в своей жизни? Тот парень придурком не был. — Я просто реально рад снова тебя видеть.
Нет, видимо, не ошиблась. Рад он…
Ему вообще не стыдно? Сбежал от меня и даже неловкости не испытывает. Какая же я глупая и наивная. Теперь ещё, оказывается, и рад отчислению. Он норм вообще?
— Благодарен? — Уточняю. Уверена была, что сейчас начнёт умолять ничего не рассказывать.
— Да. Мне эта вся госслужба и корпорации осточертели. Я мечтаю учиться в Красноярске в институте гастрономии. Но просто уже третий курс, всё не решался бросить. Так что ты мне окажешь услугу.
То же самое он мне летом говорил, когда мы ели хот-доги на фестивале. Блин. Вот теперь назло ему не расскажу! Пусть страдает в этой конченой шарашке ещё два года.
— Ты на бюджете? — Задаю ключевой вопрос. Занял чьё-то место, кому бы действительно эта учёба была интересной, и не ценит.
— Увы. Семьсот штук в год.
— И теперь ты хочешь просто выкинуть два года обучения? — Ещё и к родительским деньгам халатно относится. Никто и не сомневался.
— Надо следовать за своей мечтой, ангел, — задумчиво говорит, склонив голову набок, всё также улыбаясь и лаская меня плутливым взглядом.
И это он тоже говорил.
Вот зараза! Убить его готова, а в Красноярск отпустить нет!
По коридору разносится цокот каблуков, и по быстрой и уверенной походке я понимаю, что это мама возвращается.
Добро-молодцы вдруг расступаются и делают вид, что только что не держали меня в заложниках.
Даня даже бровью не ведёт, как стоял довольный, так и стоит.
— Луиза Александровна, здравствуйте! — Ещё и первый здоровается и маму одаривает такой же очаровательной улыбкой.
— Здравствуйте, молодой человек. Ну, — обращается ко мне, — как там дела продвигаются? Ты чего здесь? Твоя помощь не нужна?
— Нет, не мешаем. Луиза Александровна, — соблюдаю субординацию при посторонних, — тут молодой человек у меня интересуется, возможно ли практику пройти в ректорате. Мечтает просто поработать с вами.
Наконец с лица засранца стирается улыбка, и он растерянно кивает в подтверждение моим словам.
— Ну, у нас штат набран. Единственное, секретаря с функционалом курьера нет. Упустила момент, как вас зовут?
— Даниил, — Улыбка снова возвращается к своему нахальному обладателю.
— Даниил, транспортное средство имеете? Права?
— Имею, самокат, два «Порша», шоссейный велосипед. Наверное, не совсем вам подойду, — пытается шутить и явно хочет соскочить.
— Отчего же? — Улыбается ему мама в ответ. — Дана, попроси Екатерину Павловну оформить нашего нового сотрудника.
— А что, без собеседования? Вот прямо сразу? А график какой? — Начинает нервно тараторить.
— Ненормированный, — добивает его мама. Я не знаю, что с ней сегодня. Но готова кинуться и расцеловать её.
К нам подходит кто-то из директората, мама отвлекается и вместе с сотрудниками заходит в злосчастный конференц-зал.
— Какого хрена? У меня бензин сотой и дел своих до фига. Курьер? Серьёзно? — Начинает возмущаться, как только они скрываются за дверью, а я ликую. То, что надо для самоуверенного избалованного мажора. Он, наверное, и скандалу-то был бы рад, прославился бы своими похождениями на всю Москву. А тут сгниёт вместе со мной в ректорате мамочки. Да и мне веселее будет.
— Повременишь с мечтой, шеф! Надо и на пользу общества поработать.
— С одним условием.
Это он мне ещё условия выставлять надумал? Наглость — второе счастье!
— Каким?
— Ты со мной сходишь на свидание. В прошлый раз неудачно вышло, обстоятельства, и я не смог тебя найти. Ты не оставила мне номер. Хочу загладить свою вину и получить второй шанс, — снова подходит ко мне вплотную, берёт мою прядь волос и пропускает меж своих пальцев. Неотрывно за ними наблюдаю. О, на что они способны…
От груди к шее и по рукам бегут мурашки. Я мечтала услышать эти слова три месяца, но он же только что моими салфетками смывал смазку левой девицы. И хочется, и колется. Дико интересно узнать, почему он ушёл. Что там за обстоятельства. Сколько раз я себя спрашивала об этом? Мне же не показалось. Мы действительно соулмейты. Но он придурок. Моя родственная душа не может быть придурком. Блин! Да что со мной?
— Как меня зовут? — Вдруг меня осеняет, что он может мне лапшу на уши вешать.
— Дана. Ты что, в моём присутствии уже собственное имя забыла?
— Нет, не забыла. Как я тебе тогда представилась?
На лице парня читается замешательство, и он как болванчик начинает кивать. Как будто у него в голове играет какой-то бит, и он под него раскачивается.
— М-м-м-м, — что-то мычит нечленораздельное и начинает щёлкать пальцами, перебирая в голове варианты.
— Второго шанса не будет, улыбака из «Браззерс»! Передай сестрице, что не прокатило!
5. Даня
— Второго шанса не будет, улыбака из «Браззерс»! Передай сестрице, что не прокатило! — Девчонка подходит ко мне вплотную и с яростью произносит прямо перед моим лицом.
Улыбака из «Браззерс». А что, мне нравится.
— Уверена? — Ухмыляюсь и подтягиваю её ближе, она даже не сопротивляется.
— Уверена!
Сладкая говорит медленно, не спеша. Именно так я себе и представлял горячую прибалтийскую киску. Слышу цокот каблуков за дверью аудитории, и план рождается мгновенно. Не успевает она договорить, как я дёргаю её на себя, пользуюсь замешательством и целую.
И как я её забыл? Губы мягкие, пухлые, такие нежные, что хочется их зажевать и не отпускать. Надо поменьше тусить, эта амнезия напрягать начала. Когда же мы познакомились? Девчонка упирается своими кулачками мне в грудь, но губы раскрывает, хватает воздух, что-то хочет завопить, в итоге проскальзываю языком и вообще не встречаю сопротивления.
Отвечать она не торопится и продолжает мычать и отбиваться. Хорошо, что летом активно качался, слабенькие удары никак мне не мешают обследовать её сладкий ротик.
Вспоминаю, что ангелочек в короткой юбочке, и опускаю одну руку ей на бедро, начинает бодаться, как козочка, вот только её язык уже не слушается и вступает с моим в яростную схватку.
Как только рука ныряет под ткань и добирается до упругой попы, обтянутой тугим капроном, дверь аудитории раскрывается, и по парному цокоту каблуков понимаю, что ректорша в компании моей сестрицы таки вышли. Да! Миссия выполнена.
— Кхм-кхм, — слышу за спиной. — Молодой человек, я смотрю, вы не совсем верно поняли свой функционал, — с иронией говорит новая ректорша. — Дана, не злоупотребляйте своим служебным положением.
Да она с приколом. Мне нравится.
Прижимаю дочурку ректора к своему телу, чтобы прикрыть стояк, и вместе с ней разворачиваюсь лицом к её мамочке. Девчонка явно чувствует мой член своей поясницей и продолжает яростно подёргиваться.
Моя
