но…
— Сама придумала, сама обиделась, сама решила?
— Естественно… А как без этого?
— Давай, я тебя лучше другим вопросом озадачу, что ты из вещей хочешь забрать?
— А что есть?
И Ольга пустила ее в святая святых — свою гардеробную, где хранилось целое состояние, причём буквально. Вещи, обувь, сумки — распродажи и секонды. Результат творческого поиска и увлечения последних десяти с лишним лет.
— Вау!
— Именно. Вот тут я Эле кое-что уже набрала. А здесь, смотри, я пообещала Ярику продать треть.
— Даже так? И купят?
— Фирменные вещи, чуть бывшие в употреблении? Естественно. Уже посмотрела сайты и займусь после вашего отъезда. Но сначала скажи, что ты хочешь забрать?
— А что ты точно хочешь оставить? — встречным вопросом поразила она.
Следующие два дня прошли, по сути, в гардеробной. Мила смотрела, мерила, выбирала и передумывала. У Пирожочка таких проблем не было, она честно заявила, что ей нравится всё. Вот буквально всё, что она перемерила. А так как выбирала Настя яркое и красивое на вкус Эли, то и вопросов выбора не стояло. У Милы прошло тяжелее, а самым сложным оказалось удержаться и порыскать среди вещей брата, в том числе и набранных Настей. Хотя Серж после трех сообщений сдался и согласился на отдельные мелочи, например, он очень обрадовался идее кожаных ремней и ремешков на часы. Еще Настя смогла убедить его в парочке костюмов и в нескольких рубашках.
В общем, обратно они вылетали с тремя здоровыми чемоданами. Таща вещи, технику, лекарства и даже кое-что из игрушек. Провожали их всей семьей, даже младший племянник прилетел, чтобы потискать Элю вживую пару дней. Суетно, весело, активно и слишком эмоционально.
Пирожочек после всех формальностей и беготни по гигантскому аэропорту, сев в самолет, сказала:
— Хочу к дяде Серёже и Демону.
— Устала?
— Да. Их слишком много, — пожаловалась непоседа.
Мила погладила по голове и хмыкнула про себя — кто бы говорил.
То есть неделя с кузенами ее не вымотала, а три с родственниками Милы утомили. С другой стороны — почему бы и нет?
Основной плюс перелетов — время вылета. Как правило, их ставили в ночь, чтобы всем было чуть проще. Так и Эля, перешедшая на местный режим, естественно, через час капризов с воздействием таблетки от укачивания уснула. Мила к своему удивлению тоже.
Дорога до дома в двое суток с такой кардинальной сменой часовых поясов — это очень тяжело. Мелкая принялась капризничать, правда удержавшись до приземления в России. Где их, к счастью, встречал Серж.
Глава 15
На обратном пути Мила решила рискнуть и обойтись без дополнительного времени в Дубае, поэтому все шесть часов пересадки развлекала себя и мелкую в аэропорту. Благо тот достаточно большой, с хорошими комнатами для детей и с пустыми коридорами для бега и игр в догонялки. Но всё равно еще один перелет вымотал как физически, так и морально обеих, и уже в России та не выдержала. Ей требовалось на ручки, в кроватку, и хотелось домой. Но, к счастью, пограничный досмотр прошел моментально, они больше времени потратили на таможенном контроле с изучением трех чемоданов. В кои-то веки Милу остановили с просьбой показать содержимое. Причём тряпки, сумки и ремни заинтересовали относительно, зато таблетки вызвали большой интерес. Мила полезла искать фотографии документов пятилетней давности, а поэтому похороненные невесть где под бубнёж прижимающейся к ноге Эли. И тут ее осенило.
Она задрала кофту и футболку и показала испещрённый шрамами живот:
— В детстве в девяностые два отморозка заживо вырезали мне почку. С тех пор лечение, больницы, лекарства и всё такое прочее. У меня третья группа инвалидности, причём пожизненная, — она нашла документ, он был в отдельной папке. — Вот, если очень нужно, могу откопать назначение этого препарата врачами, но его делали до СВО. Теперь на наш рынок не поставляют, поэтому и не назначают. Я была у брата в Штатах и там купила запас на пару лет. Документы искать?
— Не надо, оденьтесь, — недовольно произнесла немолодая сотрудница.
— Мы пойдем, да? — тут же проняла Эля.
— Да, сейчас поговорим и пойдем. Я, видишь, тете сумочки показываю, красивые.
— Красивые. Мы пойдем, там дядя Серёжа? — попросила Пирожочек робко, не отлепляясь от ноги.
— Идите, — согласилась таможенница и добавила Миле: — На следующий раз везите даже старые назначения в бумаге.
— Хорошо, учту.
Сбор вещей обратно занял какое-то время, и вскоре Мила с тележкой с тремя чемоданами, парой сумок с ручной кладью, пакетом из дьюти-фри на подарки и Элей сверху выехала на свободу.
Серж нашелся моментально, причём первым его заметила мелкая:
— Мы тут! Мы тут!
Радость, суета, рассказы мелочи, не умолкающей ни на минуту, и дорога обратно.
Сначала высказывалась Пирожочек, ей требовалось поделиться всем и сразу. К счастью, после вредной, но вкусной еды она получила телефон и под мультфильм задремала.
— Как ты? Отдохнул без нас? — уточнила Мила сонно.
— Ложись, поспи.
— Нет, нужно переходить на наш часовой пояс. Самое сложное — первые двое суток, потом становится проще.
— Ясно. Рассказывай — как долетели?
— Тебе же только недавно рассказали, причём в лицах, — фыркнула Мила. — Хочешь сравнить версии?
— Именно. Хочу сравнить версии, узнать, откуда три чемодана, если улетала ты с одним, и выяснить еще пару-тройку вопросов. Поэтому начинаем с главного — как всё прошло?
— Хорошо, всё прошло на удивление хорошо.
И Мила принялась за рассказ о поездке, полете, суете и прочих разных моментах. Впечатления, обсуждения, реакции Эли на ручного крокодильчика в зоопарке. Необычные, занятные, веселые и не слишком моменты сливались в единую картинку. Серж слушал, уточнял, спрашивал и разделял ее эмоции.
— Ой, прости, а ты как тут? Без нас. Отдохнул?
— Наверное, да, — задумчиво ответил он уже на подъезде к родному городу. — Знаешь, успел и отдохнуть, и заскучать, и понять, что с вами рядом лучше.
— Последнее случилось вчера?
— Нет, дня три назад, — развеселился он.
— То есть первые две с половиной недели всё было отлично?
— Практически, с поправкой на живность. Ас искренне считал, что раз я остался, то его распорядок не изменился, Демон удивлялся вашей пропаже первые пару дней, а потом вспомнил про меня и стал приносить веревочку для игры мне.
— Серьезно?
— Да. Раз я остался, то должен с ним играть. Хотя каждый вечер и каждое утро этот хищник уходил на улицу по своим делам и уже начал таскать домой разную добычу. То мышку, то птичку.
— Ты говорил — у него проснулись хищные инстинкты.
— Еще у родителей с участком и мелкой
