class="p">— Тебе стоит просто переехать ко мне, раз уж твоя спальня превратилась в пещеру.
Смех Милы звучит как лучшее шампанское, и он высекает постоянную улыбку на моем лице, когда я закрываю за нами дверь. Она — мой источник жизни.
Мила забирается на кровать, а я иду в гардеробную. На этот раз я не свожу глаз с ее лица, пока расстегиваю рубашку и сбрасываю обувь.
— О-о-о, мне нравится, к чему всё идет, — поддразнивает она, лежа на боку и подперев голову рукой.
— Да? — я медленно стягиваю рубашку с плеч и роняю её на пол. — Признай это.
Ее взгляд обжигает мой пресс и грудь, прежде чем встретиться с моим.
— Признать что?
Я расстегиваю ремень и вытягиваю его из петель. Расстегиваю брюки, спускаю молнию и говорю: — Что я лучше, чем Ченнинг Татум.
Она взрывается смехом, а затем качает головой. В ее глазах горит та искра, от которой я зависим. Я сбрасываю брюки, и когда остаюсь в одних боксерах, её смех затихает. Она приоткрывает рот, облизывает нижнюю губу и прикусывает её зубами. Вид её желания заставляет меня мгновенно затвердеть. Я забираюсь на кровать и, глядя на неё сверху вниз, шепчу: — Признай это.
Она откидывается на подушки и обвивает руками мою шею.
— Ты лучше, чем Ченнинг.
Я целую её в губы, а затем требую: — И лучше, чем Кларк Кент (Супермен).
Она снова смеется.
— Ну, теперь ты испытываешь удачу.
Я ложусь на бок напротив неё, убираю её руку со своей шеи и кладу её себе на грудь. Веду её ладонью вниз к прессу.
— Черт, — выдыхает она. — Да, ты определенно лучше Кларка Кента.
Я усмехаюсь. Гордость распирает грудь от того, как сильно Мила на меня реагирует. И не только гордость сейчас распирает.
— Я так чертовски сильно хочу раздеть тебя, — признаюсь я. Осыпаю её губы поцелуями, спускаюсь к шее. Посасываю её кожу, издавая стон, полный нужды.
— Хорошо, — шепчет она, и я резко вскидываю голову.
Я внимательно смотрю на её лицо, проверяя, не чувствует ли она дискомфорта, а затем ухмыляюсь.
— Да? Хочешь раздеться со мной?
Она опускает руку с моего пресса на край моих боксеров и кивает. Этого достаточно, чтобы я буквально набросился на её губы.
МИЛА
Мои пальцы исследуют горячую «линию Адониса», которая спускается от бедер Джейса и исчезает под боксерами. Его язык властно хозяйничает в моем рту. Живот сжимается, и внутри словно взрываются миллионы звезд — и все они горят для него.
Джейс начинает стягивать мою футболку, и я помогаю ему. Он расстегивает мой лифчик, а затем опускается к моим штанам. Он захватывает ткань вместе с трусиками и медленно стягивает их с моих ног. Его взгляд скользит по моему телу, и то, как растет желание на его лице, дает мне смелость подняться на колени.
— Ложись, — прошу я. Джейс удивленно смотрит на меня, но подчиняется.
Я стягиваю с него боксеры и, только отбросив их на пол, позволяю себе рассмотреть его. Этот мужчина... потрясающий. Каждый дюйм Джейса идеален.
Я сажусь верхом на его бедра, наклоняюсь и целую его правый сосок. Мои губы исследуют каждый мускул, а когда я дохожу до его бедер, мой язык следует по изгибу вниз к его члену. Мышцы Джейса напрягаются, он сжимает мои волосы, убирая их в сторону.
— Ты убиваешь меня...
Я смотрю на его достоинство, обхватываю его пальцами. Наслаждаюсь ощущением его кожи.
— Ты меня просто уничтожаешь, — стонет он.
Я начинаю ласкать его рукой. Когда его пальцы впиваются в простыни, я сжимаю его крепче. Я ускоряю темп, видя страсть на его лице. Чувство, что Джейс в моей власти, опьяняет.
— Черт, детка, — выдавливает он, его бедра начинают непроизвольно двигаться навстречу моей руке. — Боже, сильнее.
Я сжимаю его так сильно, как могу, и, желая, чтобы он получил разрядку, склоняю голову и беру его в рот.
— Блядь... — выдыхает он, приподнимаясь над кроватью, каждое сухожилие в его теле напряжено до предела.
Джейс содрогается, и я чувствую его вкус. Не зная, что еще делать, я сглатываю так быстро, как могу. Он падает на кровать, хватая ртом воздух. Я целую его в живот, чувствуя гордость за свою «комбо-работу».
Он ухмыляется.
— Ты проглотила?
Я киваю.
— Я не знала, что еще делать.
Джейс резко приподнимается, опрокидывает меня на спину и впивается в мой рот поцелуем, словно пытаясь распробовать самого себя на моих губах.
Святое дерьмо. Я знала, что он дикий, но не представляла, насколько он горяч.
Он спускается ниже, его губы обжигают грудь и живот, будто он умирает от голода, а я — его единственная пища. К тому моменту, когда он раздвигает мои ноги, я чувствую себя как волна, которую швыряет приливом по имени Джейс Рейес.
Его рот находит мой клитор. Ощущение настолько острое, что я выгибаюсь на кровати, безмолвно стоная. Джейс не отступает, требуя от моего тела каждой капли наслаждения. Оргазм прошивает меня спазмами, и я окончательно теряю контроль.
Джейс ласкает меня, пока я прихожу в себя, а затем поднимается выше и снова целует меня. Теперь я чувствую вкус нас обоих. Это опьяняет.
ДЖЕЙС
Обнаженные, мы забираемся под одеяло. Я прижимаю Милу к своей груди и признаюсь: — Это было просто снос башки, детка.
— Решила вернуть должок и дать тебе почувствовать, каково это — быть мной, — дерзит она.
— Да? — мне нравится, какой смелой она становится. — Можешь возвращать долги в любое время.
— М-м-м... какой жадный, — бормочет она, прижимаясь ко мне.
— Ты любишь мою требовательную задницу, — напоминаю я.
— Да, люблю. — Она поднимает голову и смотрит мне в лицо. — Я люблю тебя, Джейс. Это всегда был только ты.
— Знаешь, — говорю я, подложив руку под голову. — А я всегда думал, что ты просто слишком привередливая, поэтому ни с кем не встречаешься.
— А на самом деле всё было из-за тебя, — смеется она.
— С пятнадцати лет? — я до сих пор не могу поверить, что ничего не замечал. — Ты чертовски хорошо умеешь скрывать вещи.
— Я собиралась сказать тебе, но ты забыл забрать меня из школы, потому что был с какой-то девчонкой. — Она задумывается. — С Анжелой.
Я
