехать домой, — не сводя глаз с Лены, помахивая пальцами, прогоняю Дашу. — Подумай на досуге, как ещё ты можешь вернуть ребёнка и расположение Богдана. Вечером доложишься.
Даша, понурив голову, поднимается с дивана.
— Похоже, никак. Я думала Богдан меня прибьёт сегодня.
— Иди, давай! — Жду пока за Дашей закроется дверь. — Лена, присядь рядом, пожалуйста.
Лена садится на самый краешек.
— Я скорую пока не вызывала. Это ж и полицию тогда надо… — она смолкает, когда я беру её за руку.
— Ты большая молодец, Леночка.
Она лепечет совсем уже неуверенно:
— Вас не тошнит? Голова не кружится? Давайте ещё немного компресс подержим на голове? — Лена, склоняется надо мной так,
