со слезами, навернувшихся на глазах. — Просто скажи мне, Юля моя дочь? Умоляю, родная. Это ничего не изменит, я уже люблю её как свою, и буду рядом с вами, если ты позволишь. Просто я так хочу знать правду. Все дни я только и мучился этим вопросом…
Леся подходит ко мне ближе и берет за руку. Другую руку кладет на макушку дочери и целует её. Затем поднимает на меня сосредоточенный взгляд. Долго так смотрит, изучает, сканирует…
— Андрей, а что подсказывает тебе твое сердце? — шепчет несмело, часто моргая, чтобы остановить слезы. Большим пальцем вытираю их, ободряюще улыбаясь. Без сомнений выдаю:
— Я с самого начала думаю о том, что Юля моя дочь.
— Значит, — едва заметно вздыхает. Но продолжает улыбаться. Так трогательно и нежно, что невозможно держаться в стороне. Свободной рукой прижимаю её к нам. Она кладет голову мне на плечо и на выдохе
произносит с теплотой:
— Значит, твое сердце тебя не подвело. Она твоя, Андрей. Юля твоя дочь.
Эмоции на разрыв. Сердцебиение на максимум. Чувства не знают границ. Каждую клеточку моего тела заполняет любовь. Она везде. Её так много, что я вот-вот взорвусь и подарю её всему миру.
Кажется, у самого слезы стоят в глазах. Я улыбаюсь. А затем моя улыбка переходит в смех.
— Моя… Моя девочка, — сходящий с ума от счастья я кружусь с малышкой на руках вокруг себя, Леся с таким же счастьем и трепетом наблюдает за нами.
Ласкаю мягкие волосики, дышу СВОИМ ребенком, целую, вцепляюсь в кроху так крепко, что при всем желании никому не отнять.
Затем заключаю в объятия и Лесю, щека к щеке, глаза в глаза. А там полно эмоций, которые невозможно больше держать в себе.
— Спасибо, любимая. Спасибо ТЕБЕ за НЕЕ, — шепчу отрывисто, но голос полон любви и благодарности за то, что подарила и сохранила самое важное на свете.
— Прости, я боялась сказать, — пытается оправдаться Леся. Но вместо этого я затыкаю ее рот поцелуем. Хозяйским, немного дерзковатым, но в то же время мягким и ласковым. Малышка, наигравшись с конвертом, выбрасывает его на землю.
— Правильно, Юленька. Не нужен он нам, — смеюсь я отчаянно, мой смех заражает и Лесю. — Я вас люблю, мои родные. Я так вас люблю, — шепчу я, задыхаясь от упоения, наслаждаясь обществом своих девочек.
— И больше я никогда вас не отпущу. Ни за что на свете.
— Но ты сказал, что завтра уедешь, — голос Леси дрогнул на последнем слове, и сама она вдруг выглядит немного поникшей.
Немного отстраняюсь от любимой, но только для того, чтобы заглянуть в её добрые глаза.
— Уеду, чтобы уладить некоторые дела в фирме. Это займёт всего пару дней. А затем я весь ваш. Можно? — игриво ухмыляюсь, а глаза Леси кричат, что да — можно!
— Хорошо, — робко отзывается она. — Я буду тебя ждать. Точнее, мы будем тебя ждать…
— Ммм, — протягиваю я в благоговении. — Это лучшее, что я слышал за последнее время… — томительно проговариваю я.
Дочь начинает капризничать и сладко зевать, потирая глазки.
— Ей пора спать, — с долей досады произносит Леся.
— Ладно, я тогда не буду вам мешать, — не скрывая грусти в голосе, произношу. Так не хочется расставаться со своими родными.
— Если хочешь, ты можешь остаться и уложить её спать вместе со мной, — Леся застенчиво отводит взгляд в сторону. Такая милая и невинная моя девочка. Самая лучшая на свете!
— С удовольствием, — без колебаний отвечаю я, не веря, что жизнь преподнесла мне такой великий шанс познать что такое семья.
Глава 65
Андрей
Леся после испытанного стресса решает уложить малышку с собой. А я сижу над ними и смотрю на своих нежных принцесс.
Юлька смотрит в одну точку, медленно моргая, и я понимаю, что она скоро уснет. Глажу ее по головке, а Леся поет колыбельную. Ее мелодичный голос приятно греет слух. Хочется вечно это слушать.
Я очень хочу семью. Безумно. Мечтаю о том, чтобы Леся позволила мне быть рядом. Хочу проводить с ними каждый день. Видеть, как растет моя дочь. Помогать ей и направлять её на путь истинный, хочу, чтобы дочь росла в любви и брала пример со своих родителей, то есть с нас с Лесей.
Дочка засыпает крепким сном. Какое-то время оба молча любуемся этим ангельским созданием. Какое же это маленькое чудо. Чудо, ради которого я готов на все.
— Тебе тоже нужно поспать. У тебя был трудный день, — полушепотом произношу я, положив ладонь на щеку любимой. Будь моя воля, я бы лег сейчас рядом и крепко прижал к себе жену.
— Я и в самом деле жутко устала, — хрипло отвечает Леся, сладко зевая.
— Хочешь, я побуду здесь пока ты не уснешь?
Леся едва заметно улыбается, мечтательно прикрыв глаза.
— Угу.
Глажу любимую по всем доступным местам. Спина, плечи, ключицы, макушка. Приятно лишь от одного факта — она рядом. Больше никто не сможет нам помешать. Маринка получит по заслугам, в этом я не сомневаюсь.
Так не хочется уезжать, но меня довольно долго не было на фирме, нужно разгрести завал, не думал ведь изначально, что так надолго здесь задержусь. Но уверен в одном, как только я со всем разберусь, сразу же сорвусь к своим девочкам. Жизни теперь без них своей не представляю.
— Ты точно приедешь еще? — тихо спрашивает Леся, плавно погружаясь в сон.
— Конечно, родная. Обещаю, — мягко отзываюсь я, продолжая нежно ласкать свою девочку. — Теперь я всегда буду рядом.
Леся спустя несколько минут все же засыпает, а на её лице сияет легкая улыбка. Может, это я ей снюсь?
Целую в макушку на прощание. Уже представлю, как буду скучать то время, пока мы будем в разлуке.
Тихонько, чтобы не разбудить своих родных, выхожу из комнаты. В кухне встречаюсь с бабой Машей. Смотрит на меня так
сосредоточенно. Взгляд блуждает от макушки до пяток. Затем останавливается где-то в районе груди, будто бы заглянуть в душу пытается. Кажется, от этой старушки ничего не скрыть.
— Спасибо вам за все. Спасибо, что берегли моих девочек, — хоть я и чувствую долю пренебрежения от женщины в свою сторону, благодарю искренне. Осознаю, что ее расположение мне также придется завоевать в будущем. — Я хочу вас отблагодарить. Только попросите, я все для вас сделаю, — решаю не оставаться в долгу перед женщиной и делаю попытку завоевания её сердца.
Старушка снова смотрит на меня так задумчиво, наверное, размышляет чего бы у меня попросить.
— Ничего мне от тебя не
