ее рассказа захотелось познакомиться со своими родственниками, которых никогда еще не видела. Да и уговаривать долго не пришлось. К своей задумке подключила отчима. Вдвоем нам быстро удалось уговорить маму на спонтанную поездку в чужой город. И когда мы уже все обсудили и договорились, домой явилась Мария.
Она опять разругалась со своим парнем и с вещами вернулась к нам. Узнав, что мы собрались уезжать, тоже захотела поехать с нами. Мама была не против. Да и отчим довольный ходил. Как же, он один на неделю останется дома. Кайф! Это, наверное, мечта любого мужика, сплавить жену с детьми куда-нибудь и самому творить, что вздумается.
На сборы у нас ушло два дня. Все это время Лера пыталась связаться со мной, но я упорно игнорировала ее. Мне не хотелось ничего ей объяснять и тем более что-либо рассказывать. Старалась не думать ни о чем, кроме предстоящей поездки. Не хотелось портить себе настроение, ибо и так тяжко приходилось, когда наступала ночь. Так как мысли полностью заполняли мое сознание и не давали мне покоя. Но я старалась держать себя в руках.
За день отъезда я все-таки сама набрала номер Валерии. Объяснять что-либо или видеть ее все еще не хотелось. Но предупредить о том, чтобы больше не звонила, все же стоило. Она очень обрадовалась моему звонку, но быстро взяла себя в руки, когда услышала, как сухо я ей говорю: «Не надо мне звонить. Мы в Питер уезжаем. Я сама наберу тебя, когда вернусь. Хорошо?» И прежде чем я успела повесить трубку, она все же сказала: «Лиз, дай ему еще один шанс. Не игнорируй. Ему без тебя плохо!»
Ничего не ответив, бросила трубку. Вот и зачем она это сказала? Только сомнения в мое сознание посеяла. А правильно ли я поступаю? Может, погорячилась? Давать шанс Андрею или порвать с ним раз и навсегда? Нам с ним нужен тайм аут. Время для обдумывания и принятия какого-либо решения. Все время бегать я не смогу. Рано или поздно, но нам с ним нужно было встретиться и все обсудить. И я приняла решение. По возвращению домой увижусь с Лерой и попрошу ее устроить нам с Андреем встречу. Вот тогда и посмотрим, что к чему.
Увы, неделя отдыха прошла слишком быстро. Мне показалось это продлилось всего мгновение. Но она на всю жизнь запомнилась мне. Во-первых, я впервые увидела что из себя представляют экскаватор и метро. Во-вторых, наши родственники сделали все, чтобы мы чувствовали себя, как дома! В-третьих, пока мы у них гостили, с Украины приехали еще одни наши родственники. В-четвертых, я чуть было не потерялась в этом шумном мегаполисе. И в-пятых, отличилась как всегда, доведя родственников до коликов в животе от смеха.
Хотя Мария больше нашла общий язык с Ленкой, нашей троюродной сестрой, а я с Максом — брательником. Наша компания так и разделилась. Я больше времени проводила с братом. Он оказался офигенный. Я бы обязательно в него влюбилась, если бы не наши родственные связи. А вообще была очень ему признательна. Макс для меня стал спасательным кругом. Моим психологом и просто другом! Если бы не он, уверена, совсем запуталась бы и ушла в себя с головой.
Неделя, проведенная в Питере у родственников, была моим лекарством. Я научилась звонко смеяться и просто радоваться жизни. Мне было очень грустно и печально возвращаться назад. Меня совсем не тянуло домой. Я не чувствовала себя там счастливой и жизнерадостной, но поделать ничего не могла. Если надо вернуться, что ж, пусть так и будет!
С Максимом я обменялась адресами и обещала сразу же им написать письмо, как только вернемся домой. Пообещали не терять друг друга из виду и поддерживать связь. А в последний вечер перед отъездом устроили семейные посиделки до глубокой ночи. Кушали привезенные с Украины персики, нектарины и вяленую рыбку. Грызли жареные семечки. Смотрели фильмы на dvd-касетах, пили лимонад и играли то в карты, то в нарды. Эх, как же здорово там было!
Как и обещала, по возвращению домой, набрала подругу. Мы договорились с ней встретиться. И, конечно же, кто бы сомневался! Лера опять опоздала к назначенному времени. Ее непунктуальность просто бесила меня неимоверно, но я терпеливо ждала. Раз за разом. И как всегда, увидевшись с ней, вся моя злость мигом испарилась. Увидев подругу, поняла, что очень по ней скучала!
Мы весело провели с ней вечер. Прогулялись на липовую яму, местный пляж, для того чтобы набрать песка и улиток для рыбок в аквариум. Смеялись и веселились всю дорогу, добираясь туда окольными путями, через прогулочную дорогу вдоль реки Нарова. И я была очень ей признательна, что она не упоминала про Андрея и тот злополучный вечер. Обратно мы возвращались той же дорогой, но уже в полной темноте.
Признаюсь, мне было очень страшно. Полная темнота, вокруг ни одного фонаря. Дороги почти не видно. Еще и пугать друг друга пытались. Я старательно делала вид, что мне совсем не страшно, но все равно продолжала шугатся всякого шороха. И ржали как сумасшедшие, когда я испугалась выскочившей мне под ноги из канавы лягушке. От страха заорала, как резаная, и побежала вперед. Чуть не врезалась в спортсмена, который на ночь глядя решил побегать вдоль речки.
В общем, добрались до дома мы без приключений. Я рассказала, как провела время в Питере, и что обязательно еще вернусь туда. Лерка же всячески подтрунивалась надо мной, вспоминая, как мы с ней ходили в театральный кружок, который находился в старом городе на ратуше. Сейчас это здание находилось в аварийном состоянии и закрыто для посещения. Сам театральный кружок переехал в старую школу, которую переустроили в творческий центр для детей и подростков.
Вечер подошел к концу. Уже стоя у дома, у подъезда подруги, и прощаясь с ней, думала, стоит ли начать говорить об Андрей. Лера опередила. Она сунула мне в руки клочок смятой бумаги с номером телефона.
— Мы не будем вмешиваться в ваши отношения, — сказала она мне. — Позвони ему. Вам надо поговорить.
— Я подумаю, — ответила, отпуская глаза вниз. — Ладно, пойду. Мама волноваться будет.
— Не пропадай больше, хорошо?
— Я попробую.
И не говоря больше ни слова, развернулась и пошла к своему подъезду. Но дойти до него мне было не суждено. Пока я вновь задумалась, вспоминая тот вечер и реакцию Андрея на мой рассказ, меня вдруг кто-то схватил за руку и резко дернул назад. Пока я соображала в
