молчала.
Мы с Итаном и Крисом сидели в машине скорой помощи, кутались в пледы и ждали, когда получится покинуть лес и забыть злосчастный бункер. Нас допрашивали недолго. Копы перестали задавать лишние вопросы, стали действовать, когда увидели тела Венди, Лари и Мёрфи. Крис не забыл упомянуть еще и про Меган. Оказалось, это он позвонил в службу спасения и в красках описал нашу ситуацию. Поэтому к бункеру прибыла патрульная машина и несколько карет скорой помощи.
Кевина и Вика увезли в ближайшую больницу так скоро, как только смогли. Меня, Итана и Криса усадили в оставшуюся машину. Я наотрез отказалась ехать в больницу одной из первых, ребятам это было нужнее. Медики обработали нам раны, ссадины и ушибы. Вскоре и вторая группа должна была отчалить, мы ждали своего часа. В нескольких футах от нас в черных мешках лежали трупы Меган, Мёрфи, Венди и Лари…
Лари… До сих пор не верилось, что я больше никогда ее не увижу. Я ощущала такое опустошение, что трудно было описать словами. Будто из мира разом выкачали всю радость и больше мне не доведется познать это чувство.
Я бросила взгляд на кострище, в которое упала часом ранее. Ясно было одно: Венди никуда не сбегала. Она ждала возле бункера и даже успела поужинать, но я не понимала зачем. Зачем ей нужно было оставаться?
Догадки были одна хуже другой. Может, она хотела убедиться, что мы не выживем внутри бункера. Затем я вспомнила, что Кевин и Итан пытались открыть запасной выход, а потом и Мёрфи долбил по двери что было сил. Возможно, слыша, что мы пытаемся выбраться, Венди ждала этого момента и заранее планировала пустить в ход ружье. Она ясно дала понять, что свидетели ей не нужны. Но в глубине души я все же надеялась, что девушка куда человечнее, чем кажется. Что ею двигал обыкновенный страх и растерянность. Хотелось верить, что она просто не знала, что делать дальше…
Мы с ребятами мрачно молчали. Сновавшие рядом медики не давали возможности обсудить все произошедшее, но, кажется, нам всем было вообще не до этого. Однако молчание все же нарушил Крис:
– Мёрф подставился под выстрел вместо меня…
Мы с Итаном повернули головы в сторону парня. Крис смотрел в одну точку и, видимо, заново прокручивал в голове случившееся.
– Он увидел Венди, пытался с ней договориться. Я тоже пытался, но быстрее Мёрфа понял, что ничего не выйдет. А Мёрф прекрасно знал, что я не смогу убежать из-за ранения… – Крис тяжело выдохнул и прикрыл слезящиеся глаза. – Он оттолк-нул меня в кусты, а сам побежал на нее. Наверное, хотел выбить дробовик из рук Венди и… поплатился за это.
– Это храбрый поступок, – немного погодя проговорила я, потому что нужно было что-то сказать.
На самом деле меня поразил поступок Мёрфи. Все знали, что он не вступал в прямые конфликты, всегда действовал исподтишка. И то, что Мёрфи вечно, как хвостик, таскался за Крисом, не давало повода думать, что он мог подставиться из-за друга.
– Перед тем как броситься на Венди, он назвал меня братом… – прошептал Крис, будто прочитав мои мысли. – Он знал, что не выживет, так зачем это сделал?
Крис спрятал лицо в ладони, и плечи парня задрожали. После всего, что с нами произошло, я не представляла, как мы сможем двигаться дальше. Наше будущее уже не могло быть светлым. Мы сами его убили…
– Так, ребятки, – в мысли ворвался посторонний голос. Коренастый подтянутый коп средних лет напугал меня, резко возникнув будто из ниоткуда. – Меня зовут Доусон, хочу с вами переговорить. Мы здесь закончили, вас отвезут в больницу, но нам нужны контакты ваших опекунов.
– Мы скажем, – ответил Итан за всех.
– Отлично, – кивнул коронер. Отвернувшись от нас, он крикнул: – Сворачиваемся, ребята.
* * *
В больнице пахло медикаментами, известью и хлоркой. Светлую палату с новым ремонтом и мебелью трудно было назвать уютной. Хотелось сбежать, оказаться дома, но до утра приходилось оставаться здесь.
Из-за стольких смертей я чувствовала себя отвратительно. Когда я думала обо всем этом, душа готова была вывернуться наизнанку. Настойчивые мысли о случившемся съедали без остатка. И отвлечься я не могла, как бы ни пыталась. Ведь теперь, когда ужасы бункера позади, осознание всего случившегося обрушивалось на голову волнами цунами…
Папа общался с медиками и полицейскими в коридоре. Ноа сидел в моей палате и время от времени пытался выяснить, что на самом деле произошло в бункере. Я рассказала, что мы отправились в бункер на уик-энд просто ради развлечения, но по неизвестным причинам Венди слетела с катушек и решила со всеми расправиться. Я умолчала о том, что Вик вывез нас в лес насильно. И о том, что Крис был соучастником Венди. Я не знала, что будут говорить остальные, но для себя решила, что в этой ситуации для меня есть только один злодей. Точнее, злодейка.
– Ноа, мне нужна твоя помощь.
Брат внимательно посмотрел на меня и нахмурился.
– Ничего такого… просто отвлеки папу и персонал. Я должна увидеть Вика.
– Но он же в отделении интенсивной терапии.
– Я знаю. Именно поэтому я и должна его увидеть сейчас… Боюсь, вдруг он не выкарабкается.
– А ты волшебным образом поможешь ему? – недовольно буркнул он.
– Ноа…
– Ты никогда не умела выбирать друзей. Но лучше бы и вовсе не связывалась ни с какой компанией, чем с такой.
– Нотации вздумал мне читать? – разозлилась я.
– Ты напугала нас с отцом!
Я удивленно приподняла брови. Не сказала бы, что мы с братом так уж близки, у каждого своя жизнь. Поэтому сейчас его поведение поразило меня до глубины души.
– Я в порядке… и Вик с ребятами не угроза для меня. Не переживай.
Ноа цокнул языком, но все же отложил свой лэптоп в сторону. Он выглянул в коридор через стекло на двери, затем кивнул мне.
– Давай, только быстро. Если медикам я еще смогу соврать, то вот отец вытрясет из меня правду… Не подставляй меня.
– Спасибо, младший братец.
Я улыбнулась Ноа, засунула ноги в меховые тапочки и встала. Немного кружилась голова от вида капельницы и иглы, вставленной в вену на руке. Я схватилась за стойку для капельницы и подошла к двери. Почти прижалась носом к окну, наблюдая за разговором папы и Ноа. Брат уже юркнул в коридор и живо что-то ему рассказывал.
Я уже было подумала, что ничего не получится, но медсестра вдруг поспешила куда-то, а следом за ней отправились папа и Ноа. Я
