страстно не ждал окончания рабочего дня, давно так не спешил домой.
Поведение Алисы выбило его из колеи. А он этого очень не любил. Но его радовало, что Алиса скорее всего вечером не придет к нему. Значит, он отлично проведет время с загадочной Софьей.
Вряд ли у них сегодня что-то срастется. Но не это главное. Демид надеялся, что сможет приоткрыть завесу тайны, окутывающую прекрасную Софью. Откуда она взялась на его голову? Уверенная в себе красотка, чувственная, манящая. И недоступная. Пока недоступная.
Едва Демид переступил порог квартиры, как ощутил приятный незнакомый аромат. Терпкий, с горчинкой и странными чувственными нотами. Было в запахе что-то неуловимое, чарующее.
Он сбросил ботинки и прошел на кухню. Там никого не было, но столе стоял заварочный чайник непривычной формы из темной глины.
— Добрый вечер! — в кухню заглянула Софья в темно-синем кимоно, расшитым золотыми извивающимися драконами.
Демид не сразу узнал ее — небеленое лицо, подведенные стрелками глаза, яркие губы как лепестки алой розы. Светлые волосы заколоты причудливыми гребнями. Сейчас Софья была похожа на фарфоровую статуэтку.
— Добрый вечер, — Демид не мог отвести глаз от странной девушки.
— Я готовлюсь заварить чай, но не хочу мешать тебе ужинать, — опустила взгляд Софья. — Я зайду попозже.
— Нет, ты мне не помешаешь, — заверил ее Демид.
Он сунул в микроволновку свинину с картошкой, оставшуюся со вчерашнего дня.
— Ты так всегда завариваешь чай? — поинтересовался он у Софьи. — С соблюдением ритуалов?
— Три раза в неделю. Сначала я медитирую. Я совмещая йогу, китайские и японские традиции. Предпочтение отдаю Японии.
— Тебе необыкновенно идет кимоно.
— Спасибо, — улыбнулась она в ответ. — Вся одежда и украшения аутентичны. Натуральный шелк, черепаховые гребни. Вот только волосы у меня светлые, — вздохнула Софья. — Но не буду мешать, — она попятилась к выходу, слегка склонившись, словно в поклоне. Только сейчас Демид увидел, что на ногах у Софьи туфли на странной деревянной подошве, какие носят в Японии. — Мне надо продолжить медитацию. А когда ты закончишь ужин, надеюсь, мы вместе насладимся приготовлением чая. Это целая наука. И искусство.
— С удовольствием составлю компанию, — Демид проводил Софью взглядом.
Со свининой и картошкой Демид расправился быстро.
— Твоя подруга не присоединиться к нам? — на кухню вошла Софья, держа на подносе пиалы, тарелки, чашки, салфетки и какие-то незнакомые Демиду предметы.
— Она не в настроении, — признался Демид. — Голова болит.
— Жаль, — Софья поставила на стол поднос. — В идеале чайная церемония проходит на полу, участники сидят на специальных циновках и на шелковых подушках. Но моя комната слишком тесная для этого.
— Пойдем в зал, — предложил Демид.
Софья благодарно посмотрела на него и взяла поднос.
Как по мановению волшебной палочки Софья превратила зал в уголок Японии. Демид удивился — неужели она все это возит с собой?
На красных циновках лежали две шелковые подушки. Перед ними стоял низенький резной столик. На него Софья водрузила подставку для подогрева чайника со свечой. Встала на колени, зажгла ароматические палочки, расставила посуду.
— Прошу, — указала она Демиду на одну из подушек. — Располагайся и пусть все дневные проблемы и заботы останутся за стенами этой комнаты.
Ее голос звучал тихо и ровно, завораживал, словно текущая по камням вода.
София включила какую-то незнакомую Демиду, но очень приятную и ненавязчивую музыку. На ее фоне журчал ручей, стрекотали кузнечики, под легким ветерком шумела листва деревьев.
— Ну что ж, для начала будем слушать как закипает вода и беседовать. У кипящей воды есть несколько этапов. И каждому соответствует определенный звук. На востоке умеют работать, и умеют отдыхать. У них очень древние традиции. Они кажутся европейцам необычными, но если вдуматься, в них больше рационального, чем в наших. Ты знал, например, что самураю положено не меньше трех женщин?
— Нет, — признался Демид.
Демид вообще ничего не знал о самураях. Кроме того, что в случае поражения в бою они делают себе харакири. Еще слышал, что самураи кричат «Банзай» и среди них есть немало камикадзе. Демида не слишком интересовала история Японии или Китая. Но он был не прочь послушать о ней от Софьи.
Софья колдовала над чайником, ее движения были точны и изящны.
— Самураи необыкновенные воины. В моем понимании они полубоги. Смелые, умелые, преданные Императору. Мне хотелось понять, смогла бы я, например, жить при дворе Императора лет двести назад? Кем бы я там была?
— Женой Императора, — польстил Софье Демид.
— Нет, я бы не хотела быть одной из многих в гареме повелителя, — Софья положила в кипяток чай, накрыла салфеткой. — Мне было бы скучно. Слишком мало свободы, слишком много условностей, от которых нельзя отступать. Из меня получилась бы хорошая гейша. Большинство ошибочно считает, что гейша — это продажная женщина. На самом деле все не так.
— Я думаю, гейша — это элитная куртизанка для мужчин из высших слоев общества.
— Ты прав, — Софья начала переливать чай из чайника в пиалу и обратно. — Чувствуешь, какой аромат? Ты прав, но не совсем. Гейша должна быть не просто красива, она должна быть умна, разбираться в искусстве, политике, уметь поддержать любой разговор, владеть оружием, изящно танцевать. Я могла бы еще долго перечислять достоинства гейши. Гейши познают тонкости любви с юности. Да, они продают свои услуги. Впрочем, это не услуги. Это высокое искусство. Продает же свое искусство художник, музыкант или поэт? И их никто не осуждает. Так же и гейш никто не осуждает в Японии.
— Пожалуй, соглашусь, — кивнул Демид. Никто не требует от певца давать концерты бесплатно, а от художника расписывать интерьеры даром. Тут не поспоришь.
— Если говорить о самурае, — продолжила Софья, — у него обязательно должна быть жена — продолжательница рода, хранительница очага. Еще он может иметь связь с гейшей. Жена обязана поддержать его выбор. Он даже может привести гейшу к себе в дом. И жена будет относиться к гейше как к почетной гостье. Но главная привилегия самурая, которой удостаивались далеко не все, это право иметь еще одну женщину. Тоже гейшу. Но высшего класса. Ту, что могла входить во дворец Императора. И эта женщина была необычной. Именно такой гейшей я и хотела бы быть.
Софья протянула Демиду чашку с чаем и склонила голову.
—
