платье. А я тебе помогу выбрать. Правда, хоть на минуту хочу тебя видеть.
– Как не будет? А если он заподозрит?
– За дело берутся профессионалы. Не волнуйся. У нас уже есть план. Мы организуем похищение якобы с целью выкупа или шантажа. Лад, а ты не можешь вспомнить какие-нибудь детали, наводящие на незаконную деятельность отчима? Я уверен, что у него рыльце не просто в пуху, а он по уши в каких-нибудь темных делишках.
– Он со мной не делится, – Лада умолкла, словно роясь в памяти. – Возможно, это алмазы. Я слышала, как он по телефону говорил о месторождениях и о том, что в случае удачи, может быть не только посредником.
– Дюймовочка моя! Как я хочу тебя расцеловать! Ты просто умничка! Слушай, а ты уверена, что он не делает распечатки твоих звонков, – от этой мысли у меня дыхание перехватило. Мало ли? От этого человека можно ожидать чего угодно!
– До сих пор я не давала повода. А сейчас, я думаю, ему некогда отвлекаться. Он дерганый, постоянно в разъездах, а дома сидит в компьютере, по телефону постоянно звонит. А потом… пусть проверяет… Ты ж меня заберешь?
Трепетная, робкая надежда, прозвучавшая в ее голосе, заставила сердце ёкнуть и улететь куда–то вниз. Это мы тут с пацанами в казаки– разбойники собираемся играть. А я представил, каково ей жить с этим вампиром энергетическим и без дочери. Без всякого просвета и в постоянном страхе.
– Дюймовочка! У меня почти все готово. Дело за паспортами и компроматом на отчима. Хочу сказать, что целую. Но нет. Я терплю. Изо всех сил. Но когда дорвусь, тогда ты уже терпи. Ой, чуть не забыл, с чего начал. Если Омар скажет, что вы не идете на свадьбу, потому что я попал в аварию – не паникуй. Никуда я не попал. Это прикрытие. Отсоединяйся первой, а то я не могу.
– Даня…Обещаю. Я буду терпеть. Много – много. Сколько захочешь. И еще попрошу.
Она отсоединилась, а я опять почувствовал невероятное блаженство на душе.
Наводка Лады на алмазы оказалось точной. Через три дня Макс заехал ко мне в школу и, уминая восхитительные пирожки тети Маши, вывалил на меня кучу информации.
– Ты знаешь, что в Великобритании располагается штаб–квартира торгового подразделения De Beers – DTC международная корпорация, которая занимается добычей, обработкой и продажей природных алмазов, а также производством синтетических алмазов для промышленных целей. Основана в 1888 году на территории нынешней ЮАР. Рекламный слоган: «A Diamond Is Forever». Она является основным импортером алмазов в нашу страну.
– В смысле? Мы что, алмазы закупаем? А Якутия?
– Мой юный друг! А якутские на мировом рынке самые дешевые. Это обусловлено соотношением технических и ювелирных характеристик. И мы их продаем США, Китаю, ОАЭ.
– И как нам поможет эта информация?
– А так. Господин Омаров умудрился в обход De Beers найти выход на людей из Гвинеи и Сьерра–Леоне, где добываются дорогие алмазы. И ту прибыль, которую должна получить компания De Beers, он присваивает себе. Я не думаю, что он один такой умный. Наверняка, есть кто–то еще, кто захочет снимать сливки с чужой кринки молока.
Таким образом, мы оставляем записку с примерным содержанием «Мистер Омаров! Вам удалось обмануть корпорацию, но Вы не учли конъюнктуру рынка, поэтому настоятельно рекомендуем передать нам все контакты поставщиков и исчезнуть с алмазного рынка насовсем. Тогда мы возвращаем жену и дочь, а Вы еще выплачиваете компенсацию за моральный ущерб. Надеемся на понимание того факта, что полиция не должна знать о наших разногласиях. Разумеется, если вы не хотите, чтобы ваши родные попали в неприятную ситуацию».
Я буквально заржал. Да, криминал явно не по части Макса.
– Ты забыл добавить «с наилучшими пожеланиями или искренне Ваш»! Макс, он скажет «Ой, боюсь, боюсь!», прочитав это джентльменское послание, и пойдет в полицию. И он не сообщит, по какой причине похитили жену и дочь. А в наших интересах его напугать так, чтоб он труханул и сидел, как мышь.
И не успел я еще договорить, как в голову закралась гадкая мысль. Нет, он конечно, дерьмо. Но рисковать жизнями жены и дочери?! И тут же вспомнил его слова «Я бы женился…, если б не был женат».
– Я тебе изложил общее содержание в приемлемой для меня форме. А вы с доктором уже можете адаптировать под гопота – стайл. Так и быть, при переводе постараюсь придать стилистические особенности, – мой друг–гений обижено поджал губы.
– Макс! Не бузи! Ты ж понимаешь, что ты умница и сделал половину дела?! К тому же мы сольем информацию De Beers, и я уверен, простым «ата–та» он не отделается. Главное, нам выехать из страны, прежде чем он успеет что–то сделать, – я хотел на радостях опять хлопнуть его по плечу, но он поспешно уклонился от проявления моей медвежьей благодарности.
А у меня опять пробежал холодок по спине. Мы тут разработали целую стратегию бегства, но не учли одну важнейшую вещь, из –за которой все может рухнуть. Я не видел, как выглядит моя будущая дочь. И сам Ладе боялся звонить, и не получить фотку вовремя – значило, что необходимо выработать еще один план. А с этим уже сложней. Соображалка исчерпала свои ресурсы полностью.
И Дюймовочка, очевидно, почувствовав мое смятение, позвонила сама.
Опять ее приветственное «Дань.. » запустило цепную реакцию в организме. Я расплылся в улыбке, сердце замерло, и под ложечкой скрутился тугой сладкий комок, рванувшийся вниз. Я уже готов был пустить слюни от счастья, но вспомнил о деле.
– Дюймовочка…я так хочу тебя…видеть, – сделав паузу в нужном месте, я явственно представил, как ее глаза распахнулись от удивления и неожиданности. Как от смущения она мило прикусила уголок губы.
– Дань, я тут подумала…Раз мы уверены, что Мила связана с Омаром, может я попробую вывести ее на чистую воду? И если получится, то может она еще нашей союзницей станет? Я буду исходить из того, что не хочу никаких неприятностей для мужа и готова защищать свою семью.
– Хочешь в детектива поиграть? – улыбнулся я.
– Хочу – не хочу – жизнь меня не спросила, – в голосе Лады послышались грустные нотки. – Но раз уж я в нем, значит, должна посильную помощь оказывать. Так можно, Дань?
Черт!!! Как же приятно! Наверняка, во мне, кроме казачьей и еще какой–то,
