и, наконец, загрузились в «Ауди» Демида. И только когда отъехали на приличное расстояние от дома Мартыновых, я решилась спросить:
— Во сколько ты ушел от меня утром?
— Часов в шесть, — лениво ответил Демид, — нет, я бы ушел попозже, но ты сопишь, дерешься и разговариваешь во сне! А когда ты начала храпеть…
— Что? — вскинулась я и даже подпрыгнула на сидении. — Я не храплю!
— Нет, конечно, — иронично улыбнулся Мартынов.
— Все, Дема, теперь ты мой бывший парень!
— Разворачиваемся и едем в универ? — спокойно поинтересовался он. — Просто зачем мне в доме крыса моей бывшей девушки? Ты будешь к ней приходить, бередить мои душевные раны, а я должен страдать?
— После того, что ты сказал, что я храплю, ты просто обязан страдать, Мартынов!
— Я страдал всю ночь, — захлопал он ресницами и сглотнул.
Странно покосился на меня, при этом смотрел так, что мне снова стало жарко. А низ живота опять заныл.
— Этого мало, — припечатала я.
— Тогда сегодня после работы приходи ко мне ночевать. Обещаю, что я снова буду страдать всю ночь до самого утра. И еще немного утром.
— Обещаешь? — сузила я глаза и с трудом сдержала улыбку.
— Клянусь Шурочкой, — Демид приложил ладонь к груди.
— Все-таки ты гад, — решила я и расслабилась на сидении.
— Привыкай, Соня. Я после тренировки за тобой заеду.
— Мы вроде расстались?
— Обойдешься, — отрезал Мартынов. — Тихо, не возражай. К Даше подъезжаем, а я все еще могу передумать забирать к себе Шурочку.
— Это шантаж, — напомнила я.
— Шантажом в нашей паре владеешь не только ты, рыжая.
— Вот опять! — закатила я глаза. — Ну почему ты временами такой нудный?
— Потому что у меня велосипеда нет, а мои тапки ты продала Владу.
— Я предложила новые купить, ты отказался!
— Когда? Я не помню.
— Они тебе не нравились.
— Это не повод их продавать. Они мне почти родные стали. Я представил, как буду просыпаться и видеть недовольные морды зайцев, уже почти сроднился с ними, а ты…
— Ой, фсё! — фыркнула я. — Останови у магазина, так и быть, куплю тебе тапки. Две, одинаковые, как договаривались.
— Потом купишь, — вздохнул Демид, сворачивая к дому Даши.
И спустя полчаса мы уже ехали обратно. На заднем сидении стояла большая клетка для Шурочки, а моя белоснежная любимица сидела на моем плече, с любопытством глядя в окно.
Глава 37
Глава 37
Демид
— Тренировка окончена! — гаркнул Медведев.
Я выдохнул, стер локтем с лица пот и пошел к боксерской груше.
— Мартынов, тебя отдельно уведомить надо? — не понял тренер.
— Я еще потренируюсь, — буркнул я.
— Я с ним, — вызвался Багров.
Была среда. А это значит, четвертая ночь в обнимку с Соней прошла. Просто, млин, в обнимку с Соней. Зато я выполнил свое обещание рыжей — я страдал. Каждую чертову ночь и немножко по утрам.
А днем упахивался на тренировках до сведенных мышц. Я не хотел ее пугать. Не хотел давить, потихоньку подводя наши отношения к «математическим». Каждую ночь позволяя себе чуть больше, чем в предыдущую, и не встречая сопротивления. И понимал, что еще немного, и меня сорвет окончательно, потому что я мазохист, который обрек себя на изощренную пытку Сонечкой.
Она приходила ко мне каждый день после занятий. Ухаживала за своей крысой, кормила ее, вычищала клетку, а однажды даже купала. Мокрая крыса — это отдельное зрелище, но я готов был терпеть Шурочку и даже Горика с Муриком — Дашиных пауков, лишь бы Соня не возвращалась ночевать в общежитие.
Я работал, учился, тренировался, а когда приходил домой, находил там рыжую бестию, которая корпела над учебниками. И ужин. Незамысловатый, но яичница и пельмени у нее получались особенными. Соня даже китайскую лапшу запаривала так, что она казалась изысканным блюдом какого-нибудь дорогого ресторана.
— Дэм, тебе бы остыть, ты дымишься, — подошел ко мне Арт, спрятав руки в карманы спортивных шорт. — Что, с математикой совсем труба?
— Отвали, — попросил я и притормозил, чтобы не сбить дыхание.
— Отвалил, — широко улыбнулся Багров. — Покажи уже хозяйке ее волшебную палочку — пусть играется.
— За своей следи, — рыкнул я.
— У моей есть хозяйка, правда, она пока не знает, что в комплекте к занятиям геометрией прилагается магия, — заржал Арт.
— У вас все нормально? — я остановился, отдышался и вытер пот с лица и груди полотенцем.
Сделал несколько глотков воды и уставился на Багрова.
— Я не обсуждаю отношения с заучкой, но, мать вашу, мне так никогда хорошо с девчонкой не было. Она такая… слов нет.
— Не знал, что ты романтик, — хмыкнул я.
— Сам в шоке, прикинь? — усмехнулся друг. — Накрыло — и не отпускает. Может, мне на ней жениться?
— Женись, Багров, — посоветовал я. — А то закончишь универ, пойдем с тобой вместе бомжей по улицам гонять, а заучку твою уведут потихоньку.
— Убью, закопаю и скажу, что так и было, — сразу же нахмурился Арт. — Пойду к заучке, прослежу, чтоб не увели. Соню в список неуводящихся включать?
