в ухмыляющееся лицо Преса.
— Сауля наняли Армстронги.
Глава 20
Джуд
— Она с тобой? — доносится с другого конца провода усталый голос Кейна.
Я перевожу взгляд на Вайолет, которая спит на кровати. Ее пальцы подрагивают, а тело, – которое несколько месяцев было неподвижным, – изгибается, сворачивается, как она делает обычно во сне.
Если быть точным, три месяца.
Прошло почти три месяца с тех пор, как Вайолет впала в чертову кому.
Фальшивую кому.
Кому, вызванную препаратами, которые дал ей не кто иной, как этот ублюдок Джулиан.
Я узнал об этом только потому, что забрал ее из больницы.
Похитил, если быть точнее.
За последние пару месяцев, пока я расправлялся с большинством целей из своего списка и заканчивал хоккейную карьеру нескольких игроков, чтобы выпустить пар, я начал замечать некоторые закономерности.
У Вайолет не такие симптомы, как у Марио. У нее больше «непроизвольных» рефлексов нервной системы, и это показалось мне странным, несмотря на убеждения врачей.
Однажды я сказал:
— Ты же не думаешь, что сможешь от меня сбежать, да? — и, к моему удивлению, у нее дернулись веки и пальцы.
У Марио никогда не было таких симптомов, но врачи продолжали мне говорить, что разные люди по-разному реагируют на пребывание в коме.
Мне следовало знать, что нельзя доверять врачам и учреждениям Джулиана. Все в сфере медицины находится под его контролем или контролем Региса.
Включая кому Вайолет.
Последней каплей, подтвердившей мои подозрения, стало ее исчезновение из больницы два дня назад.
Я помню, как у меня сдавило грудь, когда я вошел, как обычно, рано утром – потому что Далия почти не отходит от нее, – и не увидел ее в постели.
Не было ни бледного лица, ни хрупкого тела, ни оболочки человека. Только пустота – и мирно спящий Марио.
Медсестры упомянули о переводе в одну из наших штаб-квартир, и я понял, что за этим стоит Джулиан. Такой тщательный, хорошо спланированный перевод не мог произойти без его вмешательства или одобрения.
Оказывается, Джулиан и Грант – отец Кейна – использовали похищение Вайолет, чтобы надавить на Далию. Возможно, чтобы через нее причинить боль Кейну. Или вовсе избавиться от нее и ее надоедливых привычек.
Мне было плевать, в чем причина. Меня волновало только то, чтобы Вайолет вернулась туда, где ей самое место, – под мой контроль.
Поэтому я ворвался в кабинет Джулиана и пригрозил проломить ему череп, если он не скажет мне, где она.
Он просто проигнорировал меня, и тогда с ним стал разговаривать Кейн, пытаясь использовать свое скучное дипломатическое дерьмо, но и это не сработало, потому что Джулиан не меняет своего мнения, если что-то решает.
Я обыскал все наши конспиративные квартиры в надежде, что он держит ее в одной из них. Разумеется, он не настолько глуп, поэтому я не смог найти ни единого ее следа.
Однако сегодня Люсии удалось обнаружить ее в одной из больниц, не отмеченных на картах.
Ну, это нелегальный центр для проведения экспериментов, замаскированный под клинику на небольшом острове недалеко от побережья. Я понятия не имел, что в империи Каллаханов есть такое дерьмо, но, с другой стороны, Регис никогда не считал меня своим настоящим наследником, ведь есть золотой мальчик Джулиан.
Похоже, тирания и вырождение Джулиана зашли гораздо дальше, чем я думал, потому что это чертово место было похоже на психушку. Там было полно пациентов, многих из которых я узнал как членов «Венкора», предавших организацию и, следовательно, погибших.
Но, видимо, нет, потому что Джулиан использует их как подопытных крыс.
Несмотря на высокий уровень безопасности, мне удалось проникнуть туда с помощью Люсии и моей фамилии, из-за которой охранники не решились меня остановить.
В общем, я вызволил Вайолет и похитил одного из врачей, чтобы он мог присмотреть за ней.
Под пытками он упомянул об экспериментах с препаратом, вызывающим кому, и поклялся, что только недавно начал работать над этим проектом и мало что знает.
Он сказал, что показатели Вайолет были в норме на протяжении всего периода наблюдения и что, если она не примет назначенную ей суточную дозу препарата, то скоро очнется.
Прошло почти двадцать четыре часа, а она все еще не проснулась.
Возможно, препараты Джулиана все-таки подействовали на нее.
Нет, она двигается, ее глаза дрожат, а тело беспокойно ерзает. Она больше не в коме.
Она никогда не была в коме.
Зачем Джулиан так с ней поступил? Если бы он хотел причинить ей вред, ему хватило бы простого укола или пищевого отравления. Или она понимала, что происходит? Она бы не стала… делать это добровольно, да?
У меня так много вопросов, но самое главное – она здесь и в безопасности.
— Да, — отвечаю я на вопрос Кейна.
Он протяжно вздыхает.
— Она приходит в себя?
— Медленно, как и сказал врач.
— Хорошо. Далия захочет ее увидеть.
— Окей, — я крепче сжимаю телефон. — И, Кейн?
— Да?
— Прости за твоего отца.
— Я же говорил, что однажды убью его за все, что он со мной сделал, — еще один вздох, на этот раз слишком тяжелый. — Этот день настал раньше, чем я ожидал. То, что он причинил боль Далии, стало последним гвоздем в крышку его гроба.
— С ней все в порядке?
Мне плевать на Далию, и мне очень не нравится, что она лезет не в свое дело с тех пор, как Вайолет впала в кому. Она не только втерлась к нам в доверие, но и обвела Кейна вокруг пальца.
Последние несколько месяцев мне приходилось с презрением наблюдать за тем, как мой друг, который, как я искренне полагал, был лишен каких-либо нелогичных чувств, как он их называет, стал слишком зависимым и одержимым этой девушкой.
И это плохая новость, потому что он оступается и совершает ошибки, которых не должен был совершать.
Но если мне нет дела до Далии, то Вайолет есть. Она ее единственная семья, и я бы предпочел, чтобы она проснулась и не увидела изуродованную сестру.
— С ней все в порядке. Просто несколько небольших ранений, — говорит Кейн. — Мне нужно избавиться от тела Гранта. И проверить Преса. В последнее время мне не нравятся его резкие приступы. Скоро созвонимся.
Я вешаю трубку, подхожу к Вайолет и сажусь на край кровати.
Я не прикасаюсь к ней.
С
