— Удобно — неудобно… об этом речь не идет. Эш, ты же теперь деловая женщина. Впрочем, с такой длиной хвост — это единственное приемлемое решение. Говорю тебе, с новой прической ты помолодеешь. Кроме того, совсем не обязательно радикально менять образ.
— А как? — неуверенно протянула Эшлин.
— Можно подстричь волосы покороче, распушить их, чтобы прическа придавала тебе женственности. — В таких вопросах Джо чувствовала себя как рыба в воде. — И мелирование сделать!
— Старовата я для мелирования, — мрачно пробормотала Эшлин.
Ей вспомнились та поездка и день, когда она повстречала Майкла. Тогда ее волосы были длиннее, они выгорели на солнце и нежно отливали золотом. Ей никогда не вернуть утраченную красоту…
— Хочешь еще чаю? — спросила Джо. — Меня все время мучает жажда. Выпью-ка я еще чашечку. Из-за малыша пришлось отказаться от кофе.
— Нет, спасибо. — Эшлин почувствовала, как на глаза ей наворачиваются слезы.
Проклятье! А ведь она так хорошо держалась. В последний раз Эшлин разрыдалась в среду. Роясь в ящике прикроватного столика, она случайно наткнулась на фотографию. На ней была запечатлена ее семья на фоне замка Килкенни, Снимок сделали два года назад. Майкл прикрывал глаза ладонью, защищаясь от яркого солнечного света, а Филипп — тогда он был еще большим непоседой — в очередной раз попытался отбежать в сторону. Наверное, ему хотелось поболтать с жизнерадостной американкой, которая, собственно, и сделала снимок. Эшлин лучезарно улыбалась, держа Майкла за руку и прижимая к себе Пола.
Тогда они были настоящей семьей. По крайней мере, так казалось. Увидев фото, Эшлин задумалась о том, действительно ли они с Майклом были счастливы вместе, или это только она наивно верила в то, что ее семья идеальна, в то время как Майкл уже подумывал об измене? И тогда Эшлин расплакалась. Впрочем, расплакалась — это еще слабо сказано. Она прорыдала всю ночь. Так что наутро глаза опухли и покраснели — как раз под цвет алой блузки, которую бедняга тщательно выгладила накануне.
— Я не плакала со среды. — Всхлипнув, Эшлин принялась копаться в сумочке в поисках носового платка. — Иногда я чувствую себя такой сильной, такой решительной. А потом вдруг срываюсь и начинаю плакать.
— Ничего, это нормально. — Джо вздохнула. — Мне тоже постоянно хочется плакать, кроме разве что тех моментов, когда я мечтаю о том, как прекрасно было бы задушить Ричарда ремнем от его фотоаппарата.
— Извини, — шмыгнула носом Эшлин, — я не хотела обременять тебя своими проблемами. Ричард с тобой не связывался?
— И да и нет, — ровным голосом ответила Джо. — Он со мной связался, но я его видеть больше не хочу. Никогда. Единственная ситуация, в которой мне бы хотелось увидеть его лицо, — необходимость опознания его трупа в морге. Н-да, мечтать не вредно.
Эшлин была настолько шокирована словами подруги, что даже плакать перестала. Может быть, из-за беременности у той помутился рассудок?
— Ричард — мелкий поганый ублюдок, — выпалила Джо. — Ой, нет, поправочка. Не мелкий ублюдок, а, прямо скажем, полновесный подонок. — Она повернулась к бармену. — Дайте мне еще чашку чая, пожалуйста. В общем, представляешь, заявляется он ко мне. Подарочки принес. Начал просить прощения. Вернее, это я подумала, что он хочет помириться. Мы с этим недоноском оказываемся в постели. Я-то думаю, что все у нас хорошо. Прекрасно. Просто изумительно. И тут узнаю, что он по-прежнему собирается ехать в Лондон. Небось, потащит с собой Сашу, ну, помнишь, ту Мисс Гениальность! Мне кажется, эта подлюка уже начала крутить шашни с моим бывшим.
— Вот свинья! — возмутилась Эшлин.
— О, я его еще не так назвала, уверяю тебя, — с наслаждением протянула Джо. — Этому ублюдку лучше держаться от меня подальше всю оставшуюся жизнь, иначе я ему все зубы повыбиваю.
— Джо, ну ты даешь!
— Кому рассказать — не поверят. Иногда мне кажется, что я превращаюсь в героиню американской мыльной оперы. Ну, знаешь этот сюжет: «Она любила Его. Но у Него была Страшная Тайна, однажды потрясшая Ее до глубины души». Подобные сентенции нужно произносить бархатистым баритоном, так что у меня не очень получается. Думаю, в таком сериале в роли меня могла бы сняться Жаклин Смит. Или лучше Джейн Сеймур? В общем, такой мрачновато-депрессивный и в то же время сексапильный типаж. А вот кто сыграет в этом сериале главного ублюдка, я еще не знаю. — Джо взяла у бармена чашку. — Уже половина первого. Когда тебе нужно возвращаться на работу?
— К двум, но отсюда я дойду туда за пять минут.
— Ну ладно. Тогда слушай краткое содержание предыдущих серий мыльной оперы под названием «Моя жизнь».
В итоге Эшлин едва не опоздала на работу. Она-то думала, это у нее все плохо. Бедная Джо! Подумать только, отец твоего ребенка вышвырнул тебя из своей жизни, словно подаренного на Рождество котенка, который подрос и перестал нравиться. А самое ужасное — Джо была уже не первой женщиной, с которой он обходился таким вот образом. Мерзавец.
— Слава Богу, ты вернулась! — сказала Элизабет со вздохом облегчения, когда Эшлин вошла в их небольшой, расположенный на верхнем этаже офис. — Ужасно себя чувствую. Мне просто необходимо добраться домой и прилечь, иначе, клянусь, упаду в обморок.
— Конечно, иди, — ответила Эшлин. — Ты в состоянии сесть за руль? Или мне стоит позвонить Питу и попросить забрать тебя?
Муж Элизабет, Пит, готов был землю целовать под ногами у жены.
— Нет, не нужно, я в порядке. Я живу недалеко, тут на Стоунибаттер. Мне очень-очень жаль! — Элизабет посмотрела на Эшлин полным сожаления взглядом. — Похоже, мне придется уйти в декретный отпуск с сегодняшнего дня. Не уверена, что смогу проработать еще одну неделю. Знаю, осталось еще так много всего, что я должна была тебе рассказать…
— Не глупи, — упрекнула Эшлин, стараясь не думать о том, каково ей будет в одиночку справляться с ужасным характером Лео. — Тебе нужно добраться домой и позаботиться о себе. В конце концов, контора не перестанет работать, даже если я забуду принести Лео его утренний кофе или потеряю половину его писем! Так что не переживай.
Чтобы убедиться, что Элизабет в состоянии вести машину, Эшлин решила проводить ее к красному «фиату», припаркованному на Фитцвилльям-сквер. Все это время она не переставала размышлять. Она ужасно боялась потерять важные документы в этом чертовом компьютере, но больше всего ее пугала невероятная требовательность и придирчивость Лео.
— Где это чертово досье Рейли?! — кричал он утром, напрочь забыв, что даже не просил его подготовить.
